Третий Генерал: Том VIII (СИ)

Людвиг всё ещё переваривал то, что я на него вывалил. Его семья наверняка решила мне предложить сниженный тариф за их услуги и согласиться на малый процент с того, что получится отсудить с Живиных. Я же с ходу предложил им практически всё, плюс предоплата и оплата расходов. Очень жирный контракт выходит даже для такого семейства.
Интересно только как он отнесётся к моим словам про пожертвование.
  
— Не буду скрывать, вы меня прямо поразили, — сказал Людвиг. — Очень немногие люди готовы расстаться с такими деньгами даже если они богаты. В конце концов, кроме самой этой суммы Живины будут вынуждены оплатить все судебные издержки, чего мы легко добьёмся, поэтому итоговая сумма будет очень велика. Но раз это ваше взвешенное решение, то я не буду ему противиться. Мне же вполне хватит предоплаты, оплаты всех издержек и… десяти процентов от суммы, которую мы сможем отсудить. Остальное можно распределить по различным фондам. Эти деньги сторицей вернутся и вам и моей семье, многие оценят подобный поступок.
— Тогда мы договорились. Готов выслушать ещё ваши идеи о том, как нам следует сейчас действовать.
— Для начала следует сосредоточиться на первопричине этого инцидента, — Бернент сразу же включился в работу. — Я имею в виду внука Живина, который повёл себя на званном вечере крайне неподобающим способом. Я крайне детально изучил видеозаписи того происшествия. Живин-младший поднял руку на слугу чужого рода после того, как девушка отказалась уйти с ним в укромное место и оказать ему сексуальные услуги. Мы должны сделать особый акцент на трёх моментах: на том, что слугой была молодая девушка и её принуждали к сексу, на том, что Живин был пьян и, самое важное, что это отнюдь не первая выходка как этого молодого человека, так и молодого поколения этого рода в целом.
— Делаем меня защитником девицы в беде, а также делаем упор на том, что этот парень и остальное семейство Живиных ведут себя просто отвратительно, — понял я задумку Людвига. — А первое нельзя ли будет использовать против меня? Просто сейчас очень уж любят поговорить про мой… Кхм, «Цветник».
— Да, это любимая тема у всех сословий, — улыбнулся мужчина. — Но это отнюдь не так уж плохо, как можно подумать. Пускай люди и обсуждают то, что вокруг вас собралось немало юных красавиц, но за вами не имеется случаев непотребного поведения или моментов, когда вы на людях проявляете… «излишние эмоции» к девушкам. Вы ведёте себя достаточно целомудренно, проводите много времени в компании Елены Рюрикович, которая неофициально считается вашей невестой, а с остальными девушками вы держите дистанцию. Нет даже никаких признаков, что кого-то из вашего «Цветника» активно продвигают в ваши жёны — ни каких-либо подарков со стороны семей девушек, ни заключений соглашений с их стороны, которые были бы выгодны именно вам и всё в таком духе. Однако самым важным является то, что людям известно про ваше нежелание брать слишком много жён и что вы даже насчёт второй сильно сомневаетесь. Как итог мы имеем молодого мага с хорошей родословной, с принципами и немалыми заслугами. Девушки и женщины в восторге от вас, а молодые люди и мужчины восхищаются вашими принципами. Поэтому то, что вы вступились за обычную служанку будет воспринято как нечто естественное, люди лишь убедятся в ваших высоких моральных принципах.
— А можно узнать откуда люди знают про моё нежелание взять замуж как можно больше девушек? — Поинтересовался я. — Не то чтобы я скрывал подобную информацию, однако и её активным распространением я не занимался.
— Не могу назвать точный источник, но вроде как журналисты в определённый момент начали писать об этом, а потом они же задали вопросы Елене, Марии Кутузовой и монгольской принцессе. Все трое подтвердили данную информацию.
Как-то я упустил этот момент. Полагаю сами девицы и слили эту информацию, чтобы затем её официально подтвердить. И даже спрашивать не надо зачем они это сделали. Вокруг меня и так уже вьётся достаточное количество молодых девушек, так что они просто решили донести до остальных потенциальных конкуренток простую мысль — вы уже опоздали, вряд ли вы чего-то добьётесь так как есть те, кто уже давно пытается пробиться в мои невесты.
