Продажная верность (ЛП)

— Может, вам просто нужно провести немного времени вместе, — предлагаю я.
Она грустно качает головой: — Хватит о моей печальной личной жизни. Я буду жить опосредованно через тебя, — она хватает мою руку и ведет нас к бару, — но прибереги подробности секса для кого-нибудь другого. Я не хочу слышать о члене моего брата.
— Ева!
Она ухмыляется: — Эй, посмотри! Ты покраснела.
— Я немного нервничаю из-за завтрашней ночи, — признаюсь я. Сорен был моим единственным опытом общения с мужчиной. Что, если я не справлюсь? Или сделаю это неправильно?
— Девочка, просто разденься, и все мысли покинут его голову.
— Отличный совет, — смеюсь я.
Она заказывает нам обеим красное вино и протягивает мне бокал без ножки.
— Как продвигается работа?
Я подношу бокал к носу и вдыхаю восхитительный аромат. Последние несколько дней укрепили мои мысли: я собираюсь уволиться, когда вернусь на работу. Я не могу работать на юриста по уголовным делам, когда мой муж член мафии. Это неправильно и нечестно по отношению к нам обоим. Не могу поверить, что это происходит. Я собираюсь выбрать Сорена.
Я делаю глоток жидкости со смелым вкусом и секунду держу на языке, прежде чем проглотить. Ева была втянута в разговор со своими тетушками, оставив меня стоять у бара и наблюдать за нашей вечеринкой.
— Джиневра, — приветствует меня Алессо.
— Привет, — я осматриваю зал в надежде найти кого-нибудь, кого-нибудь еще, с кем можно поговорить.
— Ты понимаешь, что никогда не была его первым выбором. Он должен был жениться на Кариссе, — еще несколько месяцев назад я бы расправила плечи и попыталась улизнуть.
— Карисса была сукой, — его глаза расширяются одновременно с моими. Не могу поверить, что это слово действительно слетело с моих губ. Я усмехаюсь: — Вы сможете спать спокойно, зная, что ваш сын любит женщину, на которой женится. Не за что, — я ухожу, оставив за собой последнее слово. Чувствую себя великолепно. Мне следовало проявить эту уверенность много лет назад.
— Ты в порядке? — Сорен обхватывает меня за талию, переводя взгляд с отца на меня.
— Никогда не чувствовала себя лучше, — честно отвечаю я. Он целует меня в лоб.
— Я знаю, что мою семью тяжело принять. Как только ужин закончится, мы сможем уйти в любое время, когда ты захочешь.
— Значит ли это, что сегодня мы будем спать в одной постели?
— Я бы хотел. Но моя мать заставляет меня провести ночь в их доме. А твоя хочет, чтобы ты провела у нее последнюю ночь.
— Ты мог бы пробраться в мою спальню…
— Посмотри, какая ты соблазнительная маленькая лисичка.
— Это работает?
— Ты даже не представляешь. Но я не собираюсь нарушать эту традицию, — он оставляет целомудренный поцелуй на моих губах.
Я притворяюсь, что дуюсь.
Остаток ночи проходит как в тумане. Не успела я оглянуться, как уже пробило десять часов, и мама говорит мне, что пора идти домой.
Я уставилась в потолок своей спальни, маленькая односпальная кровать, которую когда-то считала идеальной, теперь кажется слишком маленькой. Ее старые бугорки и неровности всегда были комфортны, но теперь они словно камни впиваются в мою спину и бедра. Я ворочаюсь и ворочаюсь, а лунный свет снова смотрит на меня через окно.
Завтра я больше не буду Паселло. Я стану женой, и меня одновременно пугает и радует то, чем это может обернуться для меня.
Я беру телефон с тумбочки и размышляю, стоит ли позвонить Сиенне. Она все равно будет здесь к утру.
Мы с Сиенной познакомились в летнем лагере, когда нам было около одиннадцати, но поскольку ее отец президент мотоклуба, мы не могли видеться часто. Прошло около года с тех пор, как я видела ее в последний раз, и это было на ее свадьбе. Она вышла замуж за человека по имени Макс Манчини.
Она сова, так что в это время должна быть еще на ногах. Я смотрю на свой телефон, пока не нажимаю на ее имя.
 
— Джин? Почему ты звонишь так поздно?
Я вздыхаю: — Я не могу уснуть. У меня две сотни разных мыслей, которые борются за внимание, — я делаю паузу, прежде чем продолжить. — У тебя было такое в ночь перед свадьбой?
Я слышу шорох на заднем плане и звук голоса ее мужа, прежде чем она отвечает: — Это нормально. Надень наушники и послушай классическую музыку. Это поможет.
— Может быть… Я думала о своей карьере и думаю, что могла бы уволиться, — произношу это вслух, и все становится более реальным. Мой пульс учащается от одной мысли об этом.
— Ты нашла другую работу?
— Нет. Просто мне кажется, что эта больше не подходит.
Она ненадолго замолкает, и я пытаюсь собраться с мыслями, чтобы понять, что меня беспокоит.
— Работа Сорена не позволяет оставаться на стороне закона. Как только выйду за него замуж, я войду в его мир, и мне придется оставить свой. Я всегда была девушкой, которая говорит правду, не попадает в неприятности и честна. Я боюсь неизвестности. Всю свою жизнь я планировала все, чего хотела добиться, а теперь мне кажется, что эти планы остаются в подвешенном состоянии, — я говорю бессвязно, пытаясь передать свои страхи и мысли, — кто я, если не девушка, которая постоянно работает, чтобы помочь своей семье?
— Слушай свое сердце. Оно подскажет, что тебе нужно.
Мои глаза смотрят на луну из окна моей спальни. Неужели все может быть так просто?
— Что если мой разум заглушает мое сердце?
— Я знаю тебя, Джиневра. В итоге ты всегда поступаешь так, как лучше, — надеюсь, она права.
— Ладно, увидимся завтра.
Я кладу телефон, и он жужжит, как только касается стола. Повернув его, я вижу сообщение от Сорена.
Сорен: Я люблю тебя. Сладких снов.
Я прижимаю телефон к груди, прежде чем ответить.
Джиневра: Я тоже тебя люблю.
Мы находимся в маленькой комнате в белом соборе. Само здание потрясающее, в нем царит такая позитивная атмосфера, которая заставляет меня волноваться, а сердце трепетать. Я брызгаю духами и кружусь в тумане. Запахи пыли и ладана улетучиваются, когда мой аромат наполняет комнату.
Мама поправляет фату, и она ниспадает по моим плечам до середины спины. Воспоминания о том, как она делала это для меня, о моем причастии, заполняют мой мозг, и я благодарна ей за то, что она здесь, чтобы сделать это в последний раз.
Я вижу в отражении зеркала прекрасную невесту. Никогда не думала, что кто-то захочет на мне жениться, но Сорен захотел. Он любит меня.
Я не видела Джуда после той сцены в нашем доме, но надеюсь, ради Сорена, что он придет. В конце концов, они лучшие друзья. Мы с Сореном решили обойтись минимумом друзей жениха и невесты. У меня есть Ева и моя подруга Сиенна. Сорена поддерживают его братья, но я подозреваю, что его беспокоит то, что Джуд не пытается связаться с ним или со мной с тех пор, как он сбежал из нашего семейного дома. Его мать предложила, чтобы Алессо провел меня к алтарю, но я хочу, чтобы это сделала моя мама.
Стук в дверь заставляет меня остановиться. Входит мать Сорена, Бриа.
— Я не была уверена, что уже что-то одолжила, — говорит она, — это заколка, которую я носила в день своей свадьбы, — она протягивает небольшой гребень для волос с бриллиантами по краю, который должен выделяться в волосах.
— Он великолепен, — я принимаю аксессуар, — спасибо.
Мать Сорена улыбается: — Мне нужно вернуться. Уже почти пора.
Когда за ней закрывается дверь, я улучаю момент, чтобы погрузиться в тишину и нежно улыбаюсь маме. С каждым днем она становится все сильнее.
Она обхватывает меня за локоть, и разливается музыка, когда двери церкви открываются перед пришедшими гостями. Зал встает с моим появлением, и от количества собравшихся у меня перехватывает дыхание. Я ищу кого-нибудь, кого знаю, но большинство лиц, которые вижу, мне незнакомы.