Ночь с тобой. Неугасшие чувства

– А мне без тебя – нет.
С этими словами он не спеша снизу-вверх ведет ладонью вдоль бедра, задирая подол платья. Сильные пальцы впиваются в обнаженную ягодицу, ощутимо сдавливая.
Грусть топит, одиночество пронзительно воет в груди. Тео отпускает мои руки, и я безвольно упираюсь ими в стол, приподнимая голову.
Он толкается в меня прямо в одежде, прижимается каменным членом.
  
Обхватывает мои бедра, четко фиксируя, слегка отстраняется…
Когда его палец оказывается во мне, я получаю очередной удар. Как электрический разряд прямо в сердце. Возбуждение прокатывается по телу, сосредоточиваясь внизу живота. Тепло разгорается между ног, пламенем отдаваясь внутри, раскрываясь невидимым бутоном. Тео ласкает горячо и страстно, целуя мои плечи, то и дело пуская в ход зубы. И его поцелуи совсем не жалят. Они чувственные и всепроникающие. Как лучи солнца. Целебные, как волшебное снадобье, которого в реальности не существует.
Он играет с моим телом с особой тщательностью и дышит прерывисто, громко…
Мои соски затвердели и жаждут его ласк. Этот мужчина знает мое тело, как свое. Знает, как дотронуться, чтобы мне рассыпаться на миллионы мелких песчинок.
Я с трудом сдерживаю стоны, не позволяя себе раствориться в смелых интимных касаниях, не позволяя забыться, заставляя сердце молчать и не отзываться.
Тео, мимолетно отстраняясь, разворачивает меня лицом к себе и одним ловким движением усаживает на стол, вклиниваясь между ног. Чтобы не потерять равновесие, я упираюсь ладонями в столешницу, изо всех сил стараясь прогнать из головы туман.
Но не выходит. Я готова кричать и извиваться перед ним. Стонать и участливо принимать все глубже.
Тео нежно проходится широкими ладонями по моей спине, перехватывает губы.
Он терзает мой рот необъяснимо сладко, терпко, и лишь едва ощутимый привкус горечи разбавляет наше безумие на двоих. Я уже в круговороте чувств, как в урагане, и мы вместе с Тео летим в пропасть… снова.
Он целует-целует-целует меня. Несдержанно и нетерпеливо, глубоко и ярко. Настойчиво и требовательно. Заставляет захлебываться страстью. Когда его пальцы дерзко стягивают с плеч воздушные рукава, Тео опускает вниз и лиф платья, обнажая грудь, изголодавшуюся по его ласкам. Соски набухли, их покалывает от нетерпения. Тео до невозможного нежно скользит языком по шее, ниже, очерчивает линию ключиц. И еще ниже, господи… Сначала проходится влажным кончиком по ложбинке, целует чувствительную кожу и лишь потом втягивает в рот сосок.
Дааа… он знает, что грудь моя особо чувствительна, – это сосредоточие чувственности. Меня можно довести до оргазма, лаская лишь ее. Он слегка прикусывает сосок, а я выгибаюсь ему навстречу, больше не в силах говорить ему «нет». Хочу его страшно. Неудержимо. Ногами обнимаю и прижимаюсь теснее. Когда мои запястья скрестились на его шее – не понимаю, но сейчас я зарываюсь пальцами ему в волосы, слегка оттягивая его голову назад, а он противится, что обоих нас возбуждает еще сильнее. Тео отпускает правую грудь, тут же припадая к левой, лижет сосок, ладонями сильнее сжимая ягодицы, толкает меня ближе к себе. Вжимает. Я трусь о его член, неудержимый стон срывается с губ, а за ним еще и еще один. Мне хочется кричать от запретного удовольствия. Оттого, что хоть на несколько минут, но этот мужчина будет принадлежать мне. Мне одной.
Тео помогает и осторожно опускает меня на стол, заставляя коснуться лопатками жесткой поверхности. Изумрудное платье нещадно скомкано и красноречиво болтается на талии.
Мужчина гладит меня повсюду, медленно сползая к моим бедрам.
Сначала вскользь касается губами колена, языком обжигая кожу, потом неминуемо устремляется выше. Его голова между моих ног, а я еле сдерживаюсь, чтобы не умолять его взять меня так дерзко, как только умеет. Трусики он стягивает с меня одним резким движением, нежно спускает ткань до стоп и отшвыривает в сторону. Когда его язык оказывается во мне… хочется плакать. По ушедшему времени, разбитым мечтам и тому, что все у нас вышло именно так. Криво, печально и трагично. Он изводит, доводит почти до пика, врезаясь в меня. Языком тараня клитор, постукивая, посасывая. Но как только я нечаянно ударяю ладонью по столу, тут же отстраняется. Слышу тихое шуршание, понимаю, что он расстегивает ремень.
Мужчина двигает меня ближе к краю и, заглушая мои стоны, погружаясь в меня мучительно медленно, сам хрипло выдыхает. Он толкается сначала размеренно, собственнически положив руку мне на горло, припечатывает к столу затылком. Заставляет смотреть в его темные дьявольские глаза. Ускоряет темп, врезаясь в мое тело вновь и вновь, сильнее и глубже.
Заставляет корчиться под ним в сладострастной агонии, кривить рот от жгучего удовольствия. Он засовывает большой палец мне в рот, и мои губы тотчас же смыкаются вокруг. Языком я прохожусь вниз-вверх, обрисовываю подушечку пальца, а неугасаемое в памяти прошлое напоминает, с какой самоотдачей я сосала его член, лаская самозабвенно и облизывая головку, и как Тео гладил меня по голове, несдержанно шепча, что я его только его.
Срываюсь в небеса внезапно, ощущая, как интимные мышцы жадно и ритмично сжимают Тео, показывая, как сильно я по нему скучала. Оргазм выходит настолько сильным, что даже с закрытыми глазами меня слепит нежданная вспышка. Тело сотрясает дрожь, и Тео отстраняется, принимая горячие следы собственной страсти в широкую ладонь.
Я мечтаю, чтобы он прямо сейчас вышел прочь из моей квартиры и больше не приезжал, но на это рассчитывать не приходится. Он помогает мне приподняться и усесться на столе полуобнаженной, но стыдливо прикрываться поздно. Тео вновь целует грудь, наклоняясь. Перехватить мои губы ему уже не удается, ведь я сокрушенно отворачиваюсь, но мужчина не сдается: настойчиво лижет мою шею, миллион невидимых иголочек вонзая в поясницу. Даже его аура все еще перемешивается с моей. Даже его запах пятнает меня, как личную неприкосновенность.
– Я сейчас вернусь, – тяжело сообщает, – и мы еще раз поговорим.
 
Глава 3
 
Собственно, мне остается только оправить платье и, стерев с лица следы недавней эйфории, вслушиваться в размеренный звук воды, доносящийся из ванной.
Поверить не могу, что ее вновь занимает Тео!
Дверь распахивается, в комнате становится душно.
Вероятно, он ополаскивал и лицо: на его щеках и лбу сверкают мелкие капельки.
Незваный гость останавливается в метре от меня и замирает, пристально разглядывая.
Во глазах его уже нет враждебности.
– Что ты хочешь? – уточняю.
– Поговорить.
– Вау, – иронизирую я. – У тебя это блестяще выходит. Со всеми так разговариваешь?
– Ты все та же. Языкастая. Холодная. Недоступная.
Грудь Тео размеренно вздымается.
Он успокоился. Теперь я не рискую попасть под горячую руку. Этот мужчина очень вспыльчивый.
– Ближе к делу, мне некогда.
– Как жизнь? – огорошивает он простотой вопроса.
– Издеваешься?
– Нисколько.
– Ты ворвался ко мне, набросился, как дикарь, и теперь просто интересуешься, как жизнь? У меня все хорошо. Если это все, ты не мог бы…
– Надолго приехала? – упорствует.
– Я не хочу отвечать.
– К сестре на свадьбу?
– И это тоже, Тео. Она пригласила, разумеется.
– Тогда я тоже буду.
– Тогда не пойду я.
Его рот кривится.
– Почему? – кончиком языка недовольно проходится по нижней губе, прикусывая ее. Пытается держать себя в руках и не вспылить. Он с виду не буйный. Кажется спокойным, движения его немного медлительные, вальяжные. Как сытый хищник. Но стоит только затронуть его интересы…
  
– Потому что я не хочу пересекаться с тобой, разговаривать и общаться.
– Почему? – крылья его носа начинают раздуваться, вопрос выходит сдавленным.
– Тео, тебе известен ответ.
– Я к его смерти не имею никакого отношения. Но даже если бы Игорь был жив, я бы тебя ему не отдал, – заявляет, все еще оставаясь на месте. – А посадили тогда, потому подозрения пали на меня. И сфабрикованные улики тоже. Я тебе обо всем этом уже говорил. Но ты не захотела слушать.