Замуж за первого встречного или невеста с сюрпризом (СИ)
-Ну и как, скажи мне? Как из этих двоих ты умудрился выбрать блондинку? Мне, конечно, мегера Козлова никогда не нравилась, но в ней хоть характер есть, - Галя кладет голову на моё плечо и проходится пальцем по ободку пузатого бокала. Какой он у неё по счёту?
- А эту ты через месяц пережуешь и выплюнешь.
И что заладили все? Можно подумать, я безнадежный. То Катька критикует, теперь вот тётка родная… Тридцати еще не исполнилось, а на мне даже родственница уже крест поставила!
-Пить бросай, Галь. Спьяну чего только не померещиться - нормальный я, и жена у меня, отличная. А если ещё хоть один человек мне сегодня обратное скажет, я за себя не ручаюсь!
-Ух ты, грозный какой! Тогда к старому в кабинет не ходите. Он вас не просто так ждёт, наверняка лекции читать собрался о неравных браках.
Неравных? По-моему, у нас как раз таки равноправие. А все эти сословные предрассудки - пережитки прошлого. Да и Стеша из нас двоих на королеву больше похожа, по крайней мере, сегодня.
-Не много тебе? Завтра, вообще-то, предстоит с группой знакомиться, - и тетке моей у неё поучиться бы стоило. А то налакалась, будто не в светское общество попала, а в заправский бар, где компанию ей дальнобойщики составляют!
-За меня не переживай, я к похмелью привыкла. Лучше о подружке своей позаботься - сейчас Катька Стефу проглотить.
Стефу! Что за дурацкое сокращение и без того странного имени? Да и Козлова отца своего как огня боится. Если и решит напоследок крови моей испить, то уж точно не сейчас, когда внимательный родитель в кресле устроился и глаз с дочери не спускает.
-Не проглотит. Стеша с виду тихая, а если вывести из себя, может и покалечить, - по крайней мере, на меня со шваброй бросалась. Ну или просто в руках держала, призывая кухню покинуть… И пусть по голове мне не прилетели, но как она злиться умеет, я навсегда запомнил.
-Скажешь тоже. Ты на неё посмотри - уверенности в девчонке ноль. Уж мне поверь, я вроде как спец в этом деле!
Не думайте, диплома психотерапевта у неё за спиной не имеется. Просто решила с чего-то, что способна заставить женщин себя полюбить и окружающих в этом виртуозно убеждает. Правда, под Галиным чутким руководством им удается полюбить лишь своё тело, но если тётке верить именно в этом и кроется секрет успеха.
-Смотри, закрытая какая. Руками себя обнимает, голову в плечи втягивает, в глаза твоей Катьке почти не смотрит… Как ты ее, вообще, заметил?
Лучше об этом никому не знать. Хватит и Ромки с его нотациями, да папы с дурацкой ухмылкой на тонких губах.
-Заметил и заметил. Какая тебе разница? Лучше домой езжай, начало второго ночи. Завтра опять будешь умолять меня аспирин привезти.
-Не буду, - мамина сестра волос моих касается, покачнувшись, едва на блестящий чистотой пол не падает и, виновато улыбнувшись, спиной к двери бредет. - Я все предусмотрела, племянничек. Думаешь, зря я тренинги эти веду? А нет - и себе мужичка нашла! И не абы какого!
Судя по блеску глаз, поднятому вверх указательному пальцу и вульгарности Галиного наряда, жених у неё молодой. И чёрт с ними, пускай развлекаются. У меня своих забот вагон!
Выдыхаю, по волосам пятерней прохожусь и улыбнувшись довольному мэру, что набитый живот под пальто кашемировое прячет, к жене бреду. У нас ещё дело незаконченное есть - свёкор в кабинете ждёт!
-Стеша, - улыбаюсь, приобнимая “возлюбленную” и, холодным взором Козлову окатив, шепчу, чтоб побыстрее болтовню эту сворачивала. Нашла с кем любезничать, ей-богу! Не мешало бы её просветить, на что эта брюнетка длинноногая способна! Хоть изо всех сил и старается милой быть. Прощается, словно мы добрые приятели, руку Щепкиной жмёт, а стоит нам удалиться, наверняка долго вслед глядит. И пускай, ради такого дела даже вольность себе позволю!
-Гриша! - только в следующий раз сначала жену предупрежу. А то она свои бедра кому пропало трогать не позволяет. Щипает меня за бок, да так сильно, что и говорить ей больше ничего не нужно. А она все равно бросает:
-В следующий раз придушу!
