Чужая мечта (СИ)

В семь вечера ужин, после которого они, по идее, должны отдыхать. Но многие трейни продолжали репетировать в коридорах и своих комнатах — танцевали у любой зеркальной поверхности, пели, читали рэп. В общем, обстановка была немного сумасшедшей.
У Хару есть два основных конкурента. Кореец австралийского происхождения — Ким Ноа. Он очень хороший вокалист, петь учился не в Корее. Последнее и является причиной, по которой он не особо хорош в высоких нотах. В Австралии, видимо, никому и в голову не могло прийти, что где-то в Корее парня будут заставлять петь в тональности для женского голоса. Поэтому Ноа, при всех его умениях, никак не мог совладать с желаемой позицией. Он даже ходил к наставникам, уточнял — можно ли понизить тональность. И ему ответили, что это будет сделано только в том случае, если никто не справится. Но это маловероятно, ведь есть Хару и Ли МинКи. Последний — очень хороший вокалист, поет гораздо лучше Хару. В желаемой партии у него иногда не получается хорошо исполнить финальную строчку, но это тоже спорное утверждение: вчера он был нестабилен, сегодня уже почти всегда берет эту ноту. Но. Минки некрасив. В Азии нет понятия «мужчина должен быть чуть красивее обезьяны», поэтому средненькая внешность Минки была его главной проблемой: небольшие глаза, большой нос, очень пухлые губы. За глаза его как раз «Мартышкой» и называли. Хару было немного обидно за него, но это не повод сдаваться. Фактически, сейчас у них соревнование: многолетний опыт против красивого упрямца.
  
