Облака пустоши (СИ)

«Депо, сортировочный центр?» — подумал Ахимас, наблюдая, как Квинт скрылся за воротами.
«Как мне туда попасть?»
Он осмотрелся. Недалеко от депо располагался длинный железнодорожный мост. Поезд из нескольких грузовых вагонов, медленно полз по нему, все больше замедляясь.
— К черту размышления! — крикнул Ахимас и побежал к мосту. «Можно попробовать забраться на него!»
По стальным перекладинам и опорам моста наемник вскарабкался на насыпь, спрятался за одной из балок и дождавшись, пока состав из 5 вагонов проедет почти полностью, заскочил на выступ последнего вагона. Отсюда Ахимас забрался на крышу вагона и лег, чтобы не быть замеченным. Вагон медленно приближался к черной от копоти кирпичной арке депо.
  
Глава 12. Главарь «Леворуких»
 
Поезд въехал в депо, со скрипом остановился и выпустил из трубы большое облако пара. В депо было достаточно темно. Закопчённый потолок состоял из огромных стальных конструкций с окнами в центре. Сквозь них падали жаркие лучи вечносферы, разбавляя прохладу депо.
Ахимас осмотрелся. На соседних путях стояли внешне уже хорошо знакомые ему бронированные вагоны.
«Не те ли это самые, в которых ПАН лампы доставляют? Могут ли лампы подменять здесь?»
«6д-676а» — Ахимас прочел номер на вагоне и услышал разговоры со стороны платформы. Наемник спустился с крыши поезда, согнулся и на корточках прошел под вагонами. Ахимас услышал тяжелые шаги над головой. Из вагона по трапу на платформу вышли два мускулистых мужика. Лицо одного из них показалось Ахимасу примечательным.
«Кто это ему нос так свернул? — подумал наемник. — Недавно с кем-то дрался?»
В ухе громилы торчала здоровенная золотая серьга — кольцо.
«Дорогая безделушка, — подумал Ахимас. — Навряд ли рабочий такое может себе позволить».
Рабочие направились к открытым воротам одного из зданий.
— Не, ну большая в этот раз партия «липких»! Да еще за полчаса велели закончить, — послышался недовольный тенор одного из них. Спустя минуту они появились, таща вдвоем, что-то длинное, завёрнутое в черный мешок.
— Та че так, а? Че опять эту дрянь тягать? Эти слизняки меня чисто доконали! — пробасил человек с серьгой в ухе.
— Ты не ссы мне в уши! Рупор сказал, что пока это последние. Они кончались и еще несколько дней не будет. Так что давай, заноси быстрее, пока не растаяли.
— Меня от них уже блевать тянет, — зарычал рабочий с серьгой в носу и высморкал на платформу черную от угольной сажи соплю, поставив точку в разговоре.
— Быстрей кончим и по кружке пенного жахнем.
— Ага, — угрюмо и раздраженно согласился тот, что был с серьгой. Только я слышал, потом их станет в разы больше.
«Станет больше? Но чего или кого?» — подумал Ахимас и, выбравшись из-под вагона, прокрался к углу здания. Он обернулся и посмотрел на вагон. На нем белой краской был нанесен номер (Б334—01).
Бандиты вынесли из здания еще один черный мешок. Ахимас дождался, когда они отдалятся и незаметно вошел внутрь. Это был склад. Под лестницей, ведущей на второй этаж, лежала гора тех самых мешков из черной ткани, напоминавших личинки насекомых. Ахимас приблизился и осторожно развернул один из них.
Внутри, засыпанный светящимся желтым порошком лежал прозрачный, уже почти полностью распавшиеся интуил — оболочка человека. Он внезапно дернулся и зашипел.
«Еще живой, — подумал Ахимас. Но я не знаю, как можно облегчить его страдания?»
Он вспомнил, как на рынке стреляли в рабочих с дизраспадом.
«Что это за вещество? Оно светится».
Ахимас взял пригоршню и оторвал от мешка лоскут. Завернул в него вещество и положил к себе в карман.
«Возможно, что это тот самый группинит вечносферы? Судя по описанию из брошюры, очень похоже. Но почему интуилы засыпаны группинитом?»
Позади послышались шаги и речь. Ахимас спешно завернул интуил обратно и спрятался за горой мешков.
— Слушай, а ловко эта сахафрация-то с наполнителем!
— Ага, и не говори…
«Что еще за сахафрация?» — подумал Ахимас. — При чем тут цветок! Может, в этом наполнителе добавлена сахафрация? — подумал Ахимас.
 