Господи, можно подумать этот следующий раз когда-то настанет!
-Проходит, недотрога, - сквозь боль улыбаюсь, и стоит ей вперед пройти внимательно женский зад изучаю. Исключено. Больше никаких ощупываний.
Стеша
Ну и кабинет у этого Юрия Викторовича! Не крохотное помещеньице для решения рабочих вопросов, а целый выставочный зал антикварной мебели. Хоть прямо сейчас экскурсии води: лакированный стол блестит, книги в кожаных переплетах аккуратно на полках друг к дружке жмутся, в резных рамках с семейными снимками отблески огоньков пляшут, а тишину треск поленьев в камине разбавляет.
Лесом пахнет и коньяком дорогим. Не той сивухой, что мой бывший свекор у соседа в пяти литровых баклажках закупает. У Полонского наверняка элитный, с таким количеством звездочек, что они все на этикетку не поместились…
Господи, вот ведь меня помотало! Двадцать три всего, а уже есть с кем отца мужа сравнивать!
Робость свою подальше прячу и уверенно на стул, что Гриша галантно для меня выдвинул, опускаюсь. Сидушка бархатная, и если с посудой у олигархов этих беда, то по ней я ладошкой веду смело. Ни на мгновенье не сомневаюсь - обивку недавно начистили, причём тщательно.
-Удобно? - не то слово! Только пусть не ждут, что я как дурочка начну роскошью восхищаться. Я, конечно, из простой семьи, но телевизор у нас в гостиной стоит и как обеспеченные люди живут представление благодаря фильмам имею. Киваю имениннику и руки на коленях складываю. - Гришин дед смастерил.
Ну, что сказать? Молодец! Жаль, что я его не застала - уверена, тогда бы так переживать не пришлось. Не может ведь человек, такую красоту сотворивший, злодеем каким оказаться? А вот магнат сосисочный в лёгкую. В колбасе его соя одна, а во взгляде все равно нескрываемое превосходство.
-И стол этот, и шкафы книжные… Он у нас знатный ремесленник был. Вы бы ему наверняка понравились.
-С чего бы? - слова сами со рта вылетают, но это же вовсе не страшно? Не молчать же мне, а то и впрямь решит, что немая!
-Он блондинок любил. И Гришку, - да и не против мой собеседник. При галстуке, весь такой собранный, в белоснежной рубашке, впервые за пару часов знакомства губы в подобие улыбки растягивает. Грустной, правда. - Вот эта любовь моего сына и сгубила.
-Пап! - супруг мой таким высказываниям явно не рад. Наверное, не раз нечто подобное от родителя слышал, вот и выдыхает с шумом, ещё и стаканом о столешницу звякая. - Давай без этих твоих лирических отступлений. Вопросы свои задавай, и пойдём мы.
Помощничек, полюбуйтесь! Я бы лучше семейные байки послушала, чем в допросе этом участвовала! Это ведь мне сейчас свет в лицо направят, чтоб искры из глаз полетели, и станут свой нос в мою жизнь совать!
-Сразу, так сразу. Чего вы, Стефания, за весь вечер к еде не притронулись? Приборами пользоваться не умеете?
Вот оно как? От возмущения даже про страх свой перед самопровозглашенным следователем забываю. Он в кулачок посмеивается, а я гадаю: уместно ли этой папкой, что по центру стола лежит, свёкра при первом знакомстве огреть? Или сын его сам с этой задачей справится, не зря же от злости алкоголь из бокала расплескивает.
-Перегрелся, что ли? Думаешь хотя бы с кем говоришь?
-Конечно. Щербакова Стефания Леонидовна, девяносто четвертого года рождения. Школу с отличием окончила, в ВУЗ на бюджет поступила. Правда, училась дольше положенного, - я леденею, а Полонский старший листами шуршит, на нос очки нацепив. - Я так понимаю, в этом некий Борис Петрович Зайцев виноват. Голову вскружил, на занятия времени не осталось?
Тишина. Всё поленья эти чертовы в объятьях языков пламени щелкают, да сердце мое в грудную клетку ломится… И не знаю я от возмущения ли, или от боли, что упоминание о бывшем муже порождает.
Что я им, хомяк? Или крыса лабораторная? Изучать он меня вздумал, словно право какое имеет!
-Ну, как знаете. Можете не отвечать. Меня вот другое больше волнует: алкоголики, наркоманы, уголовники у вас в родне имеются?