То, что мы прячем от света (ЛП)

Мой отец втиснулся в кадр.
— Привет, ребёнок. Что за дела с бойфрендом?
— Привет, пап, — неловко сказала я.
— Ты где? Это не твоя кухня, — сказал папа, наклоняясь к экрану и заслоняя практически всё в кадре.
— О, я… ээ…
Я услышала поворот ключа в замке.
— Знаете что, мне пора, — быстро сказала я.
Но оказалось слишком поздно. Входная дверь позади меня распахнулась, и вошёл Нэш, выглядящий превосходно в своей униформе, и Пайпер в новом оранжевом свитерке.
Я развернулась к нему.
— Привет, Ангел, — тепло произнес он. — Срань Господня. Ты приготовила еду?
— Ээ, — я развернулась и уставилась на два лица с отвисшими челюстями на экране моего телефона. — Ох блин.
***
— Думаю, всё прошло хорошо, — сказал Нэш, набив рот сэндвичем с индейкой.
Я положила голову на стол и застонала.
— Тебе обязательно было быть таким обаятельным?
— Ангел, это в моём ДНК. Это всё равно что просить Опру перестать любить книги.
— Тебе обязательно было давать им свой номер? Они мне звонят каждый день!
— Я не мог придумать вежливого повода отказаться, — признался Нэш. — Что плохого может быть?
Я выпрямилась и закрыла лицо ладонями.
— Ты не понимаешь. Они сядут на самолёт и прилетят сюда.
— Мне не терпится с ними встретиться.
— Ты не понимаешь, о чём говоришь. Ты бредишь. Я явно не доготовила бекон, и свиные амёбы в этот самый момент поедают твой мозг.
— Если они важны для тебя, они важны для меня. Они приедут, и мы разберёмся с этим вместе. Ты, я и амёбы.
— Ты понятия не имеешь, на что подписываешься, — предупредила я его.
— Почему бы нам не побеспокоиться об этом потом? — предложил он, и в его голубых глазах блестело раздражающее веселье.
— Потому что нам надо беспокоиться об этом сейчас.
— И вот ты снова делаешь акценты.
Мои глаза сощурились.
— Не заставляй меня отвешивать тебе пощёчину сырым беконом.
Нэш доел свой сэндвич и взял половину моего.
— Знаешь, пока ты говорила своим родителям, что просто гостишь у меня, я кое-что испытал.
— Судороги от свиных амёб?
— Очень смешно. Нет. Я говорил про честность.
— Ладно. Я всё хотела сказать тебе, что использовала твою зубную щётку, чтобы чистить зубки Пайпер, — пошутила я.
— Это объясняет собачью шерсть в зубной пасте. А теперь моя очередь. Тебе надо перестать врать своим родителям.
Я напряглась на стуле.
— Проще сказать, чем сделать. И у меня нет энергии объяснять тебе, почему.
— Неа. Не получится, детка. Я не позволю тебе дать отпор в этом. Выслушай меня. Ты должна достаточно доверять своим родителям, чтобы быть с ними честной.
Я закатила глаза.
— О, конечно. Получится примерно так: «Привет, мам. Я врала вам годами. Да, я вроде как охотница за головами, и эта работа подразумевает опасные расследования и проживание в грязных тараканьих мотелях с хлипкими дверьми. Я очень хороша в своём деле, и азарт помогает мне почувствовать себя живой после стольких лет удушающей заботы. А ещё я не отказалась от красного мяса, как говорила тебе. Что такое? О, ты так расстроена, что у тебя случился сердечный приступ? И теперь у папы снова вскрылась язва, и у него внутреннее кровотечение? Круть».
Он улыбнулся мне.
— Ангел.
Я оттолкнула этого вора сэндвичей.
— Уходи. Я зла на тебя.
— Вот сейчас ты отталкиваешь меня, а я никуда не ухожу, — подметил он.
— Я передумала, — решила я. — Мне нравится держать всех на расстоянии вытянутой руки.
— Нет, не передумала. Нет, не нравится. И я понимаю, что моё предложение кажется откровенно страшным. Но Ангел, тебе надо верить, что твои родители могут справиться со своим дерьмом, включая их реакции на тебя и твоё дерьмо, и не только.
— В этой метафоре слишком много дерьма. Аж воняет.
