Без нее на ней женился (СИ)

Обхватив голову руками, опустилась на корточки, опасаясь того, что они могут не удержать. Боль постепенно стала проходить, но пока еще ощутимо пульсировала в районе висков. Сложно было поверить в то, что прошла целая неделя. Но телефон, хоть и был стареньким, работал хорошо. Да и пропущенные звонки от Наташи, которые я быстро стала просматривать, продолжая сидеть в скрюченном состоянии на полу, красноречиво свидетельствовали — да, прошла неделя. Которую, я по каким-то причинам не помню. И что-то подсказывало, что по этим же самым причинам я и забыла лицо того, кто спас меня из лап насильника.
Лучше бы из моей памяти стерся безразличный остекленевший взгляд отца, чем внешность незнакомца, ворвавшегося тогда в квартиру.
Первым делом позвонила Наташе, которая тут же приняла мой вызов. И это в шесть часов утра, когда обычно подруга спит.
— Алло?! — послышался ее взволнованный голос. — Леся?! Боже, ты жива!
— Нат, что случилось? — обеспокоенно спросила, стараясь между тем говорить не громко. — Я ничего не понимаю.
— Ты где? Я куда только не звонила! И если бы не твой бестолковый отец, полиция бы уже носом землю рыла! Где ты?! — еще раз повторила вопрос девушка.
— Дома, — ответила, но на всякий случай осмотрелась по сторонам. Компьютерный стол, диван, на котором спала, небольшой шкаф, ковер замученный жизнью лежит на полу, сколько я себя помню. Сомнений и быть не могло, я находилась у себя дома. И надета на мне была моя пижама.
— Дома?! — взвизгнула Наташка. — Дома?! Быстро собирайся и на выход. Встречаемся у автобусной остановки. Как тебя туда занесло? А если твой… — тут подруга явно хотела выругаться, но сдержалась, — снова со своими дружками?
— Собираюсь, — выпрямляясь, проговорила. — Минут через десять буду у остановки.
— Лечу, — выпалили на том конце трубки, и в следующую секунду я слушала противные раздражающие гудки.
Как бы ни хотелось есть, посчитала правильным в сложившейся ситуации потерпеть. Успею перекусить. Вещи, в которых я была в тот злополучный день, после которого у меня случился провал в памяти, обнаружились сложенными аккуратной стопочкой на стуле, что стоял возле компьютерного стола. Почему-то, вновь облачаться в них желания не было. Поэтому, подскочив к шкафу, открыла дверцу и достала чистую одежду. Темно-зеленого цвета свитер, чем-то похожий на тот, который лежал на стуле. Голубые джинсы, белые носки, практичное и удобное нижнее белье. Когда была полностью одета, подбежала к зеркалу, висевшему на стене, и несколько раз провела по растрепанным волосам расческой.
В соседней комнате послышалось какое-то копошение. Не медля больше ни секунды, заторопилась на выход. Ладно, «заторопилась» — не совсем подходящее слово. Приходилось красться, чтобы не стать источником лишнего шума. В прихожей натянула на ноги несчастные немного замызганные желтые кеды. Куда задевались мои полусапоги и кроссовки, понятия не имела. Но искать их сейчас не стала. Отец может выйти из комнаты в любой момент. И нет гарантий, что это утро у него чем-то радостнее предыдущих. А если у родителя плохое настроение, это чаще всего заканчивается либо оскорблениями, либо, что еще хуже, рукоприкладством. Попадать под горячую руку не хотелось.
Схватив фиолетовую куртку, сняла с крючка свою сумку, не заботясь о том, какие учебники с конспектами там лежат. Ясно как белый день, что и сегодня я прогуляю лекции. И пропавшая из памяти неделя еще аукнется мне во время сдачи зимней сессии.
Застегивалась уже на улице. Колючий ветер тут же коснулся щек, заставляя ежиться и жалеть об оставшемся лежать на тумбочке черном шарфе. Сейчас бы он как раз пригодился. Увы, возвращаться обратно не хотелось. Набросив на голову капюшон, я заторопилась в сторону остановки. Только Наташка могла пролить свет на творящиеся вокруг меня странности. Как так получилось, что из моей памяти пропала целая неделя? И что произошло за это время? Что я делала?
На душе было гадко, в голове мучительно ворочались вопросы, на которые я не знала ответов, сердце билось о грудную клетку, предчувствуя неприятности. Я почему-то была уверенна — все это не просто так. А что если я упала, ударилась головой, каким-то чудом добралась до дома и… И что дальше? Проспала всю неделю беспробудным сном? И отец ни разу не подошел посмотреть, не умерла ли я? Ерунда какая-то получается.
 
