Серебряный лебедь (ЛП)

— Мы ненадолго.
Я перевожу взгляд на Бишопа, который наблюдает, как пальцы Нейта сжимают мою руку. Не знаю почему, но я вырываюсь из хватки Нейта. Он на секунду колеблется, но когда снова смотрю на Бишопа, он хмуро смотрит на меня. Какого хрена?
Мы начинаем выходить из кафетерия и направляемся к парадным дверям, где есть бетонные лестницы, длинные, чтобы вместить более чем достаточно людей, чтобы те смогли присесть. Некоторые обедают здесь, хотя и не многие. Они выглядят как люди, с которыми я должна есть, а не с Нейтом и его чертовым клубом.
— Что случилось? — спрашивает он, как только мы выходим на улицу.
Я вздыхаю.
— Ничего, я просто… правда, это немного чересчур, — честно отвечаю я. — Что с вами такое, ребята? — Мы продолжаем спускаться по ступенькам, пока Нейт засовывает руки в карманы.
— Что ты слышала? — Его взгляд по-прежнему устремлен вперед.
Я бросаю настороженный взгляд на него каждые две секунды.
— Ну, только от Татум о каком-то «Элитном Королевском клубе»? — Я проверяю его.
Он смеется, откидывая голову назад.
— Мэди, этот клуб — всего лишь легенда. Все это поддерживается чушью и королевскими подростковыми драмами, — его смех натянут, а улыбка не отражается в глазах.
— Ладно, — говорю я. — Расскажи мне больше об этой легенде.
Он ухмыляется, останавливаясь.
— Может быть, однажды, просто... не сегодня.
— Что? — Я игриво улыбаюсь. — Почему не сегодня?
Его взгляд скользит мимо моего плеча, лицо становится серьезным. Он снова смотрит на меня.
— Пока нет, я скажу тебе, когда решу, что ты справишься.
Он подмигивает мне, прежде чем пройти мимо и снова направиться к дверям. Когда я оборачиваюсь, чтобы посмотреть, куда упал его взгляд, я ловлю спину Бишопа, возвращающегося внутрь. Вздохнув, качаю головой, задаваясь вопросом, когда именно моя жизнь стала такой чертовски насыщенной событиями.
  
ГЛАВА 7
 
Я СОБИРАЮ ВОЛОСЫ в высокий хвост, когда Нейт входит в мою комнату. Я ехала с ним сегодня по дороге домой, и все было не так уж плохо. После того, как мы оба поссорились из-за выбора музыки, в конце концов, Нейт сказал мне, что если я еще раз прикоснусь к ней, мне придется идти домой пешком. То, как он ухмыльнулся, когда сказал мне это, заставило меня думать иначе.
— Эй! — Я натягиваю свою кожаную куртку поверх белой майки, выбирая узкие джинсы и свои кроссовки.
Он прислоняется к дверному косяку с пакетом чипсов в одной руке, снова без рубашки, в джинсах с низкой посадкой и в кепке, сдвинутой назад. Он указывает на меня сверху вниз.
— Куда ты собралась?
— Хммм? — спрашиваю я, поднимая телефон с кровати. — В торговый центр с Татум.
— Татум, да? — поддразнивает он, облизывая пальцы. — Она одинока? — Нейт прекращает облизывать, прежде чем медленно вытаскивает палец изо рта. — Не то чтобы меня беспокоил статус отношений.
Я останавливаю его, поднимая руку к его груди.
— Я не знаю. Я так думаю. Ты собираешься двигаться? — спрашиваю я, указывая на коридор, чтобы пропустить меня.
Он самодовольно смотрит на меня сверху вниз, прежде чем «Rockstar» Chamillionaire’s начинает играть у него в кармане. Его улыбка исчезает, когда он быстро возвращается в свою спальню, закрывая за собой дверь.
— В этой школе все такие странные, — бормочу я себе под нос, закрывая дверь. Сделав шаг вперед, я врезаюсь в твердое тело. Такое же твердое, как у Нейта, но… немного больше.
— Черт, — бормочу я, поднося руку ко лбу. Когда поднимаю глаза вверх по телу, они падают на Брэнтли.
— Нейт в своей комнате. Извини, — я снова извиняюсь за то, что столкнулась с ним.
Его глаза темнеют, рычание поднимает уголок его рта, который он открывает, готовый что-то сказать…
— Брэнтли! — раздается позади него низкое рычание. Воздух внезапно сгущается, и когда я смотрю ему за спину, я вижу Бишопа, стоящего там, его глаза прикованы к затылку Брэнтли. — Иди в комнату Нейта. — Брэнтли снова прищуривается, прежде чем продолжить путь по коридору в спальню.
 
