Моё имя (СИ)

— Предлагаешь мне испортить себе отличное настроение ужином с тобой? Заманчиво, конечно, но я, пожалуй, откажусь.
Не нужно было быть специалистом в семейных делах, чтобы понять, что между королём и королевой отношения складывались весьма напряжённые. Пандора никак не реагировала на колкости его величества, и я рискнула предположила, что подобные перепалки не были для них редкостью. Интересно, как они вообще стали супругами? Не похоже, чтобы между ними вообще когда-то была любовь. Брак по расчёту? Или что-то другое?
Пока я думала, Пандора величественно развернулась и направилась ко входу в замок.
— Не смею противиться вашему желанию, мой повелитель. — сказала она напоследок и, как будто между прочим, добавила, — Аки, видишь того человека? Будь добра,сопроводи это ничтожество к месту, где трудятся ей подобные. Думаю, что отстройка столицы или же добывание ископаемых подойдут просто идеально.
Было ли мне страшно? О нет. Мне стало до безобразия весело: губы растянулись в усмешке, покавнутри проснулся неудержимый азарт. Я перевела взгляд на короля. Думаю, ещё пару секунд, и он, забыв обо всём,точно бросился бы на эту рыжую бестию. Как же мне хотелось это увидеть… но, к счастью для неё, в ситуацию вмешался Лудо.
— Моя королева, я и сам не всё понимаю, но его величество привез девушку во дворец вовсе не как рабыню. Так что, я думаю, отдавать подобные приказыне совсем уместно.
— Не как рабыню, значит… — произнесла Пандора, остановившись, но не повернувшись. — Тогда в качестве кого? Зачем вообще в нашем дворце человек?
— Не забывайся, Пандора, — слегка успокоившись, заговорил король, — это мой дворец, и кто здесь будет жить, решаю тоже я. Во всем мире нет ни одной причины, по которой я должен перед тобой отчитываться, и поэтому — даже не пытайся указывать мне, что и как делать. Ну, а если тебя так сильно интересует Ада, то, так уж и быть, я отвечу на твой вопрос. Дай-ка подумать… Как тебе это? Я привез её сюда в качестве моей личной служанки.
Служанки?! Серьёзно?Чёрт, как же некстати — я-то надеялась, что король приведёт меня во дворец в качестве гостьи.Обслуживая эту животную стайку, я потеряю слишком много времени.Вот же ж… похоже, что я так и не избавилась от глупой и детской наивности.
Разумеется, изобразив на лице абсолютное безучастие, я никоим образом не продемонстрировала то, что творилось у меня в голове. Но, слегка успокоившись и оглядевшись по сторонам, заметила, что реакция остальных на слова короля была чересчур уж бурной. Как-то подозрительно… Толпа служанок громко перешёптывалась друг с другом, между тем поглядывая на меня то ли со страхом, то ли с уважением. Пандора обернулась, открыла рот, чтобы что-то сказать, и тут же закрыла, не найдя нужных слов. Лудо уставился на короля глазами, полными гнева и непонимания. Даже я почти испугалась, когда он перевёл свой взор на меня — жажда крови исказила его лицо до полной неузнаваемости.
Но перечить королю не решился никто. И, когда его величество сказал громкое «Лудо, Ада, идёмте», Пандора так и продолжила стоять, абсолютно не двигаясь. Мы молча пошли вперёд, не встретив никакого сопротивления с её стороны. Вернее, сначала не встретив.
Когда я уже заходили вовнутрь, почти что истерический крик заставил меня остановится. Похоже, Пандора наконец-то решила показать свою истинную натуру.
— Стой! Ты, чёртово ничтожество, неужто решила лишиться жизни? Как ты смела так просто пройти, не склонив головы пред своей королевой? Но, так уж и быть, я разрешу тебе исправиться. Можешь сделать это прямо здесь и сейчас.
Я знала, что королева смотрит мне в затылок и ждёт ответа. А ещё я понимала, что сейчас решается то, какой будет моя дальнейшая жизнь в этом месте. Король, его свита, Лудо, служанки, — все без исключения уставились на меня в надежде узнать, что же я решу сделать дальше. Похоже, все они были в предвкушении шоу. Ну что ж… не в моих правилах разочаровывать зрителей.
