Роковое пари или Героев здесь нет (СИ)

— Вы сами сказали, что не знали о случаях подобной передачи силы, — упершись бедром о парту неподалеку от профессора, задумалась. — Скорее всего, это была случайность. Поймите, мой отец не такой мерзавец, чтобы воровать чужую магию. Да и после переноса в другой мир, внутренней энергии он почти лишился.
— Мы были молоды. Наделали много глупостей. Чего уж сейчас об этом говорить, — Уорен устало смежил веки. Открыл их спустя пару минут. За это время я успела проверить свои магические нити и убедиться, что с ними ничего не случилось. Они оставались все такими же наполненными и прочными. Осталось добраться до обеденной и заглушить продолжающий терзать мое тело голод.
— Я могу идти?
— Подожди, — смотря на меня с очередной порцией исследовательского интереса, произнес мужчина. — Я не проверил твое физическое и магическое состояние.
— Со мной все хорошо, — я пожала плечами. — Есть только хочется. На этом все.
— Усталость? — продолжил допытываться Нилсон.
— Прошла, — лукавить не собиралась.
— Г оловокружение, раздражение?
— Г олод, — напомнила лектору.
— Хм. — он нахмурился. По пробежавшим по спине мурашкам догадалась, что меня таки решили проверить на магическое истощение.
— Я в порядке, — заупрямилась.
— Значит, вы, леди Маэр, действительно желали передать мне магию. Но как неосмотрительно это было с вашей стороны. А если бы я в отместку за поступок вашего отца, забрал и вашу силу? Половину. или всю.
— Я считаю вас честным и благородным человеком, — передернула плечами, вспомнив еще недавно парящих над головой трупов. — Если не считать ваши методы преподавания. Но тут уж, кто как доносит до нерадивых адептов знания.
— Вы присваиваете мне качества, которых у меня нет, — губы мужчины искривились в усмешке. — Но вы правы в одном: кроме голода вы ничего не испытываете. Я напишу вам освобождение от сегодняшних занятий. И сообщу тренеру, чтобы он не смел вызывать вас на полигон. Взамен, прошу вас молчать о случившемся. Не у меня, а у вас могут возникнуть в дальнейшем проблемы, если вы проболтаетесь.
— Меня попытаются использовать как подопытного кролика? — предположила. Нервно провела рукой по волосам, словно боялась, что из-за постоянных стрессов начну лысеть. Или поседею, что не так страшно. Заметила, что некоторые преподавательницы используют местную краску. Причем она не шла ни в какое сравнение с нашей, земной. Ни тебе зеленоватого отлива, ни резкого перехода одного оттенка в другой. Лишь по седым корням можно было распознать, что таки да, это на самом деле краска.
— Возможно, — не стал увиливать от прямого ответа Уорен. — В любом случае, я благодарен вам. Не ожидал помощи от дочери врага.
— Он вам не враг, — опять с досады сжала руки в кулаки. — Отец не такой… Если бы он знал… Я уверенна, это случайность. Разве стал бы он рисковать учебой? Особенно на последнем курсе.
— Он был одержим Еленой. Она была не такой, какой многие ее считали. И ваш отец в том числе.
— Что вы хотите этим сказать? — разговор стал плавно переходить на другую, опасную тему. Замолкать или пытаться замять ее не собиралась. Передо мной сидел мужчина, который учился с моими родителями в одно время. Он был тесно связан с матерью. Соответственно, и с папой. И если профессор решил разориться на откровенность, было бы глупо с моей стороны не позволить ему этого сделать.
— Только после того, как она исчезла, я перестал сходить с ума. Елена использовала на мне приворот. Это очевидно. Когда привязка к ней оборвалась при ее переносе в родной мир, я сразу понял, что все это было не настоящим.
Моя мама использовала приворот? Но как. Зачем?!
— В это сложно поверить, — грудь болезненно сдавило. Поморщилась, не в силах игнорировать неприятное ощущение гадливости. Зато теперь и у меня появились некоторые соображения на этот счет. Отношения родителей. их нельзя было назвать теплыми. Родные старались делать вид, что все хорошо и у них идиллия, но я не была слепой, видела, что не все так просто. — У меня есть дневник отца, — раз уж мы говорим на чистоту, и это не собиралась скрывать от преподавателя. — Он писал, что любит мать. И про вашу с ним дуэль там написано. Отсутствуют некоторые страницы. Про них рассказать не могу. Еще нет последней, четырехсотой. Что-то, — а точнее, кто-то зеленый и наглый, — подсказывает мне, что разгадка скрыта в ней.
 
