Ростки лжи (СИ)

Герцог бросил на меня острый взгляд.
— Вот как? Думаю, не ошибусь, сказав, что вы также слышали шёпот?
Я равнодушно пожал плечами.
— Странные звуки меня не пугают.
— Нас тоже не напугали. Хотя готов поклясться, что-то есть в это тумане. Что-то чуждое людям. Туман шептал, разговаривал, убеждал нас. Люди смотрели на меня, не зная, как на это реагировать. Я скомандовал идти дальше. Шёпот усиливался, превращаясь в оглушающий крик или визг, вызывающий мурашки по коже. Видимость снизилась до нескольких метров, и в этот момент раз за разом на нас стали нападать различные твари, известные или нет.
— И по итогу вы потеряли всех людей?
— Нет. Со мной была гвардия и лучшие мастера. Мы убили всех тварей, что нападали на нас, однако туман не унимался. Видимость снизилась до того, что мы не могли различить друг друга. И люди начали просто пропадать в этом тумане, а чудовищный визг заглушал все попытки дозваться, звеня в ушах.
— Стоило связаться верёвкой. Или сцепится руками.
Герцог мрачно посмотрел на меня.
— Тогда эта мысль не пришла мне в голову. К тому же держаться за руки, когда из тумана может что-то выскочить не лучшая идея. Мы сбились в плотную группу и двинулись дальше. Казалось, мы выдержали всё… Однако в этом тумане не было видно ни солнца, ни звёзд, и мы совершенно не могли сориентироваться в нём. Так и бродили по нему, пока не выбились из сил. Мы остановились на привал и выставили часовых, однако долго поспать нам не дали: мы проснулись от нападения загонщика, который задрал одного из гвардейцев. Часовые пропали. Разобравшись с тварью, мы двинулись дальше.
Герцог замолчал, переводя дух.
— Мы не встретили тварей, которых не смогли убить. Экспедиция просто растворилась в тумане, один человек за другим. Мы понятия не имели, куда идти: ориентироваться было совершенно невозможно, можно ходить кругами неделями. И всё это время тебе постоянно мешают отдохнуть: туман, шёпот, визги и громкие звуки, нападения, а часовые пропадают, не успевая поднять тревогу. Люди не могут обходиться без сна долго, и в один момент я проснулся и понял, что вокруг больше нет никого и ничего, кроме тумана, а мне пытается откусить руку волк.
Лорд Шеридан задрал рукав и показал шрамы от зубов.
— Как вы вышли?
— Просто шёл и шёл, не останавливаясь. В одном направлении, столько сколько мог. Вышел обратно к землям Ганатры. Подозреваю, выбери я неправильное направление, там бы и остался. Повезло.
Мы помолчали. Рассказ герцога, в целом, совпадал с моим собственным опытом. И похоже, у меня была хорошая идея, как с этим справится. 
 
— Зачем тебе это? — внезапно спросил герцог.
— Что именно? — сделал вид, что не понял я.
— Я шёл в дикие земли, ведомый самоуверенностью, желанием побед и завоеваний, жаждой подвигов и славы. Глядя на молодого рыцаря вроде тебя, я мог бы предположить, что тебя ведут те же порывы. Однако я уже немолод, и приобрёл крупицу мудрости за свои годы. В твоих глазах горит совсем тот не огонь юности, что толкает людей на свершения. Нет, скорее это стальная, закалённая годами решимость старика, которую я сам едва начал приобретать. Я не спрашиваю, как ты успел постареть, не прожив и трёх десятков лет, однако хочу знать, что ведёт тебя. Ведёт в места, что многие сочли бы смертным приговором. Что даёт тебе силы презреть смерть и побеждать, рыцарь? Или, быть может, мне скоро стоит называть тебя лорд?
Возможно, будь я лет на десять моложе, я никогда не стал бы так рисковать, выбирая более долгие и надёжные пути на вершину. Однако всё же, несмотря на полную противоположность взглядов, орден странников сумел кое-чему меня научить. Странники дали мне навыки, выковали для меня меч и доспехи, дали старт и уважение, которое имели немногие. Но не это было главным. Удивительным образом сэр Кадоган и орден научили меня не боятся. Пожалуй, только сейчас, после вопроса Шеридана, я в полной мере осознал этот факт. У меня не было ни малейшего страха, ни малейших сомнений в неудаче, которые, казалось бы, должны быть. Важна была лишь поставленная цель, мое желание: получить армию варваров в свои руки, и все остальное не имело значения. Я даже не приготовил план на случай, если вернусь с неудачный, будучи полностью уверенным, что её не будет… Как им это удалось?
— Однажды, давным-давно, странствующий рыцарь прошёл земли, что были гиблыми, и основал, королевство, что ныне зовётся Харен. Это было на крайнем юге. Как знать, возможно, однажды и на крайнем севере случится нечто подобное? — ответил я, смотря в огонь.
Периферийным зрением я заметил, как глаза Шеридана расширились. Герцог хотел что-то спросить, однако я прервал его поднятой рукой.
— Не нужно слов, Лорд Шеридан. — выделил обращение интонацией я. — Думаю, мы и так прекрасно поняли друг друга. Когда я вернусь к вам с рассказом, у меня будет для вас крайне важное предложение. Однако прежде, чем я сделаю его, мне бы хотелось, чтобы вы ответили — не для меня, а прежде всего для самого себя на один-единственный вопрос. Чего вы по-настоящему желаете?
Герцог очень, очень внимательно посмотрел на меня бирюзовыми глазами, показывая, что понял вопрос.
— Полагаю, на этом вы покинете меня? — вернув маску бесстрастности на лицо, спросил он.
 
— Долг зовёт. — улыбнулся я, вставая. — В конце концов, мы — первопроходцы.
— Первые в битве, что встретят любой ужас. — прошептал герцог мне в спину.