Ведьма жжёт или отбор для императора (СИ)

— Для объективного, — я подчеркнула слово объективный, — решения мне будет необходимо с Вами, с каждой по отдельности, побеседовать, — взглянула на де Гринберг.
— Когда? — сразу надменно спросила та.
Стерва тощая.
— После завтрака у Вас проверка на невинность, — вспомнила я, — а потом Вам необходимо подготовиться к балу.
— Мы так ничего не успеем, — захныкала Евгения.
— Не переживайте, — успокоила истерику вампирши, — пообщаемся на балу, он будет идти всю ночь, у нас точно будет на это время.
— Если Вы вообще дадите нам хоть слово сказать, — опять кольнула меня главная фаворитка отбора.
Кора удержала меня за руку, когда увидела вспыхнувший огонечек. Ольнея его тоже увидела, и побледнела.
— Пойдемте, девушки, — решила разрядить обстановку Арлинда, — нам еще необходимо пройти к главной ведьме.
Финалистки встали и молча прошли за женщиной на унизительную, по моему мнению, процедуру. Что эту проверку они пройдут, я не сомневалась.
Вспомнила не к месту предложение Ревенера. А я ведь проверку бы не прошла. Даже забавно. Значит не так уж и важна невинность для драконов.
Кора, после наблюдения за всей беседой с разъяренными курицами, ой простите, лебедями, поинтересовалась, подливая себе чая.
— Что предпочитаешь в это время дня? — намекая мне на кофе или другой напиток.
— Винишко, — мрачно ответила я.
Как говорила моя бабуля: «От выпивки еще ни одна ведьма не умерла».
— Нам до ужина нельзя, — погрозила мне пальцем подружка, — но я знаю, как поднять тебе настроение.
— Как?
А как мне можно поднять настроение? Я невесту выбираю любимому мужчине. Мне поможет только стрельба из лука по драконам.
Я даже немного улыбнулась, представляя себе цель.
— Платьем, — просто ответила она.
— Платьем? — я хитренько улыбнулась, вспоминая одно ее изделие очень провокационного характера.
— Да, да, Лисси, я о нем и говорю, — сразу прочитала мои мысли оборотница.
Иногда я ее боюсь. Она злой-гений женской мести. Живи она на стороне злого бога, он бы там и дня не протянул.
Платье, о котором мы так удачно вспомнили, шилось именно для меня, но я никак не могла найти повода его одеть, уж слишком дерзким оно было.
Розовый, ближе к телесному, цвет мог бы сливаться с моей кожей, но, благодаря тому, что я была смугловата, выгодно подчеркивал. Не пышное, из атласа, оно струилось по моей фигуре, подчеркивая все формы. Открытая спина и откровенный лиф подразумевали, что платье я надену, не обременяя себя корсетом или бюстье. Но, чтобы оно не смотрелось вульгарно, юбка до пола с небольшим шлейфом и без разрезов уравновешивали образ (Если интересно, какое платье имела ввиду, наберите в поисковике «Дакота Джонсон в прада, розовое платье»). Прической я особо не озаботилась, а просто рассыпала волосы по спине.
Уже когда мы собрались, и я критически осматривала себя в зеркале, немного испугалась. Все таки страшновато выходить и злить ревнивого, властолюбивого и упрямого мужчину.
Но Кора отбросила все мои трусливые мысли.
— Сегодня у нас торжество мести и прощание со здравым смыслом, — возвестила она поправляя свое платье: полностью кружевное, черное, с вырезом сердечком и спущенными с плеч лямками.
Это она видимо предыдущий прием вспомнила, когда убежала платье поправлять, а нашла двух настойчивых ухажеров.
Мы обе вышли за дверь моих покоев, а стражники, которые были приставлены к нам, восхищенно присвистнули.
Один из них даже не выдержал.
— Может Вам накидку какую одеть, деса де Риверс?
— Вот еще! — Возмутилась Кора, — Мои платья носят гордо и ничем не дополняя!
Тот смущенно отступил.
Держись, дракон!
Через несколько минут мы достигли бального зала.
Хотя я и периодически забегала в него, полюбоваться фресками и изящным потолком с лепниной, сегодня он был просто ослепителен.
— Как красиво, — присвистнула подруга.
— Не то слово, — во все глаза продолжала рассматривать обстановку.