— У тебя есть дневник Руперта? — брови мужчины поползли вверх. Удивлен? — Не знал, что твой отец столь сентиментален, что ведет записи.
— Благодаря им я узнала о его жизни до того, как он шагнул вслед за матерью в портал.
Устала стоять и устроилась с краю скамьи, что стояла прямо напротив той, на которой сидел мужчина. Он смотрел на меня, я на него. За стеной аудитории стихли голоса торопящихся на следующую пару адептов. А мы продолжали сидеть, каждый думая о своем.
Наконец, Нилсон продолжил:
— Пожалуй, тебе следует побывать в его городском доме, — преподаватель отбросил официоз и перешел в общении со мной на «ты». — Возможно, оказавшись там, ты сможешь найти для себя что-нибудь интересное. Насколько мне известно, дом пустует. Аренда была выплачена на тридцать лет вперед. Так что ты вполне спокойно можешь жить там еще лет десять.
— Вот как, — пробормотала. И почему родители Стаса об этом ничего не говорили? Ах, ну да, им нужны мои деньги. А давать живому кошельку больше свободы означало, что этот самый кошелек может выйти из-под контроля. Прогадали, я знала достаточно, чтобы не быть ведомой, безвольной игрушкой-марионеткой. — А где находится его дом?
— Выйдя из академии, держись левой стороны. Идти недалеко. Улица Сапфировая, дом восемь, если мне не изменяет память. Есть лишь одна проблема.
— Какая? — и не надеялась, что будет легко. Когда это удача была на моей стороне?
— Просто так в него не попадешь. На любой жилой дом наложены чары, чтобы воры или незваные гости не могли войти без разрешения. Возможно, у тебя получится войти благодаря кристаллу ауры. А возможно, и нет. Нужен ключ. А где он, я, само собой, понятия не имею.
— А что, если он у его друга? Герцога Эйтена? — не то, чтобы я была в этом так уверенна. Просто… а у кого еще? Только этот ушлый лорд мог забрать то, что принадлежит моему роду.
— Об этом тебе следует спросить у его сына, — хмыкнул профессор. — С ним ты, я так понимаю, уже знакома.
О да, знакома. И это знакомство мне как кость в горле, осиновый кол в сердце. Как кислота, медленно разъедающая тело.
— Я попробую разузнать у него о ключе. — Я нервно стала покусывать нижнюю губу. Так и до нервного тика недалеко. — Спасибо за откровенность. Благодаря вам, кое-что прояснилось.
— Ты помогла мне, — Уорен первый поднялся со скамьи, — я помог тебе.
— Еще раз спасибо, — я посмотрела на него снизу вверх.
— Ступай в комнату, Злата, — маг опять приступил к моему изучению. И что на этот раз пытается углядеть? — Голод голодом, но для начала следует восстановить силы. И у тебя есть два варианта: либо отправиться в медицинское отделение, либо попытаться заснуть.
— Выберу второй вариант, — воспоминания о проведенных у костоправов часах живо предстали перед внутренним взором.
— Тогда, ступай.
Вскочив со своего места, попрощалась с профессором и, следуя его совету, направилась в общежитие. Через студенческий корпус. Сон сном, а вот желудок требует пищи. Одну булочку я могла себе позволить.
Так, жуя пышную выпечку с картофельной начинкой, я и шла по очередному коридору в сторону общежития. У потолка парили синие светильники, освещая путь. Комендант проводил меня хмурым взором, недовольно пожевывая губами. Все, как всегда. Этот мужчина, казалось, вообще не умел радоваться.
 
В комнате никого не было. Что не удивительно. Занятия еще не закончились и мои одногруппницы должны были присутствовать на лекции. Эйш прошипел нечто неприличное и помчался в ванную комнату. Дверь туда была приоткрыта. Я же, сняв мантию и сбросив с ног туфельки, повалилась на кровать, обнимая подушку руками и удобно устраивая на ней голову. Прикрыла веки и, кажется, сразу заснула.