Темный Властелин желает драться (СИ)

— Это же…
— Угу. Вот и встало всё на свои места.
— А мне-то кто-нибудь объяснит? — произнес спокойно, и потеснив Свиридова, склонился над экраном.
Впрочем, долго читать не стал, почти с первых строк всё стало абсолютно ясно.
За последнюю неделю в Российской Империи творилось хрен знает что. Несколько крупных родов, приближённых к императору, потеряли своих наследников: кто-то погиб на дуэли, кто-то пострадал в результате прорыва, кого-то постиг несчастный случай. Если смотреть разрознено на эти факты, ничего не возможно было понять, но сложив их вместе, вырисовывалась довольно поганенькая картина.
Измайловых, Апраксиных, Суворовых, Сумароковых и Потёмкиных тоже постигло несчастье, а с учетом того, что решили избавиться и от нас, становилось предельно ясно, что кто-то выкорчевывал сильнейшие рода, ослабляя власть императора.
Похоже, в столице назревал переворот.
— Это катастрофа, нужно срочно что-то предпринять. Нельзя оставлять подобное без внимания, — рыкнул подполковник, — Мы не можем отправить ребят на верную смерть.
— И что ты сделаешь? Ослушаешься приказа и пойдешь под трибунал?
— Если понадобиться, то — да.
— Паша, не глупи.
— Твои предложения?
— Так схожу даже не скажешь.
— Я могу связаться с некоторыми чинами в канцелярии и передать свои подозрения, но кто может гарантировать, что они не относятся к заговорщикам. К тому же, добраться до того, кто сумеет отменить приказ об экспедиции, потребуется время. Думается мне, предатели сидят на самом верху. Чтобы остановить этот снежный ком, пока он не перерос в лавину, нужно говорить напрямую с императором, но проблема в том, что аудиенции добиться очень сложно, на это понадобиться время.
— До императора и без нас дойдут слухи. Не думаешь же ты, Паша, что одни мы такие умные?
— Дойдут-то — дойдут, вопрос только в том: — Когда? Настя, может ты…
— Даже не начинай! — рыкнула Свиристель, — Я не полезу во всё это дерьмо. Спасибо, нахлебалась.
Я слушал, а сам мотал на ус. Интересная картина получалась. Конечно, пока я не видел её полностью, но кое-какие штрихи уже чётко вырисовывались.
— Весело живем, господа, — усмехнулся, встревая в разговор и глядя на озабоченные лица собеседников, — Предлагаю не париться. Пал Палыч, если тебе так охота, можешь подать прошение на аудиенцию, а мы, пожалуй, сходим в глубь территорий.
— Чего? — вытаращился на меня подполковник, — Да я лучше прикажу вас всех покалечить и положить в медблок, а в канцелярию отписать, что члены экспедиции никак не могут отправиться в путь по причине недееспособности. Полежите недельку, оклемаетесь, а там видно будет, что-нибудь придумаем.
— Согласна, — кивнула Свиристель, с беспокойством глядя на меня.
— А я не согласен.
— А кто тебя будет спрашивать?
— Послушайте, если нас собираются устранить, то в любом случае это сделают. Добьются своего не «мытьём так катаньем». Даже в гарнизоне достанут. Не удивлюсь, если у них там есть свои люди и не только у нас, а в других частях тоже. Отраву в еду подмешают, со стены сбросят, вместо лекарства яд подсунут. Способов много.
— Паша, может их всех в поместье привезти?
— Ага, чтобы его обложили? Дадут сверху добро соседям: мол, сумеете захватить поместье и убить всех внутри — милости просим, владейте. Думайте кто-то откажется? Сначала объединяться, чтобы нас уничтожить, а потом междусобойчик устроят, выясняя, кому земля достанется.
— Справимся. Отобьемся, — проворчала Свиристель.
— Может быть, а если наемные убийцы нагрянут? По мою душу однозначно придут. Пусть не от заговорщиков, так от Потёмкиных не заставят себя ждать, — вставил свои пять копеек.
— Откуда знаешь? — воскликнула Свиристель.
— Папаша нанял. Он меня еще в поезде грохнуть хотел, не получилось. Уверен, князь от своего не отступится.
— Тварь, да я его голыми руками… — прошипела Свиристель, — Дай только добраться.
