Чужая игра для Сиротки (СИ)

И все равно среди девушек осталась парочка, связанных старой кровной враждой — вне всяких сомнений, они обязательно попытаются насолить друг другу. Есть парочка откровенно глупых, но при этом достаточно породистых. Есть одна откровенная приверженка движения «за равноправие» — на мой взгляд, еще большей ереси, чем демократия.
И, конечно, есть…
— Ты оставил Лу’Ну, — констатирует король, и швыряет пергамент в камин.
Да и Бездна с этой бумажкой, у меня таких еще много.
— Эвин, как бы мы оба к ней не относились, но из всех претенденток в списке, она… — Я щелкаю пальцами, пытаясь подобрать подходящее слово. — Самый лакомый кусок.
«И самый опасный», — добавляю про себя.
  
Глава десятая
 
Король скрещивает руки на груди и какое-то время смотрит на догорающий пергамент.
Я бы сильно удивился, не вырази он свое негодование вот такие приступом раздражения. Даже рассчитывал на пару сломанных стульев, но годы, кажется, берут свое, и к пятидесяти мой король и друг стал рассудительнее и спокойнее.
Мы с ним — чуть ли не единственные долгожители в королевстве.
Правда, каждый по своей причине.
Династия Скай-Рингов берет свое начало от древней крови Первых, которые, если верить легендам, появились от того, что боги переодевались в смертные аватары и ходили по земле, обучая людей ремеслам, магии и опасному искусству алхимии. Легенды, конечно, сомнительный источник информации, но единственный доступный о тех временах, когда наши предки еще не очень владели грамотной и письменной речью.
Первые короли из Скай-Рингов, насколько мне известно, жили лет по триста-четыре лет, но с годами кровь стала жиже, долгожительство — скромнее. Отцу Эвина было за сто, но выглядел он едва ли старше нас обоих сейчас, и если бы не…
Я мысленно напоминаю себе, что эту тему лучше обходить стороной даже в мыслях.
В общем, Эвин в свои пятьдесят выглядит лет на двадцать и, если моя догадка верна, таким «юным» он останется лет до восьмидесяти.
У меня, увы, в роду нет ни богов, ни королей.
Только пара настойчивых и крепких засранцев с хорошо работающими мозгами и мускулами. И одно мое добровольное проклятье, которое двадцать лет назад остановило часы моей жизни.
— Кстати, забыл тебе сказать. — Голос Эвина возвращает меня в реальность, и судя по злобной ухмылке этого сукиного сына, сейчас он отыграется на мне и за Энн, и за «старушку» Мерру, и в особенности за Матильду. — Альберта была не очень довольна моим решением отдать бразды правления в твои руки.
— Неужели ты внял ее доводам и мне не придется быть лисой в курятнике? — Это была бы слишком прекрасная новость для сырого грязного дня за окном, но чем черт не шутит?
— Она прижала меня каким-то кодексом, где говорится, что в Королевском отборе невест Тайный совет обязан быть представлен своим представителем.
Я посмеиваюсь над получившейся чехардой.
Киваю, потому что прекрасно понимаю, о каком кодексе идет речь. То, что Черная вдова обязательно им воспользуется, было абсолютно ожидаемо. Она бы никогда не позволила Эвину лишить себя глаз и ушей, потому что королевский брак — это не прихоть, а дело государственной важности.
Что в общем, абсолютно совпадает и с моим личным мнением.
Если бы короли женились на ком вздумается, в Артании давным-давно наступил бы хаос.
— Ну и чью кандидатуру она предложила?
— Маркизу Фредерику Виннистэр.
Знакомая фамилия, но явно недостаточно испачканная, чтобы я так сразу вспомнил, что это за фрукты. Маркиз почил пять лет назад, сражаясь за серебряные кордоны Артании. А его вдова отличилась тем, что вместо положенных трех лет траура носила вдовьи тряпки ровно тридцать дней.
Хммм…
Припоминаю, что волосы у нее темные и волнистые, глаза — синие, а губы — совершенно бесстыжие.
— Бездна задери! — хлопаю себя по коленям, от души хохоча. — Не припоминаю, чем таким отличился перед Альбертой, что она решила сделать мне такой королевский подарок.
— Маркиза будет распорядителем, — говорит Эвин, — на этом Тайный совет настоял единогласно. Полагаю, вам с Фредерикой Виннистэр будет полезно встретиться и переговорить, прежде чем она отбудет в Черный сад и сделает все необходимые приготовления.
 
«Ну хоть в чем-то эти старые клячи оказались полезны», — мысленно ухмыляюсь, а вслух говорю:
— Отличные новости, Эвин! Признаться, меня слегка беспокоила перспектива заниматься раздачей носовых платков всем твоим невестам.
— В таком случае, может быть, прямо сейчас?
— Как будет угодно твоему королевскому Высочеству, — смиренно склоняю голову и, когда Эвин приказывает пригласить ожидающую аудиенции маркизу, нехотя покидаю насиженное теплое местечко в кресле у камина.
  
Глава одиннадцатая
 
Нужно отдать маркизе должное — она умеет появляться эффектно.
Когда гвардейцы распахивают перед ней дверь, вносится в зал ярко-красным, пахнущим розами ураганом.
Шаг четкий, спина — доской, грудь — весьма эффектная — вперед, в пикантном декольте модного нынче фасона «клюв цапли». То есть, еще немного — и, пожалуй, можно будет разглядеть пупок.
Ей около тридцати с небольшим и, если только мои глаза меня не обманывают — что случается крайне редко — она одна из тех женщин, которые активно снабжают индустрию красоты финансовыми вливаниями.
Откуда деньги, вдовушка?
Причем, судя по внушительному ожерелью с рубинами, деньги немалые.
Богатый любовник? Скорее всего.
Мысленно потираю ладони, предвкушая целую корзину грязного белья, которую не без удовольствия переверну сверху донизу, выуживая все делишки этой мадам.
Я был бы не я, если бы позволил шпионке Тайного совета ходить по моей территории без ошейника. А богатый любовник у женщины ее возраста — это почти всегда чей-то муж.
Охо-хо, Альберта, игра еще не началась, а ты, кажется, уже проиграла.
Но, когда Фредерика исполняет перед королем идеально отточенный реверанс, я не без удовольствия опускаю взгляд в ее декольте.
Кожа, на мой вкус, у нее слишком смуглая — выдает не самую чистую кровь, скорее всего, мешанину из артанской, элийской и, возможно — даже скорее всего — горячей дорской.
Впрочем, и Бездна с ним, потому что в декольте есть на что поглазеть.
После всех положенных формальностей, маркиза поворачивается ко мне. Оценивает цепким взглядом, как жеребца для вязки, и исполняет еще один реверанс: не такой глубокий и не такой длинный.
Ну так и я не король.
— Герцог Нокс, — протягивает руку в тонкой паутине перчатки.
— Маркиза. — Сжимаю и легко касаюсь губами ее пальцев. — Только давайте без величания меня титулами. У меня от них одна только зубная боль. Я простой солдат и не знаю песен о любви.
— Где же, в таком случае, ваш мундир? — «делает глазки» она.
— Уверяю, маркиза, если бы я знал, что этот унылый день озарит счастье видеть вас, героически отвоевал бы его у моли. Ну, может, не весь, но перевязь с регалиями точно.
— Люблю скромных мужчин, герцог. — Она снова шарит по мне взглядом.
— Знаете, — я спокойно выдерживаю ее явно непраздный интерес, — какая досада, что я абсолютно не люблю скромных женщин.
Хотя, нет.
Лукавлю, пусть и самую малость.
Та милая монашка, чтоб ее Хаос взял, до сих пор торчит у меня в голове.
Даже сейчас.
Даже когда перед носом такое не оставляющее простора воображению декольте Фредерики Виннистэр, я думаю о том, думает ли она обо мне, предаваясь вечерним молитвам, и сжимает ли от этих мыслей свои невинные голые колени.
Гммм… Пожалуй, хорошо, что сегодня на мне длинная дорожная куртка.
 
— И так, кажется, конфликтов у нас не предвидится, — говорит Эвин, даже не скрывая издевку.
В тот день когда между Тайным советом и мной перестанут «предвидеться конфликты», посреди Артании разверзнется вулкан или Хаос вместе с Красным Принцем прорвет печати и нас всех ожидает очень скорая и очень неприятная смерть.