Темный Властелин желает драться (СИ)

В подспорье имелись две магопушки и два эфирных гранатомета, которые выглядывали из окон бойниц.
— Не обольщайся, Влас, — остудил мою радость Павел Павлович, — На них вы сможете добраться только до окольцовки высокочастотной зоны. Дальше не проехать. Придется идти пешком, там сплошной лес на пять километров.
— Да чтоб тебя… — выругался сквозь зубы и незаметно посмотрел на Корнеева.
Капитан действительно будет нас тормозить, но тут уж ничего не поделать. Придется подстраиваться под его шаг. Ладно, не так это и страшно. Вместо отведенной мной недели на весь марш-бросок, придется задержаться подольше. Может, это и неплохо. Пусть будет больше опасностей, но при этом окажется больше убитых тварей, а значит — больше полученных слепков душ.
Оглядел своих друзей. Все имели сосредоточенные и решительные лица. Ребята были полностью готовы к походу.
Еще вчера вечером мы впятером завалились в медблок, проведать Сумарокову.
Светлана была рада нас видеть несмотря на то, что весть о гибели старшего брата уже до дошла девушки.
— Привет, — вяло помахала она нам рукой, но при этом улыбнулась, — Как вы? Как служба?
— Нормально. Как ты сама? — поинтересовался у Светы после того, как мы все по очереди её обняли.
— Ничего. Всё по-старому. Вы слышали, что произошло?
— Про твоего брата?
— Да.
Мы кивнули и сразу посмурнели.
Ведь у всех остальных в роду, так же, как и у Сумароковой, погибли наследники.
Чтобы не расстраивать девушку, заранее решили ей ничего не говорить. Понятно, что она скоро узнает, но… пусть пока остаётся в неведении. Если бы не эта дурацкая экспедиция, то ребятам уже выписали увольнительные и позволили отправиться на похороны, но в связи со сложившейся ситуацией, никому из нас не разрешалось покидать гарнизон, точнее разрешалось, но только в одном направлении — в направлении высокочастотной зоны.
В медблоке нельзя было пользоваться телефоном, а следовательно, доступ к информативной сети был закрыт. В новостных лентах, шедших по телевизору, расположенному в палате, узнать об этом оказалось практически невозможно. Массовое убийство наследников влиятельных родов умалчивалось представителями СМИ, что не могло не вызывать удивления. Даже в интернете, подобные новости пресекались в зародыше: исчезали ролики и статьи, отправлялись в бан целые сайты.
Кто-то упорно не хотел огласки и расследований, делая всё, чтобы подобное не стало достоянием массовой общественности.
Про экспедицию тоже не хотели рассказывать, но когда собирались уходить, Светлана с надеждой поинтересовалась:
— Ребята, вы завтра придете? Здесь так скучно, хоть на стенку лезь.
Астафьевы замялись, Сергей с Марией потупили взгляд, а я вздохнул.
— Извини, но нет.
— Хорошо, как хотите. Я же вижу, что вам в тягость. Не переживайте, сама справлюсь.
— Чего? — опешил я, — С чего такие выводы?
— С того. Уходите.
— Да ёк-макарёк, — не выдержал Суворов, — Всё совсем не так.
— Серёга, — предостерёг я.
— Что Серёга? — проворчал друг, — Какая уже разница? Может видимся в последний раз.
— Вы о чём? — вскинула брови Сумарокова, внимательно обозрев пять насупленных, недовольных рож.
Причем моя было недовольной только потому, что приходится рассказывать об экспедиции девушке и заставлять её напрасно волноваться.
Остальные же твердо верили, что полным составом не удастся вернуться обратно, поэтому хотели на всякий случай попрощаться.
Пришлось объяснить, в какую жопу решили нас засунуть.
Света не стеснялась выражений. Её возмущению не было предела. Ребята, попытались успокоить девушку, но только еще больше начали раздражаться на ситуацию в целом и злиться.
— Хватит! — рявкнул я, — Угомонились все! Никто не погибнет. Мы справимся. Если у вас такой сраный настрой, сразу пускайте себе пулю в лоб. Нечего вам делать в высокочастотной зоне с подобными мыслями. Мы идет не умирать, а побеждать! И мы победим, не важно кого… даже самые страшные монстры содрогнуться под нашей поступью…
— Ээ-э, — послышалось со всех сторон.