Как мне на это реагировать? Полагаю стоит сказать девушкам спасибо. Ведь таким образом они отвадили немало девиц от меня, а я же только и рад этому! Я только примиряюсь с мыслью о двух жёнах, три для меня это максимум и то меня ещё нужно убедить в необходимости третьей жены. Чем меньше девушек будет крутиться вокруг меня, тем лучше.
— Забыли этот вопрос, давайте продолжим, — сказал я. — Итак, мы будем делать упор на том, что я поступил благородно, а молодое поколение Живиных известно своим отвратным поведением. Полагаю получить информацию про их прошлые «подвиги» будет легко, да?
— Трудностей тут точно будет мало, — кивнул Людвиг. — Но одного частного детектива или даже двух лучше нанять для того, чтобы они раскопали те случаи, которые Живины замолчали с помощью денег и своего влияния. Это самые позорные моменты и пускай кто-то скажет, что не стоит вытаскивать подобную грязь на свет, мы должны использовать любую возможность для нанесения удара.
— С моей стороны никаких возражений насчёт «честности» и использования «грязных приёмов» не ждите, в данном случае я готов играть максимально грязно, — говорю я. — Эта семейка имея за спиной немалые грешки решили выставить себя невинными агнцами, которые пострадали от рук двух злых баронов. Поэтому будем действовать настолько жёстко, насколько это возможно.
— Я вас понял, Ваше благородие. Тогда нам также следует ближе к первому заседанию суда организовать масштабную информационную компанию против Живиных. Сейчас в этом нет никакой необходимости, данная ситуация и так у всех на слуху. Конечно, вскоре все эти инфоповоды перебьёт Новый Год и связанные с ним события, поэтому сейчас вкладывать ресурсы в это дело нет никакого резона. А вот ближе к суду можно всем напомнить про ложь Живиных и их проступки.
— Это имеет смысл, но не будет ли это попыткой оказать давления на суд и самих Живиных? — Спросил я. — Вроде как наши судьи подобное ОЧЕНЬ не любят.
— Будем действовать осторожно, никаких прямых обвинений кроме тех случаев, когда мы сможем без опаски назвать эту семью лжецами, — уверенно сказал Бернент. — Не беспокойтесь, мы просто дадим соответствующее задание журналистам, а они и сами знают, как действовать, чтобы не получить потом самим судебный иск.
— Хорошо, оставлю это на тебя. Ещё что-то?
— Этого вполне хватит. Но нашу стратегию всегда можно пересмотреть или дополнить если Живины начнут предпринимать какие-либо шаги. Впрочем, я бы на их месте и месте их юристов лучше не доводил дело до суда. Пока они могут уйти с куда меньшими потерями, но если решат продолжить, то суд может разорить их.
— Не думаю, что Живины готовы поступать правильно, — с разочарованием в голосе сказал я. — Они вообще не должны были идти в суд, но зашли так далеко и сделали себе же хуже. Скажите Людвиг, после такого они решат отступить и не доводить дело до суда?
— Вынужден признать, что в таких обстоятельств придётся идти до конца, — признал Людвиг. — Однако пускай было бы неплохо решить дело как можно быстрее, но для реализации ваших целей так даже лучше. Я свяжусь с бароном Пальменом, попробую предложить ему свои услуги или начать работу с его юристами. С ресурсами двух баронских родов мы сумеем максимум двумя заседаниями добиться всех поставленных целей.
— Предупрежу, что барон Пальмен желает настроен крайне серьёзно, — решил я поделиться информацией. — Он желает больших проблем для Живиных. Своей главной задачей он ставит выгнать этот род из Москвы и сделать так, чтобы они никогда более не смели высовываться из Нижнего Новгорода. Вся эта ситуация его очень сильно задела.
  
— Могу представить его обиду. Всё же он организовал тот званный вечер, так что в случае всего он бы оказался крайним. Поэтому лично я не удивился вашему настрою. В таких случаях дворяне и даже простолюдины добиваются того, чтобы обидчик понёс максимальные потери.