Зная, что они втроем будут репетировать после отбоя, Хару не стал танцевать после ужина. Телу тоже нужен отдых. Они втроем немного попели, потом Хару даже вздремнул немного. Наконец-то принял теплый душ, неспешно нанес на лицо кремы, болтая с парнями. Дэхёна не было, так что они могли спокойно разговаривать в своей спальне. Ближе к отбою к ним в комнату заглянул Тэмин — старший трейни агентства New Wave. Он недовольно посмотрел на Шэня, который сидел на одном диване с Хару.
— Хару, выйди, пожалуйста. Нужно поговорить, — сказал Тэмин, даже не поздоровавшись с остальными.
Отказать было бы неприлично. В Корее так не принято, ведь Тэмин старше, а старшим не отказывают, особенно в настолько простых просьбах. Поэтому Хару встал с удобного дивана и вышел из комнаты с Тэмином.
— Ты решил начать общаться с Ли Шэнем? — без предисловия начал Тэмин.
— Почему всех так заботит этот факт? — не выдержал Хару.
Реакция у всех такая, будто он не болтать с ним начал больше, а, как минимум, машину ему подарил.
— Ты понимаешь, что он общается с тобой не просто так? Знаешь свой рейтинг?
Хару устало вздохнул:
— Какой у тебя уровень танцев? — спросил он у Тэмина.
Тэмин от неожиданного вопроса растерялся, поэтому Хару продолжил сам:
— Скорее всего — ниже, чем у Ли Шэня, там слишком большой опыт, чтобы сравнивать, но все же: ты танцуешь хорошо. Мы из одного агентства, были знакомы до начала шоу. У нас троих, из одного агентства, четыре звезды, поэтому мы могли бы жить в одной комнате, помогать друг другу в тренировках и обедать вместе. Что ты сделал при заселении? Отошел от нас максимально далеко, потому что не хотел тратить свое время на обучение двух неумех. И я не в обиде, — продолжил Хару, не дав Тэмину заговорить, — Ты имеешь полное право заботиться только о себе, я не просил нам помогать. Но ситуация сложилась именно так: ты мог нам помочь, но не захотел. А Шэнь нам помогает. Не на словах, а на деле. Он занимается с нами, все объясняет, делится важной информацией. Знаю ли я свой рейтинг? Да, мне как раз Шэнь и сказал. И он же не скрывает, что в его помощи есть доля холодного расчета. Ты тоже мог так сделать. Вчера днем, когда появилась новость о рейтингах. Это ведь так просто — начать помогать младшим трейни из своего же агентства. Не подумал, не догадался, не считаешь, что это сработает — это полностью твой выбор. Не нужно сейчас говорить мне, что у этого парня корыстные мотивы, когда он открыто мне о них сказал и помогает так, как никто другой в этом здании.
Тэмин не ожидал от Хару такой отповеди, поэтому на короткое мгновение стал похож на обиженного ребенка — даже губы недовольно надул. Потом его лицо снова приобрело нейтральное выражение и он вроде как безразлично пожал плечами:
— Я просто хотел убедиться, что ты понимаешь, как тут все работает.
— О, я прекрасно это понимаю, — улыбнулся Хару.
— А что тебе сказала продюсер Им? — спросил Тэмин. — Вы потом обсуждали танцы за столом? Она дала какой-то совет?
У Хару появилось ощущение, что частично Тэмин пришел к нему из-за желания узнать — что же такого Хару сказал Шэню после разговора с Им Минсо.
— Ничего такого, что я мог бы обсуждать с посторонними людьми, — улыбнулся Хару, — На мне контрактов о неразглашении больше, чем на тебе. Это все, что тебя интересовало?
— Не дерзи, — посоветовал Тэмин. — Мы общаемся неформально, но я все еще старше тебя.
Хару не сдержался — позволил себе иронично усмехнуться. Но тут же низко поклонился:
— Простите, сонбэ, я не со зла.
И посмотрел на него своим тщательно отрепетированным «невинным» взглядом хорошего парня, которому можно доверять. Учителя требовали от Хару, чтобы этот типаж у него выглядел особенно достоверно. Сейчас это, пожалуй, было особенно раздражающим для Тэмина — он-то знал, что играет Хару неплохо. Но сказать Тэмин ничего не мог, поэтому просто развернулся и ушел.
Наверное, не стоило ссориться. Но Хару так раздражало это повсеместное двуличие. Пока они с Тэюном были «неумехами, которые по счастливой случайности получили четыре звезда», очереди из желающих с ними дружить не наблюдалось. При этом Шэнь с самого начала относился к ним по-дружески, теми же патчами поделился. Но теперь, когда первое место Хару стало достоянием общественности, все внезапно захотели почаще находиться рядом с ним. А уж после того, как Им Минсо прямо показала, что они хорошо знакомы и ей есть, о чем говорить с Хару наедине… все, он тут же стал фаворитом продюсеров на данном шоу, а с фаворитами нужно дружить. Хотя бы перед камерами.
Когда Хару вернулся в комнату, Тэюн с интересом спросил:
— Что он хотел?
— Сказать мне, чтобы я тщательнее выбирал друзей, — усмехнулся Хару.
Тэюн расхохотался:
— Сначала сбежал от нас, как от прокаженных, на первой общей репетиции вообще делал вид, что с нами не знаком, а теперь пришел советы раздавать.
— Попутно он хотел узнать — не сказала ли мне что полезное продюсер Им, — добавил Хару.
— И ты ему ответил? — осторожно спросил Шэнь.
— Нет, конечно. Она же тебе передала, а не всему составу трейни, — улыбнулся Хару. — Тэмину сказал, что у меня контракты о неразглашении, я не могу о таком говорить постоянно.
Шэнь нерешительно улыбнулся. Видимо, он все же немного переживал, что личный совет Им Минсо станет достоянием общественности.
Ближе к общему отбою они собрали вещи, сложили их в удобном месте и первыми легли спать, надеясь отдохнуть хотя бы часик. Шэнь приехал со смарт-часами, сообщения они не принимают, но будильник через вибрацию на них завести можно. Через полчаса после отбоя они втроем встали и пошли тренироваться. Проходя мимо танцевальных классов, они видели, что во многих горит свет — видимо, слухи о возможности ночных репетиций уже распространились среди трейни.
  
Глава 28
 
А в остальном, бабуль, все хорошо, все хорошо…
 
Единственное, чем следующий день отличался от предыдущего — к Хару еще чаще подходили «просто поболтать» другие трейни. Это немного раздражало, потому что они отвлекали.
Вечером, после ужина, всех трейни снова собрали в кинотеатре. Сначала Хару напрягся — думал, дадут какое-нибудь задание вдобавок к предыдущему. Но все оказалось гораздо проще — им покажут первый эпизод шоу. Причем, трейни начали смотреть его даже чуть раньше официальной трансляции по телевидению — минут за пятнадцать.
У шоу были красивые заставки, женский голос зачитывал вступление, съемка общежития выглядела особенно роскошно, как будто они действительно будут жить в старинном шикарном особняке. Было что-то таинственное в картинке, выбраны были такие ракурсы, будто это начало сериала про школу для сверхъестественных существ, а не развлекательное шоу.