Мемуары бабы Яги (СИ)
С этими словами Яга нырнула в сундук и покряхтев немного выудила со дна костюм-двойку и рубашку.
— Эк тебя разобрало, старая! А чегой ты меня в старца наряжаешь, а не в добра-молодца? А вдруг я ей в женихи набьюсь?
— Я те набьюсь! Женишок выискался! Сказано же — девочка она, маленькая ещё да хорошая! И вообще, не в курсе она дел наших — ничего не знает, думает, что приехала в гости к бабуле-травнице, что в лесу живёт. А тут ты… Тьфу! Да ещё и в короне. Сымай свой парад, да надевай коздюм, как людь будешь, неча мне ребёнка пужать!
— Ты совсем очумела старая? Да я не в жисть на себя это не надену, да где это видано, чтобы я, повелитель царей…
Разгневанный Кощей ещё не успел окончить фразу, как уже оказался в рубашке и пиджаке.
— Надевай тебе говорят! Теперь бруки, и будет всё в ажуре! И веди себя прилично, вон, уже подходят, слышишь?
Василиса и Татьяна не спеша подходили к дому, изба слегка подпрыгивала, а из-за дверей доносились возмущённые возгласы, шум борьбы, писк и недовольное сопение.
— Вась, что там? А вдруг на бабушку кто напал? — Татьяна рванула к избе.
— Да погоди ты! — едва успела поймать за рукав Татьяну Василиса. Хитрая ухмылка скользила по её губам. — Это поди опять кот с домовым разбираются, или… Или у нас гости.
— Что⁈
С воплем «Бабуля!» Татьяна рванула к двери.
На её возглас дверь распахнулась. На пороге стояла запыхавшаяся, слегка растрёпанная, раскрасневшаяся, смущённо улыбающаяся Яга. Косынка сбилась, коса расплелась, нарядный фартучек на бок съехал. Дрожащей рукой она поправила волосы и натянула косынку.
— А вот и красавицы мои пришли! Ну что, много ягод насобирали?
Татьяна посмотрела за спину бабули и увидела милого старичка с белой бородой в костюме двойке, мирно сидящего на сундуке.
При виде этой картины Василиса хохотнула, прикрыла рот ладошкой, и хохотала уже беззвучно.
— Здрассьти вам! А вы, стало быть у нас дедушка, да? — пискнула Василиса и прыснула со смеху.
— Васька! Прекрати баловство! — цыкнула на неё Яга.
— Кхех… — только и прокряхтел дед недовольно покачав головой.
— Бабуль⁈ У тебя гости? — тихо спросила Татьяна, испугавшись, что их возвращение весьма некстати.
— Ну… — протянула Яга. — Это ж Кощ… то есть Кош — в общем, дедушка твой троюродный по материнской линии с папиной стороны. — Яга совсем растерялась и от смущения теребила платок. — КошСтей кличут, аха.
— Кхех… — недовольно крякнул дед. — Костя стал быть я, ага.
— О-о-ой! Как здорово! — расплылась в улыбке Татьяна. — У меня ещё и дедушка есть!
Распахнув руки, Таня кинулась обнимать деда. Тот подскочил от неожиданности, кинулся в сторону, но вовремя спохватился и принял «внучку» в объятия.
— А ничего у нас де́вица, только костлявая больно… На ужин сойдёт… — обняв Таню заметил Кощей, за что тут же, нещадно был бит метлой по голове.
— Ой! Ты чего старая, ополоумела, чего дерёшься⁈ — взвыл он, но увидев недобрый взгляд Яги исправился. — Я хотел сказать, что ужинать пора, да откармливать де́вицу, больно тощая у меня… Э-э-э… Внучка!
Василиса, наблюдавшая за встречей «родственников», плюхнулась на лавку и схватив на руки кота, уткнулась лицом в его мех. Кот недовольно ворчал, Василиса приглушённо всхлипывала.
— Ну, будет тебе… — сказала Яга Васе. — Будет уж рыдать-то от счастья. Иди вон лучше во двор, да клич кинь, пусть на стол собирают. Ужинать пора.
Глава VI
Глава VI
Ксюша проснулась первой, и сразу помчалась наверх проведать Татьяну. Распахнув дверь в её комнату, она увидела пустую кровать и изодранный лист бумаги на прикроватной тумбе. Отсутствие Таниных вещей, спортивной сумки и самой хозяйки изрядно её напугало.
Схватив лист бумаги, край которого был изодран, будто его рвали когтями, Ксения прочитала записку. Сказанное в ней удивило её не меньше, чем само таинственное исчезновение.
