Чужая мечта (СИ)

Хару смущенно улыбнулся. Ему часто говорили что-то подобное. Врожденные данные позволяют быстро прогрессировать, Хару и один справлялся с обучением, с учителем Мин он стал в разы стабильнее. Возможно, Ноа прав: занимайся он с учителем Мин несколько месяцев, уже был бы самым крутым на этом шоу.
— Насчет вокала Минчу, — прервал их разговор Сонун. — Тебе явно не хватает дыхания. Я бы предложил тебе петь только по одной строчке, как бы диалогом с кем-нибудь еще. Все же поставить дыхание за полторы недели… просто невозможно.
  
Минчу печально кивнул. Похожая ситуация была и у Борам, и у Нобу — не сказать, что плохо, но песня явно не для их способностей. Такое мощное, щедрое исполнение, здесь нужно много воздуха, нужно петь в полную силу… а парни привыкли выступать с чем-то простеньким, где отдельные короткие строчки то ли поются, то ли проговариваются. В этом плане Аньцзэ справился лучше всех, но во время итогового распределения партий «Нобу и компания» всячески пытались перетянуть внимание на себя, в то время как Аньцзэ почти никак не пытался себя защитить. Скорее всего, потому что не понимал большую часть разговоров. Хару растерянно посмотрел на Сонуна. Тот пожал плечами в ответ: если бы Аньцзэ как-то настаивал, можно было бы приструнить остальных, но китаец скромно молчал.
Хару тяжело вздохнул. Партии распределили так, как хотели «Нобу и компания».
Начали репетировать. У Нобу не получалось чисто исполнить свои строчки. Хару на ходу учился у Ноа разным приемчикам, которые делают пение более драматичным, так что пока не возмущался. Но через час постоянного пения стало понятно, что у Нобу проблемы: он ни разу за все время репетиций не спел чисто. Поэтому, когда их позвали на обед, Хару придержал Аньцзэ в дверях. Ткнул пальцем поочередно в два места на листе с лирикой.
— Репетируй это сам, ладно? — тихо сказал он.
— Зачем? — удивился Аньцзэ.
— Очень велики шансы, что наставники потребуют забрать это у Нобу, — тихо ответил Сонун, который все это слышал. — Если нет, ты просто потренируешься. Если Хару прав… то ты быстро перехватишь эту партию.
Аньцзэ поклонился им — неглубоко, но все равно неожиданно. И просто вышел из зала. Хару остался наедине с Сонуном.
— Спасибо, — сказал Хару задумчиво…
— Не стоит. Мы с тобой соперники, причем прямые. Скорее всего, оба станем главными вокалистами и вряд ли снова будем работать вместе… но я все же считаю важным сказать, что Нобу…
— Да, я это понял. — печально кивнул Хару. — Он явно делает все это неспроста.
Сонун кивнул и тоже вышел из класса.
  
