Роковое пари или Героев здесь нет (СИ)

— Я не знаю как, — мотнула головой. — И с какой стати мне тебе помогать? Где доказательства того, что ты действительно был драконом моего отца? — И откуда только смелость взялась, непонятно.
— В Академии магии его называли Сильный ветер, — стал вещать дракон. — Твою мать зовут Елена. Барсукова, если быть точнее. Она обладала слабым магическим даром. Из — за этого единственный факультет, на который ее зачислили, был магов — универсантов. Делала мелкую работу. Кому пуговицы пришить к мантии, кому прыщ с лица вывести.
— Я ничего не знаю про жизнь моих родителей в этом мире, — печально проговорила, потупив взгляд. — И не могу проверить правдивость твоих слов.
— Дневник с тобой? — Этот вопрос заставил встрепенуться.
— Да, — оживилась и полезла в сумку, которая лежала рядом. — Вот, — достав книжечку, показала ее дракону.
— Страница сорок восемь, второй абзац, — непонятно к чему стал говорить чешуйчатый. — Цитирую…
Быстро открыв дневник на нужном месте, впилась взглядом в неровный почерк родителя.
— «Сегодня был паршивый день.», — четко проговаривая каждое слово, начал дракончик. — «На носу сессия, а я застрял в отделе. Работа не пыльная, то, что нужно для того, чтобы на время забыть о Елене, которая и не смотрит в мою сторону.»
Не ошибся ни в одном слове. Я следила за строчками, и сама не заметила, как начала повторять слова за драконом.
— «На Физической подготовке чуть не лишился пальца. За такую халатность стоило сказать спасибо Уорену. Этот сукин сын специально все подстроил. Знал, что я не отступлюсь от Елены. Этот мерзавец тоже имеет на нее виды. И я сделаю все возможное, чтобы он не приближался к ней. Даже не смотрел в ее сторону.»
Мы произносили это синхронно. Смысл прочитанного немного пугал. Мой отец чуть не лишился пальца? В Академии? И мама, судя по всему, сначала не отвечала отцу взаимностью. Вполне вероятно, ему предпочитала некоего неизвестно (по понятным причинам) мне Уорена.
— Страница сто восемьдесят шестая, — не дал погрузиться в размышления дракон. — Цитирую.
— Подожди, — остановила ящера, — откуда ты наизусть знаешь содержимое дневника? — спросила, одновременно с этим ища в записях нужную страницу.
— За столько лет без хозяина, чтение связанной с ним вещью, было для меня единственным развлечением, — дракошик шмыгнул широким носом и отер его лапкой. — Вот и заучил в свое время. Потом все некогда было освежить память. И как оказалось, ни к чему это было. Я по-прежнему все помню.
Я погрузилась в поиск сто восемьдесят шестой страницы. И не обнаружила ее. Еще несколько раз просмотрела пронумерованные листы и окончательно убедилась в том, что нескольких не хватает.
— Кто-то вырвал страницы, — пробормотала, с надеждой смотря на восседающего на ковре дракончика.
— Как не хватает? — встрепенулся тот. — Еще пять лет назад они были!
Зеленой молнией он метнулся ко мне и, выхватив из рук дневник, стал крутить его и так и эдак, внимательно вглядываясь в странички. Плюхнулся на кровать тощей попой и прищурил черные глаза. Нервно дернул длинным бледно — зеленым усом (всего их было два), дернул за него. Потом зашипел и высунул из пасти раздвоенный розовый язычок.
— Вандалы, — прошипел. — Нет, ну кто так с чужими вещами обращается, а?
— Но ты ведь помнишь, про что там было написано? — с надеждой спросила у дракона.
— Конечно, помню, — гордо выпятив грудь, ответил мой собеседник и приложил раскрытый дневник к, собственно, груди. — «Стыдно признаться, я скрывался. Искал предлог, чтобы не появляться в доме друга лишний раз, без особой надобности. Зачем все это? Я никогда бы не ответил девушке взаимностью. Да, сначала я был согласен на выгодный брак. Потом встретил Елену, и понял, что не смогу без нее. Поговорить с Эризой не получалось. Она сразу начинала плакать и цепляться за меня, как за последнюю надежду…»
Глаза полезли на лоб. Я не ослышалась? Эриза была невестой моего отца? А потом в жизни родителя появилась другая женщина. Моя мать. Теперь хотя бы становится понятно, почему эта особа, мягко говоря, недолюбливает маму. Зачем тогда взяла на себя роль моей будущей учительницы? И. получается, и у мамы и у отца была магия. И у меня, ожидаемо, она тоже есть. Только какая? Что я могу? Неожиданный всплеск показал, что управляться с ней я не умею. И помощь Эризы как нельзя кстати. Но. как же хотелось поговорить с родными! Только они могли успокоить, поддержать.
 