— Оставьте, — махнул рукой, — Это сейчас не главное. Мое предложение остаётся прежним: отправиться в экспедицию. С тупыми тварями мы как-нибудь совладаем, а вот ввязываться в политику и противостоять неизвестному врагу — пока нет. Слишком мало информации, да и сил поднабраться нужно.
  
— Кому это ты собрался противостоять? — недовольно прищурилась Свиристель.
— Никому. Это так, образно.
Я не собирался рассказывать Анастасии про свои грандиозные планы. Еще чего! Может быть позже, и то — не факт.
Сам переворот был мне на руку, но смерть друзей я допустить не мог, поэтому действительно считал, что идти на территорию высокочастотных прорывов самый лучший вариант. Мы могли не следовать обозначенному маршруту, а двинуться краем, не углубляясь внутрь и не подвергаясь сильной опасности. Сомневаюсь, что за нами отправят соглядатаев, но даже если и так, никто не помешает мне их убить.
Всё это я озвучит своим собеседникам.
— К тому же, мы не слабаки, как многие думают. Могу с уверенностью сказать: ребята не подведут, а мы со Свиристелью их прикроем.
— Даже не думай лезть на рожон. Я один раз похоронила сына, второй раз не допущу.
— Только не нужно лишней опеки. Как-то прожил восемнадцать лет без вас, матушка, — произнес с ехидством, — и не подох.
Ну да, слукавил, куда же без этого. Расстраивать женщину ещё больше и говорить, что её сын действительно мёртв, я не собирался. Пусть лучше думает, что я держу на неё обиду. Настоящий Влас — точно бы держал.
Придется отыгрывать роль.
— Прости. У меня не было выбора.
— Выбор есть всегда, и по-моему, это я вам уже говорил. Впрочем, не важно. Сейчас о другом…
Почесал затылок.
Говорить или не говорить?
Ай, да ладно, всё равно потом выяснится.
— Я обладаю уникальной магией. Способ её действия рассказывать не стану, уж простите.
— И что может твоя магия? — заинтересованно произнесла Свристель.
— Много чего. С уверенностью могу сказать, что в этом кабинете я самый сильный из нас троих.
Подполковник вскинул брови.
— Даже так?
— Ага.
— Влас, не стоит набивать себе цену.
— Я не набиваю, просто говорю, как есть. Если сомневаетесь, можем проверить, но чуть позже. К чему мы пришли? — решил подбить итог разговора.
Еще полчаса споров, и Свиридов со Свиристелью согласились на мой план.
— Отлично, — потер руки, очень надеясь, что во время похода сумею найти необходимый ингредиент, благодаря которому сумею создать зелье для Сумароковой. Залежалась девчонка в медблоке. Нечего ей там делать.
Кстати, на днях заходил проведывать: лучше не стало, но я и не надеялся на чудо.
Родители хотели увезти Свету в столицу, положив в одну из лучших клиник, но девушка отказалась, те сначала настаивали, а потом резко согласились с её мнением и вечером спешно улетели домой.
Только сейчас я понял причину их быстрого отъезда. Гибель наследника — трагедия для семьи. Свете ничего не сказали, чтобы не волновать, но вряд ли её неведение продлилось долго.
— Раз так, давайте возвращаться в гарнизон, — подытожил подполковник.
У меня была куча вопросов к Анастасии, а у неё ко мне, но сейчас не было времени их задавать.
— Это всё хорошо, но мне нужно отлучиться, — произнес, вставая.
— Куда? — поинтересовалась Свиристель.
— Эм-м, — задумался на секунду, — В подвал.
Подобный ответ удивил Пал Палыча с Анастасией.
— Зачем?
— Ответ, НАДО, вас не устроит?
Оба отрицательно помотали головами.
— Так я и думал, — недовольно проворчал себе под нос, с грустью осознавая, что обзавелся контролёрами, громче же произнес следующее: — Хочу провести один эксперимент, который существенно упростит наше пребывание в высокочастотной зоне… Кстати, мне нужны мои вещи. Анастасия, куда их дели? Надеюсь, не выбросили?
— Нет. Всё принесли к тебе в комнату.
— Отлично.
— Я могу посмотреть, что ты собираешься делать? — спросила Свиристель.
— Нет.
— Какой скрытный мальчик, — усмехнулся подполковник.