Подруга приехала на автобусе минут через десять. Выскочила из транспортного средства, сразу заметила меня и, не говоря ни слова, повисла на моей шее. Я обняла ее в ответ, немного растерянная и не знающая, куда деть руки.
— Я тебя убью! — отстранившись, прошипела Наташка и красноречиво так посмотрела на шею.
— За что? — удивленно спросила, на всякий случай, отступая.
— Ты пропала на целую неделю! — начала было распаляться девушка, потом, видимо, спохватилась, что мы стоим на улице, вблизи автобусной остановки, и на нас начинают косо поглядывать, и осеклась. — Пошли, — буркнула она, обхватывая цепкими пальцами мое запястье и ведя прочь от любопытных взглядов. — Посидим где-нибудь, позавтракаем и обсудим твое плохое поведение.
— Единственное место, в которое в это время можем пойти, — недовольно хмурясь, пыталась воззвать Нату к благоразумию, — это ночной клуб. А там сейчас в это время все, мягко говоря, навеселе.
— И что? — Наташа уверенно шла вперед, подобно бульдозеру. — Устроимся где-нибудь в уголочке. Клубы тоже имеют свойство закрываться. Надо найти что-нибудь круглосуточное.
— Еще лучше, — буркнула себе под нос.
Зная свою подругу, от дальнейших препирательств решила воздержаться. Важнее было узнать, что произошло тогда, неделю назад. Хотя бы что-нибудь. На подробный рассказ о моих злоключениях я не рассчитывала. Если учесть, что Наташа понятия не имела, где я нахожусь. И на данный момент мечтает придушить меня.
Еще примерно минут десять мы слонялись по улицам в поисках подходящего «уютного» места. В итоге, было решено посетить уже знакомый мне бар «Ерш и Молот». Замечательно. И поговорим, и деньги за выступление недельной давности получу. Влад, несмотря на скверный характер, человеком был честным. По крайней мере, меня ни разу еще не обманул. А когда я однажды забыла в тесной гримерке телефон, он лично отдал мне его, как только я, перепуганная, заявилась минут через пять. Смартфон, хоть и старый, но вот уборщица, которая работала в баре, могла удавиться за любую безделушку. Хозяин заведения (по его словам, разумеется) как раз зашел в тот момент, когда Нели (так зовут уборщицу) клала мой телефон в карман формы. По тяжелому взгляду женщины, которая крутилась поблизости, начищая столы, было не сложно догадаться, что правды в словах мужчины было больше, чем вымысла. А возможно обошлось вообще без вымысла. Разве можно не поверить щенячьим глазкам человека, который позволяет мне выступать у него в баре? Подумаешь, не шикарный дорогущий клуб, зато народу каждый вечер собирается столько, что не протолкнуться. И я слышала, что Влад намеревался расширять бизнес в ближайшее время.
Открыв стеклянную дверь с продолжающей помигивать красным надписью «Ерш и Молот», вошли внутрь. Широкий коридор, по левую руку небольшой гардероб, где при желании можно было ставить куртку. Парень, кстати, что работал гардеробщиком, зевал так заразительно, что пришлось прикрывать рот рукой. Словно и не спала совсем.
— Олеська? — удивился моему визиту Федька, подавляя очередной зевок и выпрямляясь, усиленно делая вид, что спать совсем не хочет. — Вот так встреча. А мы уж и не мечтали тебя разыскать.
 
— А искали? — Прищурилась Наташка и гордо прошла мимо парня, что стоял за деревянной стойкой.
— Собирались, — и глазом не моргнув, соврал приятель. — Влад переживал. Говорил, куда наша непутевая певичка задевалась.
— Вот за певичку он у меня получит, — проворчала, проходя в просторный и почти пустой зал. Раннее утро не располагало к развлечениям. Это ближе к десяти вечера у народа обычно открывается второе дыхание, и любителей потусить тянет провести в каком-нибудь баре или клубе очередную бессонную ночь. А потом, «заправившись» энергетиком спешить на учебу или работу.