— Оу, — присвистнул чешуйчатый, — так ты не знала, что эта ворчливая особа была невестой твоего отца?
— Не знала, — передернула плечами. — Кстати, а как тебя зовут? — бросила на продолжающего держать в лапках записи отца дракона быстрый взгляд.
— Эйшер, — представился мой новый знакомый. — Ты можешь не представляться. Я и так уже в курсе.
— Откуда?
— У меня, вообще-то, есть уши, — он указал правой лапкой на перепончатое небольшое ушко.
— Так ты магией делиться собираешься? Еще немного и у меня заурчит в желудке. Звук будет такой громкий, что прибежит неудачливая невеста и устроит нагоняй. Оно тебе надо?
Было жалко дракошу. Тем более он являлся на данный момент моим единственным источником ценной информации.
— Что надо делать? — наконец, решившись, спросила.
— Закрой глаза, расслабься и получай удовольствие.
После этих слов расслабляться резко расхотелось. И глаза закрывать тоже.
— Да не боись, — ящер махнул в мою сторону лапкой. — Ты ничего не почувствуешь. Почти.
— Почти? — переспросила.
— Ну, может быть легкое головокружение, тошнота, видения всякие странные.
— Дальше можешь не продолжать, — поморщилась, живо себе представляя и головную боль, и тошноту… вместе с галлюцинациями. И все это одновременно.
— Слово дракона, ты останешься жива. Твой отец ни разу не жаловался. А мне силы нужны. Посмотри на меня! — он опять провел лапками по ребрам.
— А можно, не закрывая глаз? — не было желания оставаться в неведении.
— Ну, — Эйшер почесал за ухом. — Ладно. Только обещай, что не будешь кричать и падать в обморок. Связь прерывать будет нельзя.
— Обещаю, — сказала не слишком уверенно.
— Спусти ноги с кровати. Прими более удобную позу.
Сделала так, как он сказал, и приготовилась. К галлюцинациям.
Ящер встал на задние лапы, вытянулся в струну и пристально посмотрел на меня чернющими глазами. Крылья поникли и касались пола. Усы, до этого медленно шевелящиеся, стали напоминать две веревочки. Уши дракон прижал к макушке.
Я сидела и не понимала, чего я должна была испугаться. Прошло еще минуты две перед тем, как от тела Эйшера стала отделяться призрачная зеленоватая тень. Она подплыла к моим ногам. Заскользила по ним. Коснулась рук, которые я сложила на коленях и поползла дальше. Она не касалась моего тела. Но там, где эта странная сущность только что была, распространялся холод. Он постепенно сковывал. Поначалу, я не замечала этого. Когда же нестерпимо зачесалось бедро, хотела дотронуться до раздраженной кожи, но не смогла пошевелиться.
Сгусток завис у моего лица и стал принимать очертания уже знакомого дракончика. Только в глазах застыла первородная тьма. Взгляд жуткий, пробирающий до костей. Я смотрела, не в силах отвести взгляд. Страх, что в последнее время являлся постоянным моим спутником, вновь дал о себе знать. Прошелся холодными мурашками по спине. Зашевелил волосы на голове. Заставил сердце учащенно биться. Усугублялось все еще и тем, что шевелиться я по-прежнему не могла. Морда ящера застыла в каких-то ничтожных сантиметрах от моего лица. Каюсь, в обморок хотелось упасть как никогда. Какие там грифоны. Сейчас я смотрела в такие жуткие глаза, что те крылатые звери показались милыми домашними птичками.
 
— Ш-ш-ш-шр-р-ра-а-ас-с-с. — прошипела призрачная фигура и буквально влетела в мое тело.
Вздрогнула, краем сознания понимая, что могу двигаться. Могу. И не хочу. Появилась слабость и головокружение. Комната перед глазами поплыла, закружилась с такой скоростью, что к горлу подкатила тошнота. Я продолжала слышать шипение ящера. Телом же чувствовала, как призрачный Эйшер проводит коготками по сердцу. Спускается чуть ниже, мешая нормально дышать. Казалось, он действительно каким-то образом поселился в моем теле.