Форпост (СИ)

Сегодня отвезли воду, припасы и новую одежду для Тенака, он почти добрался до карантинной стоянки. Отряд разведчиков шел по знакомым местам, и к вечеру будет на месте. За время пути ни один из них не заболел, настроение у парней было бодрое, и вынужденное ожидание они воспринимали как заслуженный отдых.
Во время обеда подростки, притащившие очередной десяток гусей на кухню, увидев там вождя, тут же стали наперебой рассказывать о новом встреченном ими звере. Похожий на наших камышовых котов, но поменьше, хорошо лазающий по деревьям и с очень красивым пушистым мехом. Убивать его не стали, пожалели, но место встречи запомнили.
За несколько лет мы так и не отыскали лесных котов. Эти предки домашних любимцев должны были быть широко распространены в лесной и лесостепной зоне, но то ли они искусно прятались, то ли мы плохо искали. А может, все они обитали севернее, этого кота заметили в десяти километрах от города. Он попытался утащить подстреленного гуся, но не справился с такой большой добычей, и, завидев людей, спешно ретировался.
Вручив каждому из юных охотников по одной чайбе, я пообещал в награду за каждого котенка такого зверя выплатить по десять. И даже дать нескольких взрослых охотников весной в сопровождение, для поисков гнезд. Дело в том, что наши камышовые кошки по своим повадкам больше походили на собак, чем на котов — они не любили долго находиться в помещениях и часами выслеживать мелкую мышь. Прекрасно справляясь с ласками, горностаями и птицами, проникавшими на их территорию, они предпочитали жить в городе, но на улице. Этих зверей тоже нужно будет разводить, в первую очередь для охраны полей. Но хочется получить и совсем домашних мурлык…
Ночью я заглянул в сон Тенака, общаться с разведчиками до окончания карантина придется через меня.
— Как устроились?
— Все нормально, мы уже вымылись и переоделись. Спасибо! Поблагодари от нашего имени жен за новую одежду.
— Они старались, на нательных рубахах даже вышивка есть.
— Видели! Леса ещё один станок получила?
— Да, жаль только, что пряжи не хватает на всех. Но для вас это часть награды за поход, так что выделила из своих запасов.
— Дим, нужно ещё за козами сходить, к горам. Из там много было…
— Не помешает, ещё хотя бы года три четыре. У наших животных в этом году уже появился десяток козлят, так что теперь стало станет увеличиваться быстрее. А тебя уже снова тянет путешествовать?
— Почему бы и нет? Мне понравилось, плохо только, что в этот раз с продуктами не рассчитали и на больных людей наткнулись.
— Тенак, когда решим проблему с чернокожими, мы с тобой отправимся не только за козами. Лантирску жизненно необходимы новые походы. Очень далеко, сначала на юг, потом на запад. Мир огромен, и чтобы наш народ смог быстрее расти, нужно очень много разных вещей, которых я пока здесь не отыскал.
— Лёгкие жёлтые камни? Я внимательно смотрел по сторонам, но не видел ничего похожего.
— И они тоже. Пользу может принести что угодно — новые камни, растения, животные, птицы… Даже насекомые.
— Пчелы? Дети любят мед, моя Даника вообще его обожает!
— Кроме них, есть ещё и гусеницы, которые производят тонкую нить, шёлк. Она очень крепкая, не гниёт и очень приятная на ощупь.
— Так давай этих гусениц принесем сюда, вон сколько травы и деревьев вокруг, мамонты кормятся, не то что какие-то насекомые!
— Они едят листья только одного дерева, шелковицы. И я даже не знаю, выдержит ли это дерево наши зимы… Разве что на старом месте, у Тихой — там даже какие-то цитрусовые прижились. Никогда не думал, что такое вообще возможно!
— Цитрусовые?
— Да, те кислые красноватые плоды, помнишь? Они должны расти намного южнее, где ещё теплее.
— Помню, хорошее дерево. Нужно было такие и тут посадить, вдруг вырастут?
— Нет, минус тридцать точно не выдержат… Но ты прав в том, что эти уникальные деревья нужно сохранить.
— Посадить больше таких, и ходить за урожаем?
— Далеко везти, сгниют. Нет, плоды нужно будет перерабатывать на месте, и везти в город уже готовый продукт. Эхх, не получиться пока, слишком мало ещё у нас людей!..
 
— Мало? Я по имени и половины не знаю!
— Тенак, для того, чтобы управлять всем миром, нужно намного больше. Тысяч раз по столько, и потом ещё тысячу…
— Столько людей я представить не смогу… Это же сколько бизонов нужно будет в день убивать?
— Такому населению и всех стад в степи не хватит. Нет, тогда нас будет кормить не охота, а домашние животные и растения. Ну, и море, конечно, океаны смогут и больше людей прокормить, если их разумно эксплуатировать.
Что такое океан, Тенак знал, но представлял плохо — такая масса воды не укладывалась в голове. А то, что в большой воде и рыбы больше, парень и сам видел…
— Мы до Свадьбы вернёмся?
— Как раз успеете. Хочешь поучаствовать?
— Я? Нет, наверное… Но мои люди хотят почти все.
— Выбор невест будет очень большой, но учтите, что большая часть из них — вдовы из бывшего рода Большезуба.
— Это понятно. А л'тоа своих девушек отпустят?
— Вот куда тебя тянет… Отпустят. Шестеро, но двое уже выбрали парней. Так что, передумал? У меня ещё несколько человек по квоте вождя могут пройти.
— А ты сам?
— Как ты сказал — не в этом году! Да и не в следующем точно, Эрика согласится на вторую женщину в нашем доме, только когда у нас родиться пятый ребенок.
— А моя жена не против, говорит, легче будет детей растить… Дим, ты знаешь Эт'тиан?
— Внучку Ч'чонга? Знаю. Но раньше окончания карантина встретиться вам не разрешу, можешь не просить.
— Да знаю я… Пожалуйста, передай ее деду, что Тенак никуда не сбежал, и будет на свадьбе!
Передам, мне не сложно. Ещё и намекну старику, что Тенак, когда подрастет, может стать новым главой рода Острых Копий. Ладно, пора заканчивать, вдруг кто-то из энноев, оставшихся в Первой Пещере, все же захочет со мной поговорить. Я держал свое сознание открытым каждое полнолуние, но пока гостей в моих снах не было…
… Ослепительно-белые горы вздымаются на огромную высоту. Ледник… Главное проклятье этого мира, сделавший огромные территории непригодными для жизни и изменивший климат планеты на десятки тысяч лет. Белая стена пытается подавить волю любого, кто осмелится бросить ей вызов. Рассеченная тысячами трещин, готовая обрушиться в любой миг многотонными глыбами, она надёжно охраняла это царство вечного холода.
Стоящие рядом незнакомые люди кажутся на их фоне муравьями. Странная на них одежда — я помнил похожие лёгкие зимние куртки, они были популярны в будущем. Неужели китайцы научились проходить в прошлое и торговать там одеждой? Бред же! Присматриваюсь внимательнее — нет, ткань хоть и необычная на вид, но это не синтетика, да и обувь тоже. Рядом на снегу стоят аккуратно сделанные нарты, видна упряжка. Собаки?.. Нет, скорее все же волки.
Миниатюрная женщина, склонившись над раскрытыми ящиками, сосредоточено в них копается, шуршит бумага, позвякивает стекло, иногда раздается звон металла. Лица не видно, но быстро мелькающие пальцы, не прикрытые меховыми перчатками, темные.
Рядом слышны щелчки мощного арбалета, вверх улетают тяжёлые болты, впиваясь в лёд высоко над нами. Ещё несколько выстрелов, и стоящий рядом темнокожий мужчина, откинув подбитый мехом капюшон, довольно улыбается. Повернув к нашей спутнице, так и не вставшей, широкое скуластое лицо, он произносит что-то на непонятном языке, затем бережно сдувает с оружия снежинки и упаковывает его в специальный чемоданчик.
В кого он стрелял? Сколько я не всматривался, так и не смог различить ни одного зверя на ледяных уступах. Только темно-бордовые, почти черные потёки крови на нависающих над нами белоснежных карнизах подтверждали, что стрелок не промахнулся…
Утром, проснувшись ещё затемно, я пытался понять, что же увидел ночью. Судя по яркости и детализации картинки, это очередной сон — предвидение. Или предупреждение об опасности, таящейся во льдах?