Пещерные инстинкты в большом городе (СИ)

– Расскажи еще.
Как же я была права, что стала обсуждать с ним эту тему. Когда страх проработан, это уже не страх, а проблема, которая решается.
– Хочешь, я расскажу тебе о любопытных случаях, касающихся людей, которые никогда в жизни не видели?
– Хочу.
– Это реальные примеры из жизни. Слепому с рождения с помощью современной медицины восстановили зрение. Этот человек был зрелого возраста, он привык воспринимать мир с помощью звуков, рассказов о вещах, которые ощущал и слышал, и собственной фантазии. Так радугу он представлял шикарной семицветной дугой, но так как он ни разу не видел цвета, то мозг и фантазия делали его мысленное восприятие радуги максимально красивым и фантастическим. И когда он обрел зрение и увидел настоящий мир, он сильно разочаровался. Радуга оказалась кривой полоской с блеклыми цветами, дождь – серой массой, люди – странными. А еще у него была проблема в оценке расстояния до объекта. Эта функция закладывается в нас еще в момент активного ползания, когда мы отталкиваем игрушку, а потом ползем за ней, хватаем, оцениваем расстояние и учимся. Если в этот период человек не видит, он никогда не сможет правильно определять расстояние между объектами. Будет промахиваться мимо кружки на столе. И вот этот человек впал в депрессию, а вскоре и вовсе решил расстаться с жизнью. Так как мир, который он себе придумал, был в сто раз лучше реального. И это не единственный случай. Но ты знаешь, какой мир. Умеешь оценивать расстояние между объектами. Более того, я уверена, что твое охотничье прошлое научило тебя многому. У тебя острее слух, обоняние, ведь от этого зависело, будешь ли ты сыт или голоден. Поэтому даже без зрения, даже если тебя опять занесет в свой мир, я уверена, что ты не опустишь руки. Ты сможешь поймать зверя с помощью своих знаний, ловушек, хитрости, слуха и обоняния.
Тар нервно дышал. Чувствовалось, что мои слова проникли глубоко и сейчас он обдумывает их.
Мы молча лежали в обнимку. Я давала ему время, веря в его силу духа.
– Ты права, – наконец сказал Тар. – Что бы завтра ни сказал врач, я смогу дальше жить.
И наклонился к моим губам, страстно целуя.
В этот раз Тар не сдерживался. Пер напролом.
– Ты меня убедила. Так и знай: обратного пути нет. – Пещерный целовал меня в живот.
Он так быстро избавлялся от одежды – моей и своей, – что я не успела осознать, как уже оказалась без всего.
– Ты моя, а я твой.
Эти слова пробрали до колких иголок в животе, до мурашек по коже.
Стало волнительно, приятно и немного страшно перед будущим. Что нас ждет? Вот только во мне крепла уверенность.
– Мы со всем справимся.
Тар улыбнулся с закрытыми глазами.
– Наконец ты от меня не бежишь.
И поцеловал так, что я забыла обо всем.
***
– Доктор, что скажете? – спросила я после тщательного осмотра Тара.
Утро принесло нам хорошие новости – после сна пещерный видел расплывчатые силуэты. Это невероятно нас окрылило.
А вот теперь серьезное выражение лица врача частной клиники норовило пришлепнуть взлетающую было надежду.
– У пациента было неоднократное повышение внутричерепного давления, приведшее к острому приступу глаукомы. Кем вы работаете, что испытывали такие перегрузки?
Путешественником во времени он работает. И, надеюсь, теперь уволен мирозданием на пенсию.
Слова врача звучали жутко, но я собралась и спросила:
– Есть шанс вернуть зрение?
Тар был напряжен каждой мышцей тела. Судя по хмурому выражению лица, он мало что понимал из терминов, но очень старался уловить суть.
– Лечение будет направлено на приостановление и замедление потери зрения.
То есть врач говорит, что лучше не будет?
– Он еще вчера вечером не видел ничего, а сегодня уже расплывчатые силуэты.
– Это не улучшение, наоборот. Вчера вечером был скачок ухудшения. Понимаете? Вы же до этого видели расплывчато, вчера вообще ничего не видели, а сегодня вновь расплывчато.
– Нет. Я видел вдаль хорошо, – начал спорить Тар, и я сжала его руку.
Молчи же, Тар! Молчи.
– Шаману нельзя врать, – возмутился мне на ухо Тар.
 
Хорошо, хоть шепотом!
Боюсь, как бы тогда в больнице он тоже лишнего не наговорил!
– Доверься мне, – шепнула в ответ.
Врач наблюдал за нами, снял очки, протер стекла салфеткой и тяжело вздохнул:
– Давайте вы пофлиртуете потом? Все-таки прием.
Фух! Он подумал совсем о другом.
– Простите! – Должно быть, я улыбалась слишком широко, когда ответила, потому что врач покосился на меня как на тепленькую.
Наверное, в его глазах мы были той еще колоритной парочкой.
– Я назначу вам лечение. Советую строго его придерживаться, чтобы не усугубить ситуацию.
– Значит, лучше не будет? – спросил Тар спокойным голосом.
Слишком спокойным. Я боялась взрыва или чего-то подобного, но, когда мы вышли из частной клиники, пещерный казался максимально собранным.
– Тар?
– Как научиться шрифту Брайля?
Я тихо выдохнула. Обняла Тара покрепче.
– Мы научимся этому вместе.
И тут из-за поворота вылетел черный внедорожник.
Тар сразу как-то напрягся.
– Осторожно. У меня плохое чувство, будто зверь рядом.
– Да ладно тебе. Какой зверь в городе? – засмеялась я нервно, глядя, как машина на всех парах приближается.
С визгом она остановилась перед нами.
– Мари, – Тар затолкнул меня к себе за спину, – говори, что видишь.
Пассажирская дверь отъехала в сторону. Высыпали люди в черном. Я не успела и рта раскрыть, как на нас накинули сеть, а потом черную ткань.
Тар дернулся, кого-то даже откинул. Так как мы были под сетью, его движения сказывались на мне. Я едва не потеряла равновесие.
И тут Тар как-то неестественно обмяк и стал оседать, напугав меня до чертиков. А потом и мне в ногу что-то кольнуло, отчего повело, а потом и вовсе выключило.
  
Глава 20
 
Капли попадали мне на лицо, прогоняя сон и заставляя хмуриться. Я открыла глаза.
Накрапывал дождь.
Стойте! Какой еще дождь?
– Тар! – Я села и оглянулась.
Вокруг – темнота и деревья. Я сидела в придорожной канаве, которая стремительно наполнялась водой.
Свет фар осветил горизонт, но автомобиль так быстро промчался мимо, что я не успела даже руку поднять.
Меня выбросили? Где Тар? Что с ним?
Я пыталась подняться и благодарила про себя Святого Луи, который подсказал мне с утра надеть не легкое летнее платье, а удобные штаны и свитшот, а на ноги не туфли, а удобные сникерсы. Получалось плохо – из меня будто вычерпали все силы до самого дна.
Затрясло. Бросило в пот. Мышцы ног свело, и я шлепнулась обратно в канаву.
Чем меня накачали? Ведь явно выбросили, как мусор. Похоже, рассчитывали, что я тут и отдам концы.
Я собрала все силы, чтобы встать на ноги, и действительно на миг встала прямо, чтобы потом почувствовать судорогу в теле и свалиться ничком. Перед тем, как потерять сознание, сил хватило только на то, чтобы перевернуться на бок и не захлебнуться в луже.
Когда я открыла глаза в следующий раз, было темно. Я чувствовала, что мое тело замерзло настолько, что пальцы не гнулись, а мышцы ног одеревенели.
Но одна новость все же была хорошая – дождь закончился.
Дорогу осветил свет фар. Авто съехало на обочину всего в десяти метрах, но я не спешила двигаться. Наоборот, даже осторожно прилегла обратно, на случай, если меня вернулся проверить недоброжелатель.
Из машины вышел водитель, напевая себе под нос песню, которая лилась из динамиков. Спустился в кювет, расстегивая ширинку, и подошел к кусту с четким намерением добавить влажности почве, а по-простому – справить нужду. На меня он не обращал совершенно никакого внимания, поэтому я решила подать признаки жизни раньше того момента, когда ему будет стыднее, чем мне все это видеть.