Полностью оборачиваться к королеве я не стала и вместо этого лишь повернула голову на девяносто градусов: хотела, пустьи боковым зрением, но увидеть её реакцию на услышанное.
 
— Прошу прощения за проявленнуюгрубость, но, боюсь,мне придётся проявить её снова. Видите ли, тут есть проблема — я склоняюсь лишь пред теми, кого уважаю, а уважать вас у меня пока что нет ни единой причины. Да и, честно говоря, не думаю, что они появятся. Не в этой жизни так точно.
Лицо Пандоры дрогнуло и сильно исказилось, но что самое интересное, — вовсе не от гнева. На нём отпечаталось ошеломление вперемешку со страхом. Довольная собою, я первая из нашей троицы пересекла громадную и величественную дверную раму. Похоже, что всего за десять минут во дворце я уже успела нажить себе смертельного врага, но кто бы там что ни говорил, оно того стоило.
Вдруг позади меня раздался громкий и заразительный смех. Он был таким чистым, что вполне себе можно было подумать, будто смеётся пятилетний, по-настоящему счастливый, ребёнок. Слегка удивившись собственной догадливости, япрактически сразу же поняла, кто это. Похоже, королю моя выходка пришлась весьма по душе, — значит, всё точно было не зря.
— Ну ты даёшь, Ада Норин, — выдавил он сквозь смех. — Ты действительно нечто. Я совершенно точно не ошибся, взяв тебя с собой.
В ответ на похвалу я не выказала ни радости, ни раздражения, но, несмотря на это, ликовала в душе. Отлично. Ведь чем интереснее я буду выглядеть в глазах его величества, тем ближе смогу к нему подобраться.
После этого мы (я, король и Лудо) довольно долго бродили длинными коридорами, которым, казалось, не было конца. В итоге от скуки я начала изучать убранство королевского замка. Ну, что здесь сказать? Роскошь этого места была несравнима ни с чем из виденного мною до этого, но в тоже время оно словно сошло с кадров чёрно-белых фильмов, которые смотрели ещё мои прабабушки.
Стены были выкрашены в довольно нестандартные цвета: тёмно-вишневый, бузковый, пурпурный. Похоже, что арт-дизайнеры этого места пытались создать довольно мрачную атмосферу, и, надо признать, у них вполне получилось. На стенах были развешены разнообразные портреты и гобелены, при этом лица изображенныхна них эксилей светились чем угодно, но только не добротой. Повсюду было много золотой утвари, которая, как по мне, совершенно не вписывалась в обстановку. Но, видимо, эксили любили окружать себя золотом, и их совершенно не волновало то, что оно просто безвкусно стояло на полу или же былонеаккуратно подвешено к потолку на верёвке. Ещё меня удивили здешние лампы: они были интересно сконструированы и очень аккуратно раскрашены. Вот только я так и не смогла найти ответ на вопрос о том, почему в век электроники эксили до сих пор пользуются столь древним и совершенно не практичным изобретением. Пусть электрическая сеть и была порвана в самом начале, уверена, при желании они могли бы с лёгкостью её восстановить (ну или, по крайней мере, найти знающих в этом толк людей). Рискну предположить, что эксили просто-напросто не хотели отказываться от своих многовековых традиций и перенимать наши новшества из-за глупого упрямства илиже самолюбия.
Остановились мы в огромном зале сначищенным до блеска паркетом. Убран он был довольно роскошно даже по дворцовым меркам, к тому же золотых штучек здесь было в разы больше, чем во всех коридорах, вместе взятых. Главная же деталь, что сразу притянулак себе моё внимание — гобелен, повешенный прямо на центральной стене. Удивительно, но он изображал совсем простойсимвол — две пересекающие друг другаволны. Его значение было мне неизвестно, однако в том, что это что-то важное, я даже не сомневалась.
— Думаю, хватит с нас экскурсий. Подождём здесь, — сказал король и после, как будто бубня себе по нос, добавил, — Вик, зайди в бальный зал. У меня есть для тебя задание.
Какой-то непонятный Вик так и не ответил, так что вскоре его величество заговорил снова, на этот раз уже обращаясь ко мне.
— Как тебе дворец, Ада Норин?
— Просто Ада. У нас непринято называть других по имени и фамилии. Либо так, либо так.