— Ха-ха. Слушай, я не говорю, что это будет просто. И я не говорю, что их реакция будет безупречно правильной. Но тебе нужно сделать лучшее, на что ты способна, и верить, что они поступят так же.
— Ты хочешь, чтобы я призналась им во всём, о чём врала?
— Нет, черт возьми. Никакому родителю не нужно слышать, как его ребёнок украдкой сбегал ночами и крал алкоголь. Начни с нынешнего времени. Расскажи им о работе. Расскажи им о нас.
 
— Я рассказала им о нас. Поэтому я и позвонила им.
Нэш замер на месте, не донеся сэндвич до рта. Его глаза сверлили меня с таким жаром, от которого моё сердце совершало нервные кульбиты.
— Что? — бросила я ему вызов.
— Ты рассказала своей маме обо мне.
— И что?
Он бросил сэндвич и кинулся ко мне.
Я взвизгнула, а Пайпер игриво тявкнула.
— И то, что это заслуживает награды, — объявил он, поднимая меня на руки.
Глава 42. Шоколадно-шоколадный десерт
Лина
— Когда ты говорил про мороженое, я думала, ты имеешь в виду свидание, — поддразнила я Нэша, когда он опустил задний откидной борт своего грузовика, стоявшего на парковке «Холода Нокемаута»13, элитного заведения с мороженым.
Я целый день изучала отчёты с мест преступлений — и со стрельбы в Нэша, и со склада. Я также ответила на несколько вопросов от детектива полиции Арлингтона, который завершал отчёт по голой поножовщине братьев Бейкеров. Вдобавок я просмотрела запись видеорегистратора с покушением на Нэша, ища какие-то улики.
После первого просмотра я пребывала в раздрае, а после третьего меня настолько тошнило, что я с разбегу накинулась на Нэша практически сразу, как он переступил порог.
— Смотрите, кто научился любить свидания, — самодовольно сказал он, после чего поставил одетую в свитер Пайпер в кузов грузовика вместе с ванильным стаканчиком для собак. — Считай это двойным свиданием с пятым колесом.
Я вернула ему его рожок.
— Сложно перейти к самому интересному, когда у нас есть зрители, — я убедилась, что он смотрит в мою сторону, и затем лениво лизнула своё мороженое с солёной карамелью.
— Не надо было брать тебе рожок, — проворчал он.
Я самодовольно улыбнулась и запрыгнула на край кузова с откинутым бортом. Нэш встал между моих ног и оставил прохладный шоколадный поцелуй на моих губах.
— Гадость. Вы не лучше Нокса и тёти Наоми, — пожаловалась Уэйлей. Её окружали Нолан и Слоан (на их втором свидании), и она несла высокий рожок с мороженым.
— Сколько там шариков, Уэй? — спросил Нэш.
— Три, — ответила она.
— Наоми нас убьёт, — прошептала я.
— У вас проблемы, — пропела Слоан, пока она и Нолан подходили к его внедорожнику.
Уэйлей уселась на край кузова рядом со мной.
— Ладно. Вы, ребята, забрали меня с футбольной тренировки и купили мороженое до ужина. Я не дура. Чего вы хотите? Вирус в ноутбуке? Ибо у меня поднялись расценки, — заявила девочка, с энтузиазмом уминая шоколадное мороженое с шоколадной крошкой.
— Нам нужно поговорить с тобой о той ночи, когда твоя мама и Дункан Хьюго похитили тебя, — сказал Нэш.
— Это потому, что он всё ещё на свободе, и вы хотите его поймать? — спросила она.
— По сути да, — сказал он.
Мне нравилось, что он не подслащал пилюлю. Что он верил, что Уэйлей может справиться с правдой, даже если та уродливая и страшная. Мои родители многое пытались скрывать от меня, потому что боялись, что я недостаточно сильна, чтобы вынести плохое. Но каждый раз, когда реальная правда всплывала на поверхность, это ощущалось как ещё одно крохотное предательство.
Я это ненавидела… и срань господня, сейчас я делала то же самое с ними. Я не доверяла им в том, что они способны справиться с правдой, и поэтому врала, чтобы защитить их.
А значит, Нэш прав. Опять.
— Проклятье, — пробормотала я.
Нэш и Уэйлей обеспокоенно посмотрели на меня поверх своих рожков.
— Не обращайте на меня внимания. Отморозила мозг мороженым14, — сказала я.
Отморозила мозг, испытала прозрение, меняющее жизнь — одно и то же, верно?