Мечников. Открытие века (СИ)

— Моргни, пожалуйста, хотя бы раз, — усмехнулся я, обратившись к нему. — А то глаза высохнут и начнётся воспаление.
— Он… Он мне угрожает! — вздрогнув, воскликнул своим соратникам солдат.
— Ну вот, обычный совет лекаря уже воспринимается угрозой, — вздохнул я.
На балконе вновь появился силуэт Юсупова.
— Мечников! — крикнул он. — Поднимайтесь. С Анастасией я поговорил. Мы согласны на ваше предложение.
— Предварительно согласны, — к изумлению Юсупова заявил я.
— Что, простите? — вскинул брови он.
— Я не могу быть уверен, что вы не продолжите мстить мне после окончания процедуры. А вы не можете быть уверены, что я не создам внутри Анастасии какую-нибудь скрытую болезнь вместо того, чтобы восстановить девственность. Ведь быстро проверить результат вы не сможете, верно?
Юсупов замер. Похоже, граф искренне не понимал, чего я от него добиваюсь. И я понимаю, что мои реплики звучат странно. Ведь я только что склонил его к согласию на свои условия.
Но этого мало. Нужно продавить ещё чуть-чуть. Опять же от этого выиграем мы оба.
— Вы начинаете меня утомлять, Мечников, — простонал он. — И что вы предлагаете в таком случае? Я ведь могу и передумать!
— Дадим друг другу магическую клятву, — сказал я. — Я поклянусь, что сдержу своё обещание и не наврежу Анастасии, а вы поклянётесь, что больше никогда не будете преследовать меня и подсылать наёмных убийц.
Он обязан согласиться. Да, для графа это унизительно. Но таким образом он и сам будет убеждён в безопасности своей дочери, а я смогу обезопасить себя в дальнейшем.
Ведь тот, кто нарушает магическую клятву, как правило, тут же умирает.
Зато это покажет нашу честность. Если Юсупов всё же хотел изначально меня предать, вряд ли он даст согласие на эти условия.
— А вы казались мне куда более наивным человеком, Мечников, — подметил Юсупов. — По крайней мере, на том балу, на котором вы познакомились с Анастасией, вы выглядели, как несмышлёный дурачок.
— Сочту за комплимент, — сухо ответил я. — Так что скажете?
— Раз вы дадите клятву, что гарантированно поможете Анастасии… — Юсупову явно тяжело давалось это решение. — Хорошо. Значит, и я отвечу вам клятвой. Признаться честно, у меня уже совсем не осталось желания возиться с вами. Я и так спустил кучу денег на бестолковых наёмников. Давайте закончим начатое.
Я в окружении охраны прошёл в комнату Анастасии.
Девушка лежала на кровати, прикрыв лицо вуалью. Видимо, после всего, что было, видеться со мной ей совсем не хотелось. Хотя подробностей произошедшего я не знаю. Сомневаюсь, что мой предшественник её изнасиловал. Подозреваю, что это было взаимным решением, о котором она вспомнила только тогда, когда попалась на лжи в первую брачную ночь.
Прежде чем приступить к делу, я обменялся магическими клятвами с графом Юсуповым. Теперь мы оба не могли нарушить данного слова. Правда, большого риска в этом деле я не видел. Ошибиться тут попросту не получится.
То, что я собираюсь сделать, в моём мире называлось гименопластикой. Только там это было малой хирургической операцией. Лоскутки плевы сшивались вместе и в течение двух недель зарастали, полностью восстанавливая её прежнюю целостность.
Лекарской магией это будет сделать ещё проще. Она не почувствует боли, и проходить период реабилитации ей тоже не придётся. Всё пройдёт абсолютно безболезненно.
Я положил руку на низ живота Анастасии и принялся вливать в неё лекарскую магию. Одного витка на это хватало с головой. Единственная сложность в этом процессе — не забыть сделать отверстия в плеве. Если она полностью закупорит полость, тогда над ней в будущем скопится менструальная кровь.
А это уже излечивается только хирургическим путём. Как-то мне доводилось общаться со знакомым детским хирургом, к которому поступила шестнадцатилетняя девушка, с жалобами на боли в животе. Так оказалось, что у неё была патология плевы. И кровь скапливалась в матке годами. Разрешить хирургическим путём проблему всё же удалось. Но сам процесс удаления того, что там скопилось, был крайне неприятным.
Поэтому я навсегда запомнил этот клинический случай и не допустил ошибку, о которой можно было запросто забыть.
— Всё, — заключил я и повернулся к Юсупову. — Дело сделано. Теперь, как говорится, женитесь, разводитесь, делайте всё, что хотите. А я со спокойной душой ухожу домой.
Я прошёл мимо Юсупова к выходу из комнаты, но дорогу мне преградили два его стражника.
— Стойте! — чуть ли не завизжал граф. — Вы что творите, идиоты⁈ Выпустите его сейчас же! Клятва может сработать! Вы что, смерти моей хотите?
— П-простите, Дмитрий Павлович, — вздрогнули солдаты и тут же отступили от выхода из комнаты.
Мысленно попрощавшись с Юсуповыми, я покинул их особняк, затем перешёл через мост, где меня всё ещё дожидался кучер.
Увидев друг друга, кажется, мы оба почувствовали облегчение. Время уже подходило к восьми часам, так что он, похоже, уже потерял надежду на моё возвращение.
Да и я не был уверен на сто процентов, что смогу к нему вернуться. План был рискованный, но я всё же смог довести его до конца.
Вернувшись домой, я рассчитывал увидеть, что отец с Кириллом уже сели ужинать. Однако в гостиной сидел только отец. В столовой никого не было, а Кирилл и вовсе куда-то пропал.
А вот это уже напрягает. Если он отошёл от моей «успокоительной» магии, есть риск, что ему вновь захочется отобрать у меня обратный виток. Правда, для этого Кириллу придётся снова затащить меня в склеп. А второй раз я на это не куплюсь. Я, в общем-то, и в первый раз не купился. Просто мне было интересно узнать, что задумал мой старший брат.
Стоит отметить, отец выглядел искренне удивлённым, когда обнаружил, что я вернулся в особняк в целостности и сохранности.
— Я уже думал, что ты не появишься, — выдохнул он. — Но, судя по тому, что Юсуповы отпустили тебя живым, твой план сработал?
— Да, отец, дело сделано, — улыбнулся я. — Больше они меня не побеспокоят.
— Присядь, — попросил он. — Расскажи, как всё прошло.
Я кратко поведал отцу о том, в чём заключался мой план и как мне удалось его провернуть.
На моменте с магический гименопластикой Александр Сергеевич Мечников выдал какую-то смесь удивления и смеха.
— Восстановил девственность? Магией? — не верил своим ушам он. — Послушай, так если ты правда такое умеешь, чего тогда мелочиться? Ты можешь перебраться в Санкт-Петербург и открыть частный кабинет. С такими умениями ты озолотишься, когда к тебе придёт половина знатных дам города. Если хочешь, я могу поспособствовать, помогу найти подходящее помещение и…
— Нет, отец, — помотал головой я. — Ярослав сказал мне, что ты захотел вернуть меня в род. И если вдруг такая мысль у тебя вновь промелькнула, откажись от неё, пока она тобой не завладела. Я хочу продолжить свои дела в Хопёрске.
— Что ж, — пожал плечами он. — Отговаривать не стану. Хотя я подозревал, что ты сойдёшься в характерах со своим дядей Олегом. Не удивлюсь, если за эти несколько месяцев он стал тебе ближе, чем я.
— Не сравнивай, — помотал головой я. — Мы с ним здорово друг другу помогли, но сейчас видимся редко, хоть и живём в одном городе. У него много забот после рождения сына.
Отец побледнел.
— Что ты сейчас сказал? — прошептал он. — Какого сына?
— Так он что, не отсылал тебе письмо? — удивился я. — Мне казалось, что он собирался тебе сообщить. Точно, он говорил об этом. Я думал, что ты уже в курсе.
— Вот ведь вредный ублюдок, — злобно усмехнулся отец. — Даже не рассказал о том, что у меня появился племянник. Наверное, думает, что на ребёнка без магии мне всё равно. А ведь я мог хотя бы подарок отправить.
— Он не без магии, — поправил отца я. — У Сергея Олеговича целых четыре врождённых витка.
Судя по выражению лица отца, я его так и до инфаркта сегодня могу довести.
— У Олега родился лекарь? От простолюдинки? — не поверил своим ушам он.
— Да, поздние сроки беременности проходили тяжело. И роды были стремительные. Я сам их принимал.