Как только дверь закрывается, я фыркаю и смотрю на Бишопа.
— Кто украл его игрушки?
Бишоп смотрит на дверь Нейта, отказываясь признать меня.
Я ругаюсь себе под нос.
— Извини, привет, я Мэдисон.
Его глаза, наконец, опускаются на мои. У него действительно удивительные глаза, не только глубокого нефритового цвета, но и формы. А когда они смотрят на тебя? Они смотрят сквозь тебя, как будто призывают твою душу и зовут жнеца.
— Я хотел бы извиниться за это, — бормочет он в ответ, его глаза возвращаются к двери Нейта.
Я поворачиваюсь, чтобы проследить за его взглядом, прежде чем снова посмотреть на него.
— Не волнуйся об этом, — тихо шепчу я. — Я привыкла к этому. — Делаю шаг в сторону, чтобы обойти его, когда он повторяет мой шаг, преграждая мне путь.
Он пристально изучает мои глаза, прежде чем опустить взгляд на мои губы, а затем снова на мои глаза.
Я наклоняю голову.
— Я могу пройти?
Он ничего не говорит, просто тупо смотрит на меня в течение нескольких секунд, прежде чем, наконец, направиться в комнату Нейта.
Качая головой, я открываю дверь, когда Татум подъезжает на своем голубом «Феррари» с черными ободами и черным оттенком. Это самый красивый «Феррари», который я когда-либо видела, и он подходит Татум. Ее родители всегда уезжают на работу, и Татум шутит, что ее «семейное время» — это просмотр последних кассовых фильмов. Хотелось бы мне посочувствовать ей, но не думаю, что она так уж сильно волнуется. Я хватаюсь за ручку двери и поворачиваюсь, чтобы скользнуть на пассажирское сиденье машины, прежде чем обернуться и посмотреть на окно спальни Нейта, обнаружив, что все трое смотрят на меня, внимательно наблюдая. Моя улыбка сползает, прежде чем я сажусь в компактную машину.
— Эй, сладкая! — Татум возбужденно хлопает в ладоши. — Давай сорить деньгами!
Дорога до торгового центра короткая. Мы сканируем магазины, в то время как Татум больше, чем я, ищет идеальный наряд. В четвертом магазине я сдаюсь и протягиваю ей платиновую карточку моего отца, чтобы просто купить все, что она хочет, чтобы я надела, потому, что если есть что-то, что я ненавижу, так это покупки. Она выходит из одного из бутиков с ухмылкой на своем прекрасном лице, и я вздрагиваю. Я почти чувствую, как мои сиськи съеживаются от того, насколько тесное то, что она выбрала для меня. Подняв меня за руку, Татум тащит меня к маленькому причудливому магазину украшений, убирая платье.
— Твоя новая комната. Я подумала, может, нам удастся что-нибудь раздобыть. Я имею в виду, я знаю, что еще не видела твою комнату, но думаю, что, поскольку ты только что переехала сюда, она будет немного пустой.
Понимая доброту в ее предложении и все еще пытаясь не считать, что кто-то был добр ко мне, как что-то неловкое, я киваю.
— Мне всегда не помешает что-нибудь другое. Я люблю декор.
— Хорошо! — Она хлопает в ладоши. — На самом деле мне не хотелось заставлять тебя.
Мы входим в темно-фиолетовый магазин, окруженный раскаленными лавовыми лампами и пахнущий ладаном. Меня мгновенно привлекает маленький свет, который включается и демонстрирует свои цвета на фоне пустой белой стены в задней части магазина. Идя к нему, я улыбаюсь.
— Я хочу этот!
Брови Татум изогнулись.
— Ты уверена? Я имею в виду, это круто, но куда бы ты его положила?
Делаю шаг к нему и опускаюсь на колени, наклоняя лампочку вверх.
— Можно передвинуть его так, чтобы он оказался на потолке. — Сдвигаю лампочку, чтобы наклонить ее выше, и мгновенно загораются все звезды.
 
— Ух, ты! — шепчет Татум. — Так выглядит намного лучше.
Я киваю.
— Это напоминает мне о том, как мои родители брали меня на охоту, и мы разбивали лагерь в лесу.
Ее глаза сужаются.
— На что именно охота?
Я встаю на ноги.
— Просто олень. Или мы ходили на охоту на уток.