  
— Кхм-кхм, — закашлялся я, понимая, что перегнул палку в своих восторженный речах, еще бы кулаки в воздух вскинул для пущей убедительности.
Недаром ребята сейчас стояли с такими ошалелыми лицами.
Я ведь теперь не ТЕМНЫЙ ВЛАСТЕЛИН, выступающий перед своим верным войском, а обычный пацан, стоящий напротив таких же молодых парней, еще толком не нюхавших крови.
— Ну ты даешь, Потёмкин.
— А что не так-то? Разве я не прав?
— Да прав, конечно, прав, — на лицах друзей появились робкие улыбки.
— Только попробуйте не вернуться, я сама вас убью, — выдала Сумарокова и всё рассмеялись, сбрасывая напряжение.
Выехали на рассвете. В первом бронике разместился я, Свиристель, Суворов и Измайлова. Во втором поехали Корнеев, Марина и Андрей Астафьевы.
Пока добирались до границы высокочастотной зоны, ничего не происходило: ни одного развернувшегося разлома и ни одного прорыва тварей. Лишь несколько одиночных монстров пробежали мимо, не обращая внимания на бронетранспортеры. Большинство из них просто обходили технику по дуге, не решая связываться. Только одна летучая тварь, чем-то похожая на птеродактиля, попыталась атаковать с воздуха, но просчиталась. Её когти проскребли по металлу, но уцепиться за него не смогли. Она еще пару раз клюнула в обивку броника, и недовольно заголосив, вознамерилась убраться восвояси, но это у неё не получилось.
— Пусти, — рыкнул Суворов, отодвигая меня в сторону, — Я её сейчас поджарю, — Нам все равно придется двигаться пешком. Так зачем хранить патроны?
— Резонно, — кивнул я, понимая, что снимать и тащить с собой пушки не имело смысла.
Слишком тяжело. С такими далеко не уйдешь. Проще отработать магией. Да и звук выстрела может привлечь еще большее количество монстров. Заклинания есть возможность хоть как-то заглушить, а вот выстрел из магопушки и эфирного гранатомёта, пожалуй, даже я не смогу сделать неслышимым. Слишком большой резонанс и слишком высокий порог воздействия придется использовать, а значит — это лишняя потеря маны. На такое заклинание потребуется время и излишняя сосредоточенность. Пока я буду его держать, ни на что другое окажусь не способен.
— Жги, Серёга!
— Потёмкин, тебе кто разрешал командовать? — рявкнула Свиристель и перевела яростный взгляд на Суворова, который уже наводил орудие на цель, — Отставить! Это не входит в цель нашей миссии.
— Хе-х, — усмехнулся я, ибо уже было поздно.
Серёга вдарил так, что заложило уши.
Тварь, уже поднявшаяся в воздух метра на три, разорвала пространство жутким предсмертным хрипом, а затем рухнула вниз прожаренной тушкой.
— Какого хрена, Суворов? Я кому сказала, отставить?
— Простите, госпожа майор, больше такого не повторится, — произнес друг, но раскаяния в его голосе я не услышал.
М-да, тяжело придется «маменьке» с нашим отрядом. Ребята уже приняли меня за главного, ещё там… в разломе у поезда и сейчас с трудом приспосабливались к новому командованию.
— Придется провести с вами разъяснительную беседу, как только прибудем на место, — проворчала Свиристель.
Вот тут я был полностью согласен с ней согласен.
Подобного раздрая в нашей группе быть не должно.
Я тоже хорош: «Резонно».
Нет бы промолчать.
Хе-х, придется самому учиться подчиняться до поры до времени, но, если мои решения не будут совпадать с решениями Анастасии, поступлю по-своему. Конечно, сначала переговорив с ней наедине и попытавшись убедить в целесообразности своего мнения.
К границе высокочастотной зоны подъехали через пару часов. Выгрузившись из броников, построились под недовольным взглядом Свиристели, а дальше начался разбор полетов.
— Если вы с первого раза не хотите слышать моих приказов или приказов капитана Корнеева, вы мне здесь не нужны. Отправляйтесь обратно. Пусть вас отдают под трибунал, а если, — майор грозно посмотрела на Суворова, — подобное повториться вновь, я лично пристрелю каждого, кто поставит под сомнение мой приказ и тем самым подвергнет остальных опасности.