Мужики подхватили тело, которое только что осматривал Ахимас, и понесли в сторону вагона. Наемник слышал, как существо зашипело и завопило нечеловеческим голосом в мешке. Бандит уронил мешок и крикнул.
— Черт, эта дрянь еще шевелится!
Он со всей силы пнул существо по голове. Раздался противный слуху хлюп. И вопль смолк.
Ахимас выбрался из укрытия и поднялся по стальной лестнице. Наверху был большой и длинный коридор, ведущий по второму этажу здания депо.
«С помощью группинита делают ПАН лампы, — рассуждал он. — Ими облучают руду, давая ей положительный заряд, вернее, убирая отрицательный. Выходит, группинит обладает сильным энергетическим потенциалом? Интуилы распадаются, лишенные частиц, и ветоскаматического поля своего владельца. Возможно ли, что группинит имитирует поле, и тем самым отсрочивает растворение интуилов?»
Коридор вывел его в большой ангар, где лежали старые ржавые рельсы и шпалы. В конце ангара находилась складская пристройка, с окнами забитыми досками. Из пристройки донесся скрежет металла и звон.
Ахимас притаился у окон и посмотрел сквозь щель.
«Квинт? Что он там прячет?» — подумал Ахимас увидев, как бандит трется около ржавых бочек из-под топлива.
Наемник услышал шаги за спиной. С противоположного конца ангара, перекатываясь с ноги на ногу, шел нуаран. Не считая бакенбард, он был лыс. Его кожа цвета чернил лоснилась и блестела так, словно была натянута и вот-вот готовилась лопнуть. Нуаран был одет в дорогой красный кафтан, из-за чрезмерной полноты расстёгнутый на животе.
Ахимас юркнул за гору рельсов и стал наблюдать.
«Это кто-то важный. Криминальный авторитет не иначе!» — подумал Ахимас, глядя на нуарана. Тот подошёл к двери складского помещения и два раза громко саданул в дверь кулаком! Раздался неприятный лязг и дребезг.
Квинт открыл дверь и попятился!
— Рупор? — удивился он. Похоже, это было прозвище толстяка.
— Идем к Огарку. Разговор с тобой у него! — хрипя прошептал толстяк.
— А я и собирался к нему! — ответил Квинт. Лицо его было бледным и напуганным.
— Да ты не робей! — тихо и страшно прохрипел нуаран и похлопал вора по спине.
Через двор, заваленный углем, они проследовали в административное здание и поднялись на второй этаж. Свет, за исключением некоторых газовых рожков, не горел.
В конце коридора находится большой балкон с нелепой кованой оградой. Отсюда открывался обширный вид на порт. В центре балкона, под навесом стоял стол. На нем валялись камни и фигурки. Недавно здесь кто-то играл в мокрицу.
Рядом со столом стояла огромная газовая лампа с ажурной решеткой. Внутри нее бегали огоньки пламени, отбрасывая алые блики на фигуру человека, сидящего в одном из мягких кресел. Его лица, Ахимас, прячась за углом, не видел, но внимательно изучил фигуру. Человек был худощав и невысок, одет в белую сорочку, расстёгнутую на груди и дорогие черные брюки «Фортель Окрю». Из кармана свисала золотая цепочка часов.
Женщина в вульгарном бордовом платье с большим декольте наливала алкоголь в его стеклянный бокал.
Толстый нуаран в красном кафтане, уставший от подъёма по лестнице, вытер пот со лба и шлепнулся в мягкое кресло рядом с незнакомцем. Кресло протяжно скрипнуло под его весом. Квинт тоже сел.
— Тебе кто пес, позволял? — прохрипел нуаран, все еще тяжело дыша.
Квинт вскочил с кресла как ошпаренный. Берет слетел с его головы, обнажив плешь. Ахимас, видя это, улыбнулся.
— Ога! — предостерегающе сказал человек в белой сорочке и дорогих брюках. Он поднялся из кресла и шлепнул женщину в платье. — Принеси-ка Лепормитак, — сказал он ей ласковым голосом.
Женщина удалилась. Ахимас присмотрелся к лицу бандита в белом освещенным огнем лампы и узнал человека из газеты.
«Вот это, значит, и есть огарок, он же Йолис Суолавим — богатый предприниматель, обещавший вывести транспортное сообщение внутри города на новый уровень? — подумал Ахимас, изучая лицо в ожогах.