Злой Демон Василий 2 (СИ)

— Ну, чёрное солнце его словно высасывает. Я о таком не слышал никогда. Символ уже испорчен настолько, что не будет работать. Может, солнцу краски не хватает, чтобы лучи протянуть?
— А остальные символы? — заволновалась Тэя.
— Нормально с ними всё, — я пробежал взглядом по рисункам на спине. — Только один страдает почему-то. Но это даже хорошо. Мы на его место что-нибудь более полезное нанесём. Тем более, там уже есть луч чёрного солнца. Действительно, странно получается…
Тэя подтянула платье, чтобы накинуть его обратно на плечи.
— Можешь идти, — сказала она. — Посети наши кладовые и выбери всё, что нужно. Скажи хранительнице, что это моё распоряжение. И если там уже ничего не осталось, можешь сходить в город, но только в компании наставницы Рены. Кстати, найди её и скажи, что я хочу с ней поговорить.
В коридоре до сих пор было тихо. Вместо вездесущей хранительницы символов там дежурила незнакомая жрица, удивившаяся, увидев меня. Ей я и передал просьбу верховной срочно найти Рену. Чем быстрее они поговорят, тем быстрее я смогу сходить в лавку алхимика. На сто процентов уверен, что в кладовых уже ничего нет. Зная финансовое состояние храма, вряд ли они станут держать большой запас трав. Но, чтобы не сердить Тэю ещё больше и проверить кое-что, я всё же направился в сторону кладовых.
Ещё на подходе к комнате, где меня вчера оглушила Серна, я заметил суетившихся послушниц, выносивших оттуда обломки мебели. Несколько девушек в возрасте пятнадцати-шестнадцати лет провожали меня любопытными взглядами, кто-то даже строил глазки.
— Шевелитесь, — послышался голос их наставницы, вышедшей из кладовой. — Где стол? Грана, где, я спрашиваю, стол?
Наставница выглядела чуть старше двадцати лет, но не узнать её было сложно. Когда я уходил из храма, она руководила ремесленными мастерскими. Под её руководством мужчины делали мебель и посуду, а девушки и женщины шили наряды и платья, вышивали золотом пояса для старших жриц. Думаю, что сейчас она ученица у наставницы, перенимает её опыт не только в мастерстве, но и в управлении послушницами. И судя по тому, как девушки забегали, когда она на них прикрикнула, получалось у неё хорошо.
— Ты чего улыбаешься? — строго спросила она, увидев меня.
— Рад видеть Вас в добром здравии, наставница Мейлир, — сказал я.
— Зеленоглазый парень, о котором предупреждала наставница Эва, — прищурилась она, скрестив руки на груди. — Действительно, неплохо говоришь на языке дами. Пришёл, чтобы отвлекать девушек?
— Рядом с кладовыми? — удивился я. — Я за травами для наставниц Рены и Дейри.
— Бесполезно, — Мейлир поморщилась. — Всё утро жрицы бегают по поручению своих наставниц, но трав для успокаивающего отвара не осталось. Сивита даже сорвалась на кого-то…
Осёкшись, она посмотрела на меня, словно не понимая, с чего это решила поболтать и даже поделиться последними новостями. А дело было в том, что дами тоже нравилось, когда кто-то красиво говорил на их языке. Они, конечно, не кинийцы, но красивую речь тоже любят, если застать врасплох.
Мы одновременно посторонились, отойдя к стене, так как мимо спешно прошла важного вида жрица лет сорока. На нас она бросила лишь короткий взгляд. Дойдя до распахнутой двери главной кладовой, она спокойно вошла внутрь.
— Милая Сивита, — послышалось оттуда, — а где хранительница Серна?
— Хранительница плохо себя чувствует, — раздался уставший голос Сивиты. — Лекарственных трав нет. Совсем нет. Последние два корешка и несколько лепесточков забрала ученица наставницы Орианы. И даже от простуды трав нет. Всё выгребли.
— Но…
— Ничего не осталось! — повысила голос Сивита. — Простите за это.
— Тогда не буду вас отвлекать от работы.
Жрица вышла из кладовой, прошла пару шагов, затем удивлённо оглянулась. Подумав немного, она поспешила к выходу из коридора, снова не обратив на нас внимания. Наверняка побежала в город, в лавку алхимика, чтобы купить нужные травы там.