Глава 34
 
Колея
 
В столовой Тэюн и Шэнь удивленно рассматривали Хару. Золотой «значок» лидера выделялся на серой ткани футболки, такое сложно не заметить.
— Тебя выбрали лидером? — удивился Тэюн.
— Вечером, — буркнул Хару.
Тэюн с пониманием кивнул: сейчас лучше об этом не говорить.
Тэюн и Шэнь тоже были не в восторге от своих групп. Шэня пытались пытались задвинуть подальше, как танцора, но накидать партий, как рэперу. Он смог получить свое, тыкая всех носом в «техзадание» и напирая на то, что только он хорошо делает трюки — остальные парни танцуют классно, но всякие вертушки-сальто-нижний брейк им незнакомы. В общем, Шэнь с боем выбил себе главную танцевальную партию, но свои эмоции от этой победы тоже оставил на вечер. У Тэюна ситуация чуть лучше: хотя второй вокалист и пытался захапать все партии себе, но Тэюн смог отстоять позицию «делим строго пополам».
В общем, все были не в восторге от перспективы работать по отдельности друг от друга.
Отрепетировав полный день, вечером они очень эмоционально рассказывали друг другу о «дебилах в группе» и шутили, что пора начинать молиться, чтобы в следующий раз им повезло больше. Все разговоры вели в ванной, к слову. Она достаточно длинная, как кишка. Просто сидели втроем на полу напротив раковин, пили холодный чаек и костерили всех подряд, как заядлые сплетницы. В спальне, конечно, было бы удобнее, но там камеры. Да, Им Минсо обещала не создавать негативный образ Хару и Тэюна, но лучше подстраховаться и не оставлять организаторам таких ярких кадров явного недовольства.
Потянулись дни репетиций. Ранние подъемы, прогоны номеров внутри групп, занятия с наставниками. Хару было проще, чем Тэюну и Шэню — у него нет хореографии. Но, чтобы не откатиться назад в развитии, он танцевал каждый день у зеркала в комнате.
На выходных на улице убрали детскую площадку и на ее месте поставили турники. Тэюн сильно уставал за день, поэтому Хару пошел туда один. Уже на следующий день у него появился неожиданный напарник. Парня звали Пак Чанмин, ему уже 21 год, но он без малейшего стеснения попросил Хару научить его заниматься на турниках: спортзала в общежитии не было, а Чанмин достаточно подкачанный парень, боится потерять массу за время шоу. Он безошибочно понял, что Хару не просто случайно отжимается и подтягивается, у него есть какая-то система и правила, позволяющие тренироваться эффективно и безопасно. Раньше Чанмин занимался строго с тренером и только на тренажерах, он даже подтягивался всю свою жизнь только на параллельных ручках, так что турник для него был чем-то малопонятным.
Иногда к ним присоединялись другие парни, пытались заниматься, но мало кто возвращался на следующий день, а в третий раз вообще ни один не пришел.
Эти вечерние тренировки нравились Хару. Они как будто успокаивали. После нервных репетиций было приятно делать что-то простое и понятное. Жарковато, конечно. К тому же, на эти турники направлено сразу шесть камер, что тоже намекает на то, что детскую площадку снесли не ради развлечения трейни, а чтобы добавить в выпуски шоу кадры с потными парнями. Фансервис для девочек приносит хорошие рейтинги, по всей видимости.
[*Фансервис — изначально понятие из аниме и манги, которое сейчас распространяется на другие сферы, включая игры, сериалы, ток шоу… жизнь айдолов. Это сцены, которые нацелены на определенный отклик у основной аудитории. Яркий пример фансервиса — когда девочка в аниме падает строго попой кверху, чтобы еще юбка задралась. Изображение героев в купальниках– тоже пример фансервиса. В к-поп фансервис чуть более лайтовый, до нижнего белья и ягодиц крупным планом тут не доходит. Но вот показать, как парни занимаются в спортзале — это с удовольствием. Или надеть пиджачок на голое тело, чтобы психическое здоровье фандома держалось на одной пуговице…*]
Жаль, что подготовка номера проходила не так гладко. Первые несколько дней у них были занятия только с преподавателями вокала. Учитель Мин была терпеливым педагогом, она давала Хару много полезных советов, помогала и остальным. Второй их учитель был более категоричен. На первом же уроке с учителем Пак досталось всей четверке не-главных-вокалистов. Особенно — Нобу.
— Если не умеешь петь, зачем набрал себе сложных партий⁈ Даже в действующих группах все важные партии отдают тем, кто сможет это спеть, а не вижуалам!
Нобу плакал. Для зрителей зрелище, скорее всего, будет душераздирающим, Хару же не чувствовал ни малейшего сочувствия: Нобу ведь не особо-то и пытался стать лучше. Вот только за утешением Нобу почему-то пошел к нему: обнял за талию и щедро намочил футболку слезами. Ростом он был заметно ниже Хару, реветь в плечо ему было явно очень комфортно. Отталкивать этого актеришку перед камерами было бы неудобно, поэтому Хару неловко приобнял его в ответ. Учитель на Нобу смотрел, как на умалишенного. Но отбирать партию не стал, оставил все в подвешенном состоянии.
С третьего дня с ними стал заниматься хореограф. Не из наставников, а другой, постановщик шоу. Он объяснял им, как двигаться на сцене, как лучше показывать свои эмоции телом. И вот тут у Ноа начались некоторые проблемы. В финале все замечательно — он эмоционально поет, страдая практически всем телом. Но в начале, по мнению постановщика, он выглядит скучно. Неловко стоит у стойки микрофона. Хару смотрел в зеркало и не видел ничего неловкого. Просто стойка микрофона, просто Ноа стоит рядом.