Торопливо сбежав вниз, она растолкала Сашу, сунув ему под нос лист бумаги. Сонный Саша долго тёр глаза и никак не мог понять, чего от него хотят.
— Ну… — недовольно пробурчал он. — Уехала, и что?
— Сань, просыпайся, а⁈ Это… — Ксюша потрясла листком бумаги перед носом жениха. — Это я нашла в Таниной комнате, в Та-ни-ной! — по слогам повторила она. — Таня уехала! Но этого просто не может быть — она не могла так поступить с нами! И здесь написано, что поехала к какой-то бабушке! — торопливо перечисляла Ксюша. — Но у неё бабушек отродясь никаких не было! И на чём она могла уехать, на метле что ли, мы же на одной машине сюда приехали! Саня, ну Саня, да проснись ты уже наконец! — Ксения трясла его за плечо.
— Ксю… Честное слово… Мне вообще кот приснился, на задних лапах ходящий, чёрно-белый и он нёс Танину сумку, так что, это правдой считать?
— Какую сумку⁈ — насторожилась Ксения и прищурилась. — Ты что, в курсе да, что она уехала? Ты её видел, говорил с ней?
— Ксю! — недовольно пробурчал Саша. — Я тебе только что сказал, что мне приснился сон, в котором кот нёс Танину сумку. Кот! Не Таня! Что у тебя с причинно-следственными связями?
— Ах вот ты как, да? То есть я дура неграмотная по-твоему?
Ксения соскочила с кровати и уже было рванула к дверям, но была поймана Сашей за руку и немедля захвачена в крепкие объятия.
— Ксю, ну хватит, а? Что за комедии с утра? Я ещё и не проснулся толком, а тут ты, и уже с обвинениями.
— Это, милый мой, не комедия — это жизнь. Ты вообще меня не слышишь? Я тебе повторю по слогам — Таня уехала и оставила записку. Тебе не кажется всё это странным?
— Нет, не кажется. Я удивился, что она не сделала этого ещё вчера… — тихо сказал Саша и отпустил Ксению. — Знаешь, я бы не смог сидеть в компании и делать вид, что ничего не произошло, зная, что буквально за стенкой бывший жених развлекается со своей новой женой.
— Сань, ты серьёзно? — прошептала Ксения и удивлённо уставилась на него. — Ты у меня такой ранимый? Милый, прости, я не подумала, я совсем не подумала… Ты знаешь, я сначала говорю, а потом думаю.
— Я знаю, Ксю. — тихо ответил Саша. — Но это не мешает мне любить тебя. И дело не в моей ранимости, а в Тане. Я считаю, что она правильно сделала, что уехала. Ей нужно отвлечься, и наша компания для этого не подходит. Куда она там уехала?
Саша взял из ослабевших пальцев невесты лист бумаги и прочёл записку.
— К бабушке… — шёпотом ответила Ксения. — Но у Тани нет никакой бабушки…
— Значит есть, просто она о ней не говорила. Мало ли, какие у людей бывают тайны.
— Ничего не понимаю. — окончательно расстроилась Ксения. — Мне казалось, что я знаю о ней всё-всё. А тут — бабушка…
— Не расстраивайся, Ксю. Давай лучше разбудим ребят и расскажем им о случившемся, думаю они поймут. А через неделю Таня вернётся и всё нам расскажет.
Саша приобнял невесту и успокаивающе погладил её по спине.
— Нет, я попробую до неё дозвониться. Пусть скажет мне лично, что у неё всё в порядке и объяснится наконец!
Ксения вырвалась из объятий любимого и схватила телефон, лежавший на тумбе. Набрав знакомый номер, она долго слушала гудки. Потом в трубке что-то щёлкнуло и противный металлический голос сообщил, что абонент находится вне зоны доступа.
— Недоступна… — тяжело вздохнула Ксения.
— Не волнуйся, скорее всего в деревне просто плохое покрытие, а может и вообще связи нет. Подождём, она обязательно позвонит сама.
Ксения отрицательно покачала головой и снова нажала кнопку вызова.
— Я волнуюсь, Сань…
— Пойду умоюсь. — вздохнул Саша, зная, что пытаться переубедить Ксению — пустое занятие. — Пойдём к ребятам?
— Сейчас, я сначала попробую дозвониться.
Саша пожал плечами и понуро поплёлся в ванную.
… — Вот ведь, — думал он, — сон в руку, кот с Таниной сумкой. Видимо вместе уехали…
Ксения вошла на кухню, застав врасплох жующую кусок торта Анечку.
— Ты же на диете.
— Угу. — согласно кивнула Анечка, и сунула в рот оставшийся кусок.