— Кто это? — спросил я.
— Помощница наставницы Стерел, — сказала Мейлир.
 
— А она кто?
— Казначей. Если ей отказали, то трав действительно нет.
— Согласен, — я покивал, посмотрев на приветливо распахнутую дверь. — Пойду поздороваюсь.
— Ага, удачи, — Мейлир улыбнулась и быстро опомнилась. — Будешь приставать к послушницам — получишь по шее.
— А если они ко мне?
— Тогда они получат, — согласилась с доводом она. — Или оба.
— Намёк понял.
Я поспешил к открытой двери. Если вчера вечером в центре комнаты стоял массивный стол, то сегодня его уже не было. Понятно, что за обломки выносили из комнаты девушки. Вместо него кто-то поставил два ящика, разложив на них дорогую по местным меркам бумагу, счёты и знакомые весы, но уже с одной помятой чашей.
— Успокаивающих кожу трав нет, — не глядя в мою сторону, сказала Сивита, читая то ли отчёт, то ли список. Вид у неё был болезненный.
— Может, пару дней отдохнёшь? — спросил я.
— Некогда, — она подняла взгляд на меня. — Надо бумаги привести в порядок.
Со стороны сразу было заметно, что она получила символ, отчего плохо себя чувствует. Думаю, что жрицы, заходившие сегодня, сразу понимали, что произошло, и очень скоро об этом будет знать весь храм. Хороших чернил было немного, поэтому старшие жрицы со своими ученицами вряд ли стали бы делиться, а завистников среди дами не меньше, чем среди других демонов.
— Ладно, приготовлю и на твою долю, — сказал я. — Планирую в лавку алхимика сходить в городе.
— Бесполезно, — она ухмыльнулась. — Если там что-то и было, то всё уже раскупили.
— Посмотрим. Но кладовую травами пополнить надо. Всё, что нужно, я достану, а ты проследи, чтобы ничего не испортилось. Сезон дождей начинается, а сырость для трав губительна. Поэтому надо в ближайшее время привести кладовую в порядок. Просушить, всё, что покрылось плесенью, выкинуть, и вообще.
— И этот командует, — она посмотрела на меня взглядом опытного кладовщика, к которому пришёл грузчик с советом.
— Понял, приставать не буду. Тогда мне нужна будет помощь с медными котелками, тарой для микстур и хорошей печкой. Надо отвар для воспалённых символов сделать, ну и внутрь тебе что-нибудь употребить не помешает, а то не уснёшь.
Сивита отложила отчёт, накрыла его папкой, чтобы не видно было, что читает.
— Мэй! — крикнула она.
— Что? — в кладовую заглянула Мейлир.
— Василий хочет микстуру какую-то сварить, — сказала Сивита. — Поможешь ему.
— Сейчас? — она посмотрела на меня прищуренно.
— После полудня, — сказал я. — Если будете где-нибудь недалеко от мастерских, я Вас найду.
— Хорошо. А сейчас выходи, стол несут.
Последнее Мейлир добавила для Сивиты. По идее, они были примерно равны по положению, но работники кладовых пользовались большим уважением, чем те, кто работал в мастерских.
Пришлось немного подождать, пока Рена поговорит с верховной и пока получит нужные указания на мой счёт. Утром она выглядела немного задумчивой, пока мы спускались по лестнице и огибали храм, не проронила ни слова.
— Что беспокоит? — я не выдержал первым.
— Чернила, которые я принесла вчера в храм, — сказала она. — Старшие ведь их все уже извели?
— Думаю, что уже к вечеру ничего не осталось, — кивнул я.
— Но что они нанесли себе на спину? — она посмотрела на меня. — Может, нужно было им сказать, чтобы не торопились?
— Ты же сама видела, как сильно они хотели чернила. Вот они их и получили, пусть радуются и сами решают, что делать, не маленькие. Беата… В общем, им повезло, что Тэя имеет огромный запас терпения. Я бы на её месте давно устроил старым бабкам разнос, чтобы не лезли туда, куда не следует. Судьбу храма решает верховная жрица, и её воля должна быть исполнена без рассуждений и споров. А старшие только упрёки высказывают и претензии предъявляют. Пусть потом локти кусают из-за собственной глупости. Серна ведь догадалась, что к чему.
— Другим жрицам ты поможешь, как нам с Дейри?