Ростки лжи (СИ)

Верховный иерарх поднялся и подошёл к камину, задумчиво смотря на горящий огонь.
— Вы хорошо подготовились. Интересно, что вы предложили ему за это. — протянул руки к огню волшебник.
— Южные королевства хотели торговых льгот. Я включил в список тех, кто их получает, и ваше королевство. — равнодушно ответил король.
— Какие отношения у вас были с верховным иерархом Ренегона, Ваше Величество? — не оборачиваясь, спросил Этериас.
— Лирион был мне другом. Лучшим другом. — после минуты молчания ответил король, также подходя к огню. — Но вы так и не ответили на мой вопрос. Ищете предлог, чтобы отказаться?
— Я не уверен, что подхожу для подобного поста. — честно ответил Этериас.
— Почему? Речь на площади была неплохой... Для новичка. — приподнял края губ Кормир II
— Вы знаете, почему меня не было на Кокнлаве?
— Понятия не имею. Я знаю, что иногда иерархи присылают замену вместо себя, однако никогда не углублялся в причины. Церковными делами среди нас двоих всегда заведовал Лирион. 
— Это случалось, когда кто-то из верховных решал оставить пост. Единственная причина, почему я ещё жив, это то, что я решил покинуть церковь. А теперь вы предлагаете мне пост её верховного иерарха Ренегона крупнейшего и сильнейшего из всех королевств людей. И даже больше — пост главы всей церкви, который не занимал никто со времён основания Таллистрии. 
В кабинет повисло молчание. 
— Почти тысячелетие назад, — медленно начал король. — вождь небольшого племени людей и мудрый шаман, что достучался до самого Отца, стали друзьями, выжив в смертельной битве. Один из лучших воинов людей и один из первых мастеров. Люди, что идут по пути мистических искусств, с начала времён были аутсайдерами. Одиночками, часто непонятыми и не понимающими заботы простых людей. Однако те двое, объединившись, образовали альянс, что вёл нашу расу до сего дня. Их потомки и ученики пронесли эту дружбу сквозь века, основали церковь, основали Ренегон. Они делали ошибки, и мы будем. Но ты действительно думаешь, что есть хоть одна реальная причина, почему мы не можем сделать тоже самое Этериас? Выжить в грядущей буре, и создать что-то, что превзойдёт всё, что было у людей до сего дня? 
Впервые за всё время их знакомства король назвал верховного иерарха по имени. 
— Есть две точки зрения, когда ты смотришь на разгорающийся огонь. — прошептал Этериас слова покойного наставника. — Это начало пожара, что может сжечь целый город, или это искра истинного света, что сможет обогреть и осветить его. Поклянись, что мы всегда будем вторым, чтобы ни случилось. И научим этому своих детей и приёмников. 
 
Решительно посмотрел в глаза королю волшебник.
— Клянусь. — не медля ни мгновения, ответил король.
— Я согласен. Кто бы ни объявил нам эту войну, мы выиграем её вместе. 
Двое мужчин ещё долго смотрели на огонь в абсолютной тишине, прерываемой лишь редким треском угольков из камина. 
Днём позже Этериас созвал на обсуждение самых опытных и влиятельных мастеров. За большим, длинным столом расселись почти четыре десятка человек: наиболее влиятельные иерархи и мастера, включая весь совет семи Ренегона, глава гильдии свободных мастеров, четверо его советников, преподаватели столичного монастыря.
— Я полагаю, вы приняли весьма мудрой и взвешенное решение, ваше святейшество. В сложившихся обстоятельствах объединений и ваше присутствие в Кордигарде, несомненно, пойдут нам на пользу. — высказал общее мнение мастер Гастон, когда собравшиеся, переглянувшись, выслушали рассказ Этериаса о предложении короля.
— Хотел бы я иметь вашу уверенность. — криво усмехнулось его святейшество.
— Однако ваш рассказ оставляет один, несомненно, важный для всех собравшихся вопрос. — степенно продолжил мастер Гастон. — Кто войдёт в совет семи?
Этериас уныло вздохнуло. Политика всегда приводила его в уныние. Гастон. впрочем, истолковал его молчание неправильно:
— Я полагаю, вы более привычны к собственным советникам — понимающе кивнул первый советник покойного главы церкви Ренегона. — Однако с вами прибыли только четверо из семи. Оставлять Аурелион без опытных мастеров неразумно, и поэтому я полагаю, что выбрать оставшихся из на…
Новоявленный глава церкви поднял руку, останавливая говорившего.
— Совет сохранит свой состав в полном объёме. Семь хорошее число, однако, полагаю, нам потребуется множество реформ, а число тринадцать ничуть не хуже семи.
Своих старых советников Этериас не любил, однако выгонять их было неразумно: они хотя бы были привычным злом.
Никто не возразил, хотя некоторые из мастеров скривились и покачали головой, выражая таким образом неодобрение к пренебрежению традициями. 
 
Мастер Гастон оглядел присутствующих мастеров и вновь взял слово:
— Полагаю, вы не были представлены остальным советникам, ваше святейшество. Позвольте мне представить их. Первым советником Лириона был я. Вторым советником был мастер Син.