Ярроу-2. Королевский тысячелистник

Как только девушки удалились, я самолично разлила душистый взвар по чашкам, и предложила всем угощаться.
– Вы с порта сразу ко мне или где-то остановились? – спросила я, наблюдая, как гости делают глоток вкусного напитка.
– Мы сразу к вам, – ответил Али, – и мы, в общем…
Так ему несвойственная неуверенность несколько меня насторожила:
– Что-то случилось?
– Нет, то есть, – Али помолчал немного и всё же договорил, – если ваше предложение всё ещё в силе, то мы бы хотели остаться и служить под вашим началом.
– Да-да, – кивнул Свен, – я приехал с женой, мне ещё многому нужно у вас научиться.
Дорис весомо кивнул. Все четверо уставились на меня ожидая ответа.
– Нет, конечно! – вытянувшиеся разочарованные лица заставили меня весело рассмеяться, – вы, что думаете, что я отменю своё предложение? Когда трое замечательно обученных, много умеющих лекков готовы мне помогать? Вы с ума сошли! Я не могу себе позволить разбрасываться такими кадрами! Сейчас решим вопрос вашего размещения. Пока поживёте во дворце, он огромен и на каждого найдётся комната. А потом купим вам дома ближе к дворцу. В общем, это уже моя забота.
– Лекка Ярроу, – вдруг сказал Свен, – мы же не с пустыми руками приехали. У нас есть сбережения, сами купим, не стоит вам за это переживать.
– Нет-нет, – перебила я его, подняв ладонь, – никаких «сами купим». Раз уж вы будете работать на Корону, то и всем необходимым она вас обеспечит. Этот вопрос я решу лично. Ох, как же я рада вас видеть, друзья мои!
Тут раздался громкий стук в дверь и в комнату ворвался Николас:
– Дорогая, прости, что мешаю, – он посмотрела на вскочивших людей, которые, узнав кронпринца, вежливо ему поклонились, – Уважаемые Али, Свен, Дориус! Какая приятная неожиданность!
– И мы рады вас видеть, эр Николас, – практически хором воскликнули те.
– Онри, – позвал Ник дворецкого, что застыл около дверей, – размести дорогих гостей со всеми удобствами. Потом проводи на ужин.
Дождавшись, когда гости выйдут из гостиной, Ник повернулся ко мне и нахмурился:
– Мне нужна твоя помощь.
– Что случилось, – в волнении я подошла ближе, вглядываясь в потемневшие серые глаза.
– Отец. У него что-то со здоровьем. Королевский лекк, который раз пускает кровь, но не помогает.
– А почему мне не сказал раньше?
– Я только сегодня узнал, когда отец вызвал меня к себе, так как завтра церемония и тянуть больше нельзя, он решил спросить твоего совета.
– Но ведь эр Ратир в курсе, что я лекка, отчего сразу не позвал?
Николас потёр лицо ладонями, но всё же ответил:
– Отец посчитал, что говорить на такую тему с женщиной, будь она хоть трижды леккой, а в твоём случае ещё и будущей родственницей – верх неприличия.
Я покачала головой:
– Ваши предрассудки сведут меня с ума. Веди!
Комната короля была погружена в полумрак, плотно задёрнутые портьеры не давали и шанса свежести проникнуть в помещение.
– Отец, эри Ярроу пришла тебя осмотреть.
Кряхтение, донёсшееся из-под вороха одеял, было ему ответом.
– Доброго вечера, уважаемая эри Ярроу, – проговорил мужчина, которого я сначала не заметила, – меня зовут лекк Варни, я не вижу необходимости вашего присутствия здесь. Думается мне, я ещё раз пущу кровь* нашему глубоко любимому королю и завтра он сможет провести церемонию.
Мне не понравился запах в комнате. Мне не понравился этот напыщенный тощий тип с лицом крыски и бегающими глазками, называющий себя лекком. Мне не понравилось, что король молчал.
– Николас, этого – вон отсюда. Онри, распахнуть все окна. Зажечь, как можно больше ламп. Работаем!
Прим. автора:
*Кровопускание (флеботомия) – метод альтернативной медицины, заключающийся в извлечении определённого количества крови из человека с лечебной целью. Доказательства клинической эффективности у кровопускания отсутствуют, в современной медицинcкой практике оно не используется. В подавляющем большинстве случаев историческое использование кровопускания было вредно для пациентов. Осуществляется при помощи прокола (венепункция), разреза вены или посредством наложения пиявок (гирудотерапии).
  
