Кодекс Охотника. Книга ХХХ (СИ)

Подбегаю к кокону и прикасаюсь к нему. Стоит говорить, что в меня стало входить просто невероятное количество энергии. Вот только проблема в том, что я попросту не успею ее переварить, это практически нереально. А потому я сделал то, что мог, и стал направлять эту силу своим питомцам, которые были ко мне привязаны.
— ШШШШШШШШШУУУУКАААААА!!! — завопил фальцетом Шнырька, который выпал из Тени и упал, как парализованный.
Ментально я слышал, как орали Кара и Пупсик… Драконы и Феникс тоже «веселились», и не забыл я про Пушка… Он сразу превратился в злобного цербера, можно сказать, выпал из своей трансформации.
Могу поспорить, что они не ожидали от меня такой подставы. Но у меня не было времени, чтобы их предупредить, я просто действовал.
Это сделает их сильнее… Но энергии было все равно слишком много, а мои питомцы не смогли бы и двух процентов поглотить, и это несмотря на то, что я пропускаю ее через себя.
А дальше, чтобы не терять времени, я стал заливать эту энергию в свой Океан Душ, но перед этим дал строгий приказ не буянить и не жрать друг-друга. Энергии на всех хватит.
Самые дерзкие, опасные твари и закрытые уровни Душ ее не получили. Но всякая мелочь, по меркам такого количества, силы вдоволь наелись. Можно сказать, что я подзарядил свои батарейки, и теперь будет откуда тянуть силы, раз я не могу напрямую в себя ее вливать.
В какой-то момент таких манипуляций я понял, что смерть ближе, чем я думал… Огромную плотину силы вот-вот прорвет, и это будет еще один выброс, уже последний, после которого начнется расширение. Но я не мог этого допустить. И стал сливать силу в землю, что не очень хорошо, но с этим я потом разберусь.
Сливал быстро и много… Еще досталось моему клинку… И потом еще немного Шнырьке, который едва оклемался и сумел даже подняться на лапки, но теперь снова валяется, как ударенный током.
И мои потуги были не зