Спасение Лоусона (ЛП)

Будний день был идеальным временем для ограбления. Я знал, что так и будет. Помогло то, что в эту ночь облака на небе полностью скрыли луну и звезды, сделав его особенно тёмным, чем обычно.
— Готово, — проворчал Марко, открывая дверь.
Мы поспешили в дом, не включая свет. Я достал из кармана маленький фонарик и направлял его на стены, проходя в каждую комнату. Марко последовал за мной, не говоря ни слова и дыша так же тяжело, как и я. Мой адреналин зашкаливал до чёртиков. Я знал, что никто не придёт, но мысль о том, что это может случится, пугала. Мы были бы неподготовленными и самыми невезучими говнюками в мире.
  
Марко не знал, что я ищу, но скоро поймёт. Я чувствовал его нетерпение, когда он тащился за мной, переходя из одной комнаты в другую.
В последней спальне пришлось остановиться. Я направил фонарик прямо на стену с торжествующей улыбкой на лице. Стена была свежевыкрашенной, выделяясь на фоне остальных стен в комнате. Я подошёл к ней и провёл рукой в перчатке по шершавой поверхности. Она была покрашена на скорую руку, некоторые пузырьки краски хрустели под моими пальцами, когда я нажимал на них.
— Вот, — прошептал я Марко, — это здесь.
— В стене? — Он с сомнением оглянулся.
— Да, чувак. В стене.
— Откуда ты, чёрт побери, знаешь это? Сначала та книга, теперь это.
Я слегка усмехнулся.
— Это мой маленький секрет, Марко.
Некоторое время он изучал стену, затем вздохнул.
— Господи, будет громко, Хит.
Я молча кивнул.
— Знаю. Вот почему мы должны сделать это быстро.
Я бросил фонарик на пол и снова повернулся лицом к стене.
Крепко сжимая кувалду, я помолился Богу, в которого не особо верил… А потом замахнулся кувалдой прямо в стену.
***
Адреналин.
Адреналин.
Чёрт, только адреналин вёл нас вперёд. Мы сломали стену не более чем за десять минут, чтобы добраться до джекпота. Деньги громоздились друг на друге в толстых пластиковых пакетах, выстилая внутреннюю часть стены сверху донизу, словно гигантский зелёный холст.
Это было невероятно, и прилив сил, который я почувствовал, заставил стыдиться за смерть Рикардо. Этот дом с деньгами был совсем не похож на прошлый. Он даже не был спрятан, когда я наткнулся на эту сумку. Но это… Это было реально.
Банда будет в бешенстве, когда узнает, что один из их тайных домов с деньгами был ограблен. Это должно было вызвать ещё больше горя, ещё больше насилия, но в этом-то и был весь грёбаный смысл. Кроме того, это помогло бы моему отложенному долгу отойти на задний план в списке приоритетов.
У нас не было времени на волнение. Мы сложили деньги в пакеты и бросили их в машину. Затем уехали оттуда, напряжённые и нервничающие, пока не выехали с улицы и не помчались прочь из города. Марко закричал, а я хихикнул, не веря в то, что мы сделали.
Теперь мы направлялись прямо к тому месту, где я закопал сумку. Оно находилось в густом одиноком кустарнике, куда можно было попасть только по тропе. Я проделывал этот путь по меньшей мере два десятка раз, чтобы отчётливо запомнить дорогу. Первые пару месяцев я был параноиком, боясь, что кто-нибудь узнает о деньгах. Что люди случайно пройдут мимо и увидят их. Это было действительно жалко, потому что не было никаких признаков того, что более ста тысяч долларов были похоронены рядом с деревом. Мне удалось засыпать их землёй, а сверху упала от шторма гигантская толстая ветка. Несмотря на его очевидные особенности, я вбил пару гвоздей в ствол дерева, просто чтобы быть уверенным, что это то самое дерево.
Я припарковал машину на обочине пустынной дороги, и мы вышли. Оба держали в руках лопаты и фонарик. Я пошёл своей обычной дорогой к реке, и некоторое время мы шли. Моё тело двигалось само, уже узнавая окружение. Мы свернули в сторону от реки, миновав знакомое место, усеянное сотнями пуль. Здесь постоянно стреляли, и за этим надо было следить.
Когда мы, наконец, добрались до дерева, я сел на холодную землю и прислонился спиной к стволу. Мы подождали ещё минут двадцать, убедившись, что вокруг никого и что за нами нет слежки. Мы были слишком осторожны по особым причинам.
Мы не могли позволить себе всё испортить.
Когда мы убедились, что берег чист, я поднял сук и отложил его в сторону, прежде чем мы поспешно зарылись в землю, на которой он лежал. Холод, который я ощущал, вскоре рассеялся, и я вспотел. Земля замёрзла, впитывая в себя каждую унцию моих сил. Я был удивлён, что у меня вообще остались силы.
Я не только работал весь день, но и сверхурочно. Потом отправился домой, чтобы помочь Элли с Кайденом. После этого дрался с отчаянным наркоманом на пустой желудок перед толпой голодных глаз, вернулся домой и, наконец, трахнул самую сексуальную женщину, которую мне посчастливилось назвать своей. А теперь я был здесь, копаясь в своём прошлом, не видя ничего, кроме расплющенной головы Рикардо.
Я заслужил чертовски хороший отдых, не так ли?
— Ну же, маленькая сучка, — пробормотал я вслух, разрывая землю сапогом, прижатым к лопате. Она поддалась. Мы выгребали грязь в течение нескольких минут, работая усердно и быстро. Мне не нравилось делать это по ночам, и всё, о чём я думал — это Элли. Я надеялся, что Кайден её не разбудил.
Элли не нужно было знать, что я ушёл. Предполагалось, что я уйду и вернусь по-тихому, и до сих пор так оно и было. Но каждая частичка меня хотела поскорее вернуться домой и быть со своей семьёй. Минуты в итоге казались часами.
— Хорошо, — тяжело дыша, сказал Марко, — достаточно глубоко. Клади сумки.
Мы заполнили большую яму мешками с деньгами, которые у нас не было времени пересчитать.
— Сколько ещё мы будем это делать? — спросил он, когда мы начали засыпать яму.
— Столько, сколько сможем, — ответил я. — В этой книге так много грёбаных адресов. Держи ухо востро после этого. Мы увидим ещё больше насилия со стороны синдикатов.
— Если они продолжат насилие в том же духе, что будет дальше?
— Они не будут доверять друг другу. И потеряют много денег. Мы поставим синдикат на колени, как только они снова начнут воевать друг с другом. Ты же видел, что случилось после Рикардо. Они не заподозрят нас после того, как прошло столько времени. Как только синдикаты развалятся, у нас останется куча денег.
Он остановился, отдышавшись, чтобы взглянуть на меня, грязь уже застряла в его каштановых волосах.
— Это очень манипулятивное дерьмо. Никто никогда не сможет отследить нас, если будем продолжать делать это наугад.
— Именно. Мы продолжаем делать то, что делаем, и никто не обращает на нас внимания. А пока заляжем на дно. Живи спокойно и будь такой же невинной овечкой.
— Тогда может быть нам следует найти другое место, чтобы спрятать деньги?
Я криво усмехнулся.
— Если ты можешь придумать что-нибудь столь же скрытное, милости прошу.
Лично я места себе не находил.
Когда мы, наконец, закончили, то стояли рядом, переводя дыхание и глядя на зарытые деньги с ошеломлённым выражением лица и полными надежды сердцами. Поглощённые мыслями, смотрели вперёд, пока не поднялся ветер, и небо, наконец, не разразилось дождём.
Потом мы ушли.
— Утром на мне живого места не останется, — пожаловался Марко, хлопая себя ладонью по щеке, чтобы проснуться.
— В пятницу у нас не так уж много клиентов, — ответил я.
— Да, но я взял сверхурочные. Если я ещё не могу прикоснуться к деньгам, мне всё равно нужно как-то сводить концы с концами.
— Мы можем прикоснуться к деньгам. Немного. Несколько тысяч здесь и там не бросятся никому в глаза. Это означает, мы можем позволить себе пропустить пару боев, чтобы сохранять баланс. Мы просто компенсируем это, потянув время. Так не почувствуем удара.
Его лицо расслабилось, и он облегчённо вздохнул.
— Слава Богу, чувак. Ты должен был сказать мне об этом до того, как я вписался на завтрашнюю сверхурочную работу.
Я усмехнулся.
— Да, но я не знал наверняка, найдём ли мы деньги. Всё время думал, что это не может быть так просто.