Глава 5
 
– Уважаемый Онри, позовите мою помощницу Еву, и пусть она прихватит с собой лекарскую сумку. Распорядитесь подать кипяток и крепкий напиток «Дух вина». Также приготовьте морскую соль и тёплую кипячёную воду.
Дворецкий кивнул и вышел за дверь.
– Что планируешь делать? – спросил Ник, застывший в изголовье кровати поистине королевских размеров.
Я посмотрела на жениха и вздохнула:
– Вашего главного лекка нужно наказать за чрезмерное злоупотребление кровопусканием. Гнать его в шею. А вообще, в первую очередь сбить жар, затем дать обезболивающее и поговорить с эром Ратиром, как только он придёт в себя.
Ник слушал меня очень внимательно.
– Надеюсь, всё будет хорошо, – кронприц потёр переносицу и, отойдя в центр спальни, сел в огромное, обитое бархатом, кресло.
– Я тоже на это надеюсь.
Ева влетела в комнату чуть запыхавшись, прижимая к груди мою сумку с травами и необходимыми инструментами первой помощи. За ней вереницей вошли служанки: одна несла таз с водой исходящей паром, другая – кувшин с вином.
– Ева, готовь обезболивающую и жаропонижающую настойки, всё, как обычно, по старой схеме и с ложечки дай выпить эру Ратиру. Затем малую ложку морской соли раствори в нашей средней чаше тёплой прокипяченной воды.
Отдав распоряжения, присела напротив жениха и посмотрела на него внимательным взглядом: тёмные круги под глазами, взлохмаченные волосы. Передо мной сидел уставший человек, так и подмывало спросить, чем это он занимается с утра до позднего вечера, но не стала: надо – сам расскажет. К тому же лишние уши – даже если они принадлежат Еве – нежелательный фактор.
В тишине провели минут двадцать. Николас, кажется, задремал, а я сидела и думала. Ева приготовила настойки и, как всё было готово, начала давать королю.
– Ни… Николас, – раздался голос короля и мы одновременно вскочили, поспешив на зов, – сын мой, кажется, я умираю…
– Отец! Не говори ерунды! Всё будет хорошо! – Ник сжал ладонь отца и ободряюще улыбнулся, – Яра сейчас тебя осмотрит и дальше решит, что делать.
– Пиить, – пробормотал эр Ратир и прикрыл веки.
Ева тут же поднесла к его губам чашу с самодельным физиологическим раствором* и помогла сделать несколько глотков.
– Фуух, что за гадостная солёная вода? – возмутился мужчина и я улыбнулась.
– Это лекарство вам поможет поскорее прийти в себя, – ответила я, присев на кровать рядом с ним, – Эр Ратир, вы должны мне рассказать всё без утайки: где болит, какая боль и как давно она вас беспокоит?
Король молча пожевал губами и всё же сказал:
– Дорогая моя девочка, стыдобища-то какая. Срам в таком признаваться. Но терпеть эту боль я больше не могу. И внуков повидать хочется больше, чем побояться тебе сказать, где именно болит.
Я сидела и молчала, терпеливо ожидая ответа. В таких вопросах, как здоровье лучше не стоит торопить человека.
– Болит там, – пауза, – внизу болит. Давно, уже и не помню, когда началось. Последние две седмицы нестерпимо.
– А можно поточнее? Место скажите, – приподняла я брови.
– Папа, – наклонился к нему Николас, – не нужно стесняться. Яра ведь хочет помочь.
Эр Ратир вздохнул:
– Попа болит. Прямо между половинками.
– Ах вот оно как, – спокойно кивнула я без тени улыбки и продолжила, – как именно болит?
– Ну, – протянул Король, – сильная режущая боль во время процесса, когда идёшь в уборную, ты поняла о чём я. Когда сижу тоже болит и зудеть может, да так, что сил это терпеть – нет никаких. Кровь идёт вместе с… с говяшками из заднего прохода.
Я уже знала, что за болезнь у моего нового пациента, но нужно убедиться, поэтому, как можно мягче сказала: