Нефть до эпохи нефти. История "чёрного золота" до начала XX века (СИ)

К концу XIX века нефть уже стала одним из самых востребованных товаров, но ближневосточные запасы «чёрного золота» оставались неизвестны миру. Их разработка началась волей случая, когда английский коммерсант Уильям Д'Арси в 1899 году заинтересовался результатами раскопок, проводившихся французским археологом Жаком де Морганом в Персии на месте древнего города Сузы, рядом с современной ирано-иракской границей. Именно в Сузах археолог обнаружил полный текст знаменитых «законов Хаммурапи», написанных 37 веков назад на глиняных табличках. Язык древневавилонских текстов к тому времени был уже известен учёным, и глиняная клинопись из Суз, среди прочего, удивила неоднократным упоминанием нефти.
Уильям Д'Арси был лондонским юристом, разбогатевших на добыче золота в Австралии. В поисках выгодных вложений своих капиталов, он сопоставил археологические данные о древнеперсидской нефти с миллионами тонн «чёрного золота», уже добывавшихся на относительно близких берегах Каспия. В итоге юрист-золотопромышленник решил поискать «чёрное золото» в Персидском шахиншахстве, как тогда именовали Иран. Д'Арси заплатил круглую сумму в 20 тысяч фунтов стерлингов персидскому шаху Мозаффару эд-Дину и 28 мая 1901 года получил от него права на поиск и добычу нефти сроком на 60 лет. Англичанин обязался выплачивать в шахскую казну 16 % от будущих прибылей.
Шах Мозаффар эд-Дин (1853–1907)
Учредив в 1903 году два акционерных общества, First Exploitation и Bahrain Oil, Д'Арси приступил к разведке нефти на берегах Персидского залива. Работать в пустынных районах со средневековым населением оказалось не просто. Лишь в июне 1904 года очередное бурение дало выход нефти, но лишь жалкие 18 баррелей в день. К 1905 году Д'Арси израсходовал все свои средства и собрался продать концессию парижским банкирам Ротшильдам.
Однако тут в дело вступила большая политика – власти Британии были заинтересованы в нефти, так как в их колониях «чёрного золота» добывалось мало, а многочисленный английский флот как раз начал переходить с угля на более совершенное и удобное нефтяное топливо. По предложению лордов британского Адмиралтейства персидскую концессию Д'Арси выкупила английская компания Burmah Oil, добывавшая небольшое количество нефти в Бирме, тогда британской колонии.
Новым владельцам пришлось вложить в дело ещё немало средств. Лишь 26 мая 1908 года в южноиранской провинции Хузистан при бурении на глубине в 360 метров британские геологи наткнулись на одно из крупнейших в мире нефтяных полей. Спустя ровно год для разработки этих богатств Burmah Oil учредила «Англо-Персидскую нефтяную компанию». Оставаясь формально частной, она управлялась правительством Британской империи, снабжая нефтепродуктами английский военный флот. К тому же «англо-персидских» нефтяников прямо поддерживали британские штыки – в 1909 году, после того как революция в Тегеране свергла шахскую власть, английские войска высадились на иранском побережье.
В 1913 году масштабы работавшей в Иране и Ираке «Англо-Персидской компании» оставались скромными, всего 0,5 % от всей мировой нефтедобычи. Тогда еще никто не знал, что спустя сорок лет эта компания получит новое имя – British Petroleum – и к началу XXI века станет одной из крупнейших нефтегазовых корпораций мира.
  
Глава 27. «Керосин-вода» Сахалина – как нашли первую нефть Дальнего Востока
 
Среди всех областей и республик Российской Федерации в пятёрку лидеров по добыче «чёрного золота» стабильно входит Сахалин. Расскажем, как на дальневосточном острове нашли первую нефть.
«Розовые соболя» и нефть купца Иванова
«Николаевский купец Иванов, ныне покойный, каждое лето ездил на Сахалин и брал там с гиляков дань, а неисправных плательщиков истязал и вешал» – летом 1890 года, во время поездки на самый большой остров России, записал в дневнике Антон Павлович Чехов.
 
Если великий русский писатель и преувеличил, то не сильно. «Иванов держал в экономической зависимости всех инородцев северной половины острова, и зависимость эта была тяжелая, хотя, по словам тунгусов, в голодные годы он приходил к ним с помощью, ссужая их хлебом» – так в том же 1890 году написал о купце горный инженер Леопольд Бацевич. Но в отличие от литератора Чехова, инженер Бацевич интересовался не столько людьми, а тем что у них под ногами – нефтяными недрами острова Сахалин…
Бацевич Леопольд Феликсович (1849–1923)
Опубликованная в Петербурге статья Леопольда Бацевича так и называлась – «Описание Сахалинских нефтяных месторождений». Именно эта публикация в «Горном журнале», июльском номере за 1890 год, впервые оповестила Россию и мир о наличии нефти на дальневосточном острове. А упомянутый в статье хитрый и жестокий купец Иванов был первым из русских людей, кто узнал о «чёрном золоте» Сахалина.
Алексей Егорович Иванов попал на дальневосточные берега России простым солдатом в годы Крымской войны, когда царское правительство направило военные подкрепления в устье Амура, чтобы отразить появившиеся здесь военные эскадры англичан и французов. Выйдя в отставку в 60-е годы XIX века предприимчивый Иванов поселился в Николаевске-на Амуре и вскоре стал состоятельным купцом. Свой успешный «бизнес» он построил на торговле с аборигенами Сахалина, выменивая у них драгоценный мех соболей на различные мелкие товары и охотничьи припасы.
Вскоре приказчики купца Иванова стали фактическими хозяевами сахалинского севера. В этой самой дикой и малонаселённой части острова они зачастую действовали средневековыми методами, отбирая меха у прибрежных «гиляков»-нивхов и кочующих в лесах «тунгусов»-эвенков.
Сам Алексей Иванов прославился на всю Россию тем, что подарил императору Александру II две добытые на Сахалине соболиные шкурки уникального «розового» оттенка. Необычный палевых мех с розоватым отливом царь передал своей фаворитке, княжне Долгоруковой, а предприимчивого Иванова отблагодарил званием «купца 1-й гильдии» – по законам Российской империи только этот статус давал право вести заграничную торговлю и владеть морскими судами.
Почти одновременно с «розовыми» соболями купцу Иванову привезли с Сахалина бутылку, наполненную странной жидкостью. Работавший на купца якут Филипп Павлов собрал её в яме, где-то в окрестностях реки Оха на северо-восточной оконечности острова. Со слов сахалинских аборигенов, в том районе часто встречались ямы, заполненные этой пахучей жижей, а также места, покрытые черною вязкою корой – в наше время её называют «асфальтом», но ни якут Павлов, ни купец Иванов, ни аборигены Сахалина такого термина ещё не знали…
Филипп Павлов назвал свою жидкость по специфическому запаху «керосин-водой». Получаемый из каспийской нефти керосин уже хорошо знали по всей России, и хитрый Алексей Иванов догадался, чем может быть пахучая жидкость в бутылке. О гигантских прибылях «нефтяных королей» Кавказа купец 1-й гильдии был наслышан – он тут же отправил своего доверенного приказчика Николая Рожнева вместе с якутом Павловым в тайгу на север Сахалина. Поляны с нефтяными лужами Рожнев отметил, вырезая большие кресты на окружающих деревьях.
 
Получив подтверждение о существовании ям с «керосин-водою», 6 июня 1880 года Алексей Иванов собственноручно написал прошение приамурскому генерал-губернатору о выделении 1000 десятин (чуть более 1 тысячи гектаров) сахалинской земли для разведки и добычи нефти. Купец Иванов явно не был писателем, излагая своё прошение несколько коряво, но вполне конкретно: «Разыскав источник, откуда вытекает нефть, на оконечности острова Северо-Сахалина, впадающий в Охотское море на восточном берегу; источник нефти с обеих сторон горы; с правой гора называется Ургань, а с левой Мургунь, речка, протекающая между гор, называется Оха, название этих гор и речек узнаны от инородцев, проходящих по острову…»
Так впервые в документах появилось название Оха, эпохальное для будущей нефтедобычи Сахалина, а власти России впервые узнали о наличии «чёрного золота» на ещё неосвоенной окраине Дальнего Востока.