Рассвет тьмы (ЛП)
Факелы освещали каменные гробы, воздух стоял затхлый.
Идти через склеп ночью могло бы быть страшновато, если бы не реальные монстры, поджидающие нас снаружи.
Я толкнул дверь, выходя из склепа. На кладбище было пусто, сражение шло у замка.
— Идём, — сказал я, уводя за собой людей мимо могил вверх по лестнице во двор. Все шли с оружием наготове.
Мощный грохот сотряс землю. Я остановился на верхней ступеньке, резко втянув воздух. Несколько укреплений было разрушено, обвалившиеся камни были разбросаны по двору. Мужчины и монстры сражались друг с другом, причём слишком близко к замку. Мы уже потеряли городские стены и ограждение вокруг замка.
— Ну теперь-то можно в бой? — спросил Морган, пытаясь обогнуть меня.
Я дёрнул головой, натянул тетиву и выпустил стрелу. Курипер пал. Паж, который едва не погиб от когтей этого монстра, даже не стал искать взглядом своего спасителя, а развернулся к следующей твари.
Морган издал боевой клич и бросился в самую гущу битвы с факелом в одной руке и мечом в другой.
— Нам нужно попасть в замок, — сказал я остальным. — Будьте внимательны.
— Нам лучше разделиться или держаться вместе? — уточнил Льюис.
— Льюис и Брейт, присмотрите за Морганом, прикройте, если что, — командовал я. — Кейб, можешь пойти со мной и с Серафиной или остаться вместе с братом. Не уходи далеко от огня факелов.
Как и я, мальчик предпочитал лук, а потому не мог сам держать источник света.
Мы проделывали себе путь через поле боя к заднему входу в замок. Морган сражался как безумный маньяк, убивая трёх монстров за то же время, за которое другие рыцари успевали справиться только с одним.
Он уже замахнулся на следующего, как вдруг сильный поток тёплого воздуха пронёсся по двору.
Обескураженный, я опустил лук. Золотые завитки света кружили в воздухе, как пыль во время песчаной бури. Они озаряли каждый уголок двора, сияя, сверкая, искрясь, напоминая потрескивающий огонь костра. Но хоть это пламя и охватило нас всех, оно не обжигало. Нет, оно восстановило мои силы, исцелив иссушенную часть меня, и я вновь ощутил себя полноценным и сильным.
Серафина рядом со мной ахнула. Я обернулся, испугавшись, что с ней что-то случилось, пока я отвлёкся. Но фея стояла с закрытыми глазами, и её губы были растянуты в счастливой улыбке.
Монстры вокруг нас кричали в агонии. Их жуткие вопли разносились в ночи. Они падали замертво, словно их поразило не иначе как солнечным светом. Внезапно тысячи мёртвых ренариллов камнями западали с неба на мощёный двор.
— Осторожно! — крикнул я, притянув Серафину к себе, чтобы закрыть своим телом.
Монстры начали растворяться. Во дворе воцарилась оглушительная тишина.
Отпустив Серафину, я бросился вперёд и остановился рядом с Морганом.
Тот выглядел сокрушённым, меч безвольно висел в его руке.
— Что это было? — спросил он. — Куда они все подевались?
Я ошеломлённо посмотрел на него.
— Я же только-только вышел, — пробормотал он и выругался, выражая своё крайнее недовольство.
Я не знал, то ли смеяться, то ли отправить его к лекарям. Пусть проверят, всё ли в порядке у него с головой. Но мысли о психическом здоровье Моргана быстро отошли на второй план, когда Риз и Амалия выбежали из замка через дверь, ведущую в крыло для слуг.
— Риз! — выкрикнул я. Мой голос эхом пронёсся по всё ещё тихому двору.
Кассия и Бритон появились за его спиной. Они были сбиты с толку не меньше нас.
— За мной, — приказал Риз и повёл нас к каким-то чудом уцелевшей башне.
Мы поднялись на самый верх и окинули взглядом разрушенный город. Несколько факелов стойко мерцали на внешних стенах, хотя большинство всё же были потушены, когда монстры прорвались внутрь.
Я смотрел на всё это как во сне. Битва прекратилась, несмотря на то, что всё ещё стояла глубокая ночь. Рыцари, стражники и крестьяне переминались с ноги на ногу там, где всего несколько минут назад бились не на жизнь, а на смерть.
