Ростки лжи (СИ)

— Собери два коронных каравана, и прикажи лорду Иллиону удвоить охрану. Они должны отправиться в Нелею и Аурелион немедленно.
Любая достаточно крупная организация, религиозная или нет, в процессе своего существования неизменно приобретает несколько атрибутов, свойств, которые зачастую остаются неизвестными большинству непосвящённых, тех, кто не участвует непосредственно в её деятельности. Это не то чтобы жёсткое правило — скорее лишь типичное следствие взаимодействия разумных. Церковь Отца, что действовала в людских королевствах Тиала, не была исключением из этого правила.
Каждый житель королевств знал, что в каждом королевстве храмовники выбирают собственного верховного иерарха, и их количество неизменно равняется количеству королевств. Но вот чего не знали обычные люди, так это того, как именно выбираются и назначаются верховные иерархи. В их глаза любой жрец Отца был проводником воли создателя — и, в некоторое степени, так оно и было.
Чаще всего новый верховный иерарх был просто приёмником, учеником предыдущего, и занимал место своего учителя после его смерти. Однако, помимо этого, каждый верховный иерарх имел семеро советников, в которые входили наиболее опытные и влиятельные мастера-жрецы церкви. В случае отсутствия приёмника именно они были наиболее вероятными кандидатами на освободившийся пост, и именно они выбирали следующего верховного иерарха. В дальнейшем, тем или иным способом выбранный кандидат отправлялся на Конклав, где знакомился с остальными коллегами, и, участвуя непосредственно в призыве Отца, получал от него первые наставления и утверждение в должности.
А что не было известно широкой общественности, так это того, что помимо одиннадцати действующих верховных жрецов вполне могли существовать и те, кто по тем или иным причинам покинул этот пост, и что передача этой, безусловно, важной и ответственной должности порою происходила не после смерти одного из иерархов, а незадолго до неё, в глубокой старости. Для всех жителей королевств верховных иерархов, что были руками Отца, было столько же, сколько самих королевств. Не больше и ни меньше.
После шестьдесят седьмого Конклава большая часть тех людей, что когда-либо общались с создателем всей людской расы погибли. Но не всё. Двое из таких людей, вскоре после этих событий, получили письма идентичного содержания, ведь король лично знал их, принимая на предыдущем Конклаве.
Ваше святейшество! 
С прискорбием вынужден вас уведомить, что на Конклаве произошло непредвиденное событие, повергшее всех нас в шок. Все одиннадцать иерархов, проводившие ритуал призыва, пропали при невыясненных обстоятельствах, а центральный храм Отца превратился в аномалию, убивающую всех, кто пытается войти туда. Мы предполагаем худшее — гибель всех участников ритуала. В связи с этими событиями, на данный момент во всех королевствах осталось лишь двое людей, непосредственно контактировавших с нашим Создателем — бывшие верховные иерархи Нелеи и Аурелиона. Подобное не может не вызывать тревоги, и как одного из означенных лиц, я призываю вас предпринять все возможные меры для обеспечения собственной безопасности. Расследование по этому вопросу уже ведётся, однако до сих пор нет никаких надежд на то, что в скором времени мы сможем пролить свет на истинную причину столь чудовищного происшествия. Ваша помощь в этом деле могла бы стать поистине неоценимой, и я готов оказать церкви Отца любую поддержку в этом вопросе. 
Кормир Ренегон II. Неделя равновесия, месяц света, 1017 год от сотворения мира, Кордигард, Ренегон. 
Кормиру II очень хотелось тяжело вздохнуть, сослаться на плохое самочувствие, и перенести совет. Однако, даже будучи наедине с собой, он подавил тяжёлый вздох, нацепил корону, натянул на лицо решительное, стальное выражение, и чеканным, уверенным шагом отправился на совет. В конце концов нельзя стать великим королём во времена, когда не происходит никаких проблем.
 
По традиции, заведённой ещё с первого Конклава, собрание совета королей происходило за столом-многогранником, по числу королей, что собирались на совет. К текущем времени их количество, правда, выросло до одиннадцати, и новый стол казался уже почти круглым... Но традиции есть традиции.
Одиннадцать монархов собрались в одном зале, и его хозяин, принимающий совет в своём королевстве, вошёл в него последним, занимая своё место.
— Полагаю, мы можем считать совет открытым. — резюмировал Эдриан Дюранд, король Арса, седовласый пожилой поджарый старик в стальном обруче.
— Кто в этот раз будет вести заседание? — спросил Элион Ганатра, средних лет мужчина с остроконечными, словно высеченными из камня скулами, одетый в бирюзовый камзол, неприязненно покосившись на короля Палеотры.
— Думаю, ввиду особых обстоятельств, будет разумно выбрать в качестве председателя совета леди Элеонору. — слегка прикрыв глаза, предложил Кормир II.
Возражение не последовало.
Благодарю вас, лорды. — благосклонно кивнула королева Таллистрии. — Полагаю, следует начать с вопроса о том, что же произошло в центральном храме. Думаю, нам всем очень интересно узнать, что ваши люди узнали за прошедшую неделю, лорд Кормир.
Взгляды присутствующих королей скрестились на короле Ренегона. Но тот не встретил их, смотря в центр стола. Если бы Кормир II мог лгать, пожалуй, он бы солгал сейчас. Слишком большим ударом по репутации того, казалось бы, нерушимого облика сильнейшего из королевств людей, который выстраивали его предки столетиями, было признание собственного бессилия. Но он не мог, как и не мог промолчать в ответ на вопрос об этом.
— Иерархи мертвы или исчезли в неизвестном направлении. Единственные следы, что есть в храме это небольшое количество странного серого песка. Всё, кто заходит в храм или на землю близ него — быстро умирают, даже лучшие из мастеров.
Повисло молчание.
— Думаю, последствия уже известны всем присутствующим. — дипломатично заметил король Бингла, мужчина в тёмно-зелёной робе, скрывающий часть лица капюшоном. Он даже не носил короны.
— Верно. Я бы хотел услышать, что вам удалось выяснить о причинах и предпосылках подобного… исчезновения. Моим людям не удалось до этого докопаться, однако это ваш город. — Взял слово смуглый, чернобородый мужчина с глубоко посаженными глазами. Он был одет в песчаного цвета камзол и роскошный тюрбан: это был король Ниоры.
— Ничего. — бесстрастно ответил король Ренегона, не смотря никому в глаза.
— Ничего? — переспросила Королёва Таллистрии.
— Ничего. Мои люди прочесали весь квартал в поиске каких-либо следов, я поднял гвардию и приказал храмовникам использовать всех мастеров, что есть в городе. Они не нашли ничего. Если кто-то из вас знает больше, буду рад это услышать. — Кормир II очень надеялся, что его слова не выглядят как оправдание.
 
— Это… Крайне неожиданное заявление. Полагаю, тогда вы не будете возражать, если я запущу собственное расследование? — Осведомился король Палеотры, статный и высокий человек в рубиновой короне и красно-золотой длиннополой мантии, сверкнув жёлтыми глазами.