По стенам развешаны магические огни, освещавшие всю площадь красивым теплым светом. Каждый угол богато украшен цветами, лентами, гирляндами. По потолку от люстры шли нитки с хрусталиками, давая характерные отблески от свечей. Ближе к окнам расположились столы с напитками и легкими закусками, и распахнуты огромные двери на террасу, чтобы все приглашенные гости могли насладиться теплым вечером и ночью, а может и уединиться в саду.
 
Гостей тоже было немало. Целый отряд из прессы присутствовал, беря интервью у семей аристократов. Естественно были родственники и друзья финалисток. И многие другие представители родовитых фамилий. Его Величество пока видно не было. А вот количество стражи заметно увеличилось. А еще я не видела Улиссы. Скорее всего она, как и Милир, тоже на посту нашей безопасности.
А еще здесь была моя семья. И меня это ни чуть не расстроило. Даже не смотря на их скептицизм, когда я рассказала об участии в данном мероприятии.
— Элисабет! — Прокричала мне моя матушка и помахала рукой.
— Я на пару минуток, — отпустила я руку Коры
— Конечно иди, — улыбнулась она и тут же скрылась в толпе. Она, как раз, свою семью избегала.
— Ага, — вдруг выпалил Герман, — сейчас ты подойдешь, а они тебя схватят и в поместье отвезут. Дальнее, — прикрыл он один глаз.
— Нет, — покачала я головой, — давай сегодня не искать в их поступках скрытого смысла.
— Ну вот ты и не ищи, а я присмотрюсь, — спрыгнул он с рук и убежал в неизвестном направлении.
— Дочка, — поклонился мне отец, когда я подошла, — рад был услышать, что ты снова обрела титул. Только почему не вернула обратно свою фамилию?
— Здравствуй, папа, — скромно поздоровалась я, осматривая наш семейный круг и игнорируя вопрос.
Отец, мать, тетя Саломея и даже брат — все собрались во дворце. Надо будет себя прилично вести, а то мы так с моего выпуска с академии не собирались. Боюсь, с новыми нотками моего характера они еще не знакомы.
— Лисси! — Вдруг выпалил брат. — А ты шикарно выглядишь!
Я хищно улыбнулась. Ну если Себастьян, дамский угодник, оценил, то представляю как локти покусает одна ящерица.
— И ничего не шикарно, — пробурчала мать.
— Что за вид? — Обратилась ко мне, — Ты почти голая.
Вдруг Саломея с усилием хлопнула меня по открытой спине.
— Ай! — Вскрикнула я и с удивлением посмотрела на нее.
— Не сутулься! Если одела такое платье, неси его гордо! — подмигнула она мне.
Ну я же говорю, она странная. Опять я голову оборотня вспомнила.
— Сэл! — возмущенно вскликнула мать, — Чему ты учишь девушку?
— Да какая она девочка? — прошлась по мне взглядом Саломея.
И все тоже взглядом прошлись. Я картинно почиркала пол ножкой.
Не девочка, я не девочка, а очень даже, уверенная в себе женщина.
Была.
В зал вошел Ревенер Первый вместе с братом и сыном. Вот причина моей неуверенности.
Все присутствующие рассыпались в поклонах, в том числе и я.
Он прошелся глазами по всем присутствующим, и как мне показалось, чуть задержался на мне. Но, возможно, я принимала желаемое за действительное.
— Да начнется бал! — отсалютовал он бокалом, дойдя до столов с закусками.
Все замерли в еще большем ожидании. С кем откроет Его Величество танцы? Это фаворитка? Будущая императрица?
Я слышала все шушуканья среди гостей. Но дракон всех удивил.
— Лисси де Риверс, — подал он мне руку, — не окажете честь?
Я исподлобья посмотрела на него. Отказать не могу — так я оскорблю монарха на глазах у всей знати столицы и ближайших провинций. А я хоть и чокнутая, но чувство самосохранения во мне еще жило.
— Конечно, Ваше Величество, — присела я в книксене.
И он повел меня в танце. В вальсе. Вот же подстава-подстав.
Стоять с недосягаемым мужчиной, на предложение которого я сама ответила отказом, и чувствовать, как рукой он касается моей оголенной спины, ощущать дыхание, вызывающее мурашки и вложить свою маленькую ладошку в уверенные сильные руки. Богиня Мира, твое чувство юмора очень специфическое.