Я затряс головой, не веря своим глазам. Но сколько бы раз я ни моргал, представшее зрелище оставалось неизменным.
Монстры реально исчезли.
47
РИЗ
Аровуд лежал в руинах. Я стоял на балконе, глядя на земли, что теперь принадлежали мне. Мои подданные, моя ответственность.
Утренний свет, тёплый и яркий, окрасил мрачный пейзаж. Монстры бесследно исчезли. Если бы не вся эта разруха, что они оставили после себя, можно было бы подумать, что всё это сражение с тёмной армией прошлой ночью нам просто приснилось.
Амалия подошла ко мне и, ничего не говоря, прислонилась головой к моей руке.
— Огненный орляк увядает, — вслух удивился я.
— М? — Амалия повернулась ко мне.
Я указал на лес.
— Эти красные колючие кусты начали расти, когда были прокляты земли. Сейчас они умирают. Сама посмотри.
Эти кусты пожухли, как лиственные деревья после резкого похолодания, и распластались по земле.
— И что это значит? — тихо спросила Амалия.
Я покачал головой.
— Не знаю.
— Монстры исчезли.
— Но вдруг они вернутся? Точно ли всё кончилось?
Мне было страшно надеяться.
— Ваше Величество, — позвал Триндон за моей спиной; в его голосе даже прозвучало нечто похожее на уважение.
Я развернулся к брату, отвечая ему раздражённым (если не просто уставшим) взглядом.
— Что?
Улыбка расплылась на его лице, и это выглядело странно в данных обстоятельствах.
— Я только что разговаривал с врачами в лазарете.
Мы победили тьму, но потеряли слишком много людей. Раненых тоже немало.
— И? — спросил я, чувствуя, как сжимается всё внутри.
Триндон замотал головой, смеясь, словно сам не верил в то, что собирался сказать.
— Нет, я не принёс плохих новостей.
— Тогда что? — нетерпеливо спросил его. Я был не в том настроении, чтобы ждать, пока он ходил вокруг да около.
— Те, кто был заражён… прекрасно себя чувствуют. Болезнь прошла, не оставив ни одного симптома.
Амалия схватила меня за руку и крепко сжала.
— Ты ведь понимаешь, что это значит?
Я развернулся к ней. От такого прилива облегчения закружилась голова.
— Похоже, с тьмой действительно покончено.
Она кивнула, слёзы заблестели в её красивых глазах.
— Мы сделали это.
— Да, мы сделали это.
Я коснулся лбом её лба и несколько раз глубоко вдохнул и выдохнул. В голове до сих пор не укладывалось.
— Но мы ещё не закончили, — тихо произнесла она.
Пока Кассия не выйдет замуж за Бритона и не займёт вместе с ним реновийский трон, магия Серафины не успокоится. Мы получили отсрочку, но надолго ли?
И всё же следующий этап нашего долгого пути к примирению королевств обещал быть намного легче.
Я поцеловал Амалию, чувствуя облегчение и новый приток сил. Внезапно наше положение перестало казаться таким уж безнадёжным.
— Ох, ладно. — Триндон кашлянул. — Мне уже как-то неловко тут стоять. Лучше пойду.
Я засмеялся, закатив глаза, и шепнул Амалии:
— Если бы я знал, что от него можно так просто избавиться, то сделал бы это намного раньше.
Она хихикнула и переплела наши пальцы.
Мы снова развернулись к нашему разрушенному королевству. Скоро мы начнём его восстанавливать.
Завтра похороны отца. На мне корона, которую он не собирался мне передавать. Если бы только он согласился уступить мне её раньше…
Я надеялся, что у нас ещё было время, но ошибался. И с этим грузом мне придётся жить. Такова моя судьба, и у меня нет иного выбора, кроме как принять её.
— О чём задумался? — тихо спросила Амалия.
— На сердце тяжесть из-за потери отца, — признался я, — но впервые за всю свою жизнь я чувствую, что могу расслабиться.
Амалия улыбнулась. Эта её улыбка предназначалась только для меня одного, и не было ничего её дороже.
Я наклонился к своей жене, ласково задев её плечом.
— А ещё я очень рад, что ты нашла в себе силы простить «порочного дрейганского принца» и остаться рядом со мной.