Моё имя (СИ)

— Всё в порядке?
— Не подумай: мне глубоко плевать на то, что там происходит. Просто, скитаясь по миру, я много раз слышала об этом. Вот и решила спросить. Кстати, а что ты о самом мероприятии думаешь?
— Как бы сильно его величество ни упирался — всё равно пойдёт. Король отлично понимает, что пропускать пиршество Анжей слишком проблематично.
Анжи — семья аристократов, мнение которых даже король вынужден принимать во внимание. За какие такие заслуги они получили вечное право выбирать королев? Почему всё вокруг них покрыто столь большой тайной? И что же на самом деле происходит в двенадцатой зоне? В моей голове крутилось бесчисленное множество вопросов, ответы на которые я могла получить лишь в одном месте. У меня нет права и дальше тратить здесь время — пора действовать. Неважно, как и в качестве кого я попаду на этот бал, но то, что я должна там присутствовать, даже не обсуждается.
— Ада, ты ведь ничего часом не задумала? — словно прочитав мои мысли, поинтересовался Вик, — Анжи не те эксили, с которыми стоит связываться.
— Не волнуйся, я знаю. Всё будет хорошо, — ответила я, уже давно всё для себя решив.
***
В ту ясную ночь я не спала. Луна была хорошо видна из моего окна, и благодаря этому всю комнату заливал лёгкий и приятный свет. Одета я была в длинную, белую ночную рубашку (прямо как из фильмов ужасов), а аккуратно сложенная форма служанки лежала на столе рядом. Под подушкой, как всегда, лежал небольшой кинжал из заговорённой стали, который мне ещё в самом начале удалось стащить из оружейной. Мастер действительно хорошо над ним постарался: тонкая рукоять была украшена небольшими изумрудами и сапфирами, а острое, в точности как крыло эксиля, лезвие сужалось книзу и ярко блестело под лунным светом.
Крошечный сюрикэн, спрятанный в волосах, днём и изящный кинжал, лежащий под подушкой, ночью, — вот и всё, что защищало меня в этой львиной клетке. Но и сего было более, чем достаточно.
Оружие эксили делали из особого материала, которым человечество не обладало, — тел своих же мёртвых товарищей. Перед захоронением умершего эксиля с него снимали всё перьевое покрытие и отправляли на переплавку. Насколько я знаю, из одной твари в среднем удавалось сделать более пятидесяти первоклассных мечей. Конечно, для нас это звучит дико, но в их мире нечто эдакое настолько же привычно, как в нашем — читать молитву над умершим. Да и кто бы там что ни говорил, добывать ресурсы подобным образом весьма разумно: эксили увеличивают свою боевую мощьза счёт практически неиссякаемого источника. О каких правилах морали вообще может идти речь? Мне жаль, что у нас нет и намёка на подобное преимущество.
Часы показывали час ночи.Дабы не разбудить дремлющую в соседней комнате Аки, я тихо встала с кровати. Взглянув на себя в зеркало и решив, что имею более-менее терпимый вид, не надевая туфли (поступь босых ног куда тише), вышла из комнаты.
Спускаться вниз холодными каменными ступенями босиком было весьма неприятно, но я старалась не обращать на это внимания. Главное — быть ниже травы и тише воды, дабы не попасться никому на глаза. Сейчас большинство обитателей замка уже давно спят, но на определённых точках всё ещё стоят гвардейцы, которых стоило бы опасаться. Пусть я до этого и проложила более-менее безопасный маршрут, об осторожности забывать не стоило. Ведь, увидь меня сейчас кто-нибудь и доложи Сирилу, это весьма сильно усложнило бы мою жизнь во дворце, если бы и вовсе не поставило в ней большуюжирнуюточку.
Прямо по коридору, затем налево, прокрасться под окном в видимости гвардейца с южной башни, ещё раз налево, три раза направо и прямо по коридору. Я уже далеко не первый раз иду этой дорогой в ночное время, но даже так мурашек, бегающих по телу, меньше не становится: атмосфера вокруг слишком уж мрачная и пугающая.
В конце концов, я вышла к небольшому, давно заброшенному, заднему дворику. Уже успевший развалиться деревянный сарайчик, в котором, видимо, раньше держали лопаты и сапки, несколько заброшенных грядок недалеко от него и старый колодец из камня, — вот и всё, что здесь было. Похоже, с моего последнего визита тут ничего не изменилось, так что, двигаясь лишь местами, куда не попадал лунный свет, я, не спеша, но уверенно, направилась к последнему.
 
На всякий случай ещё раз окинув территорию пристальным взглядом и убедившись, что здесь никого нет, а само место — слепая точка каждого гвардейца в округе, я схватилась руками за холодящий кожу неровный край колодца и заглянула внутрь. Пускай и знала, что наша Земля — круглая, находящаяся в огромном космосе, планета — на секунду всё равно подумала, будто стою на краю мира и гляжу в раскинувшуюся впереди безграничную бездну. В голове засела лишь мысли о том, что в глубине этого сухого колодца нет ничего, кроме тьмы, открывающей двери в место, которое люди привыкли называть адом.
Сделав глубокий вдох, я вслепую нащупала спрятанную под одним из валяющихся на земле камней толстую, плотную верёвку (каким-то чудом ещё пару недель тому назад мне удалось отыскать её в том запылившемся сарайчике). Несколько раз обвив верёвкой небольшой крюк, торчащий из стены колодца, я закинула её внутрь, во тьму. Тишину ночи пронзил лёгкий свист, но, к моему счастью, он оборвался так же быстро, как и начался.
Крепко сжимая верёвку, я перелезла через край колодца и начала спускаться, ловко орудуя руками и изо всех сил стараясь не смотреть вниз.
Спуск на самом деле не был долгим и занимал всего минут семь-восемь, но по какой-то необъяснимой причине он всегда казался мне длинною в вечность. Стены колодца, в которые приходилось упираться ногами, были покрыты пушистой плесенью, что слегка смягчало процесс, но усиливало отвращение. Затхлый запах был повсюду, и несколько раз я останавливалась, дабы сглотнуть подступающий к горлу ужин. Уверена: этот колодец не использовали лет этак триста минимум.
Внизу я увидела слабый отблеск света, и буквально через минуту мои ноги наконец-то коснулись земли. Вокруг раскинулся небольшой, но довольно высокий туннель. Стены его были каменными и весьма неровными, пока смрад от гниющих крыс, что позабирались сюда и не смогли найти дорогу обратно, так и благоухал повсюду. Я потянулась к оставленному возле стены фонарику на батарейках — единственному здесь источнику света — и огляделась вокруг. Не заметив ничего подозрительного, схватила аккуратно стоящий возле другой стены велосипед далеко не самой передовой модели, запрыгнула на него и завертела педали по направлению к выходу. Ехать мне нужно было минут эдак двадцать, так что решила не экономить силы с самого начала.
Всё началось с того, что в свободное от работы время я захотела обследовать старые замковые кладовые, которые эксили захламили, но не использовали. В большинстве из них находила лишь стаи пауков да царства из паутины, какие-то непонятные обычному человеку штуковины и разного вида приспособления уборки. Однако когда уже решила, что затея была не совсем удачной, мне попалась кладовая, набитая кое-чем действительно интересным. Насколько я знаю, до того момента, как Сирил решил сделать замок своей резиденцией, он служил чем-то вроде исторического музея. Само собой, как только дворец начали оборудовать для жизни, все стенды и экспонаты были убраны куда подальше. Но, видимо, эксилям (а именно Лудо) было лень разбираться в том, важные ли это диковинки, и их просто-напросто приказали запхать все разом в одну из пустующих кладовых, где они и томились долгие годы.
Так вот. Настоящим сокровищем среди всех тех исторических ценностей (а в современном мире — обычного хлама) оказались уже успевшие выцвести, но вполне себе читаемые карты планировки дворца начала восемнадцатого века. Лишь за одну ночь я изучила те планы практически идеально и уже следующей стала проделывать кратковременные, но регулярные вылазки. Раньше я не могла так рисковать из-за опасности быть замеченной гвардейцами, но теперь, зная, где какой из них находится и высчитывая угол их обзора с помощью карт, мне удалось свести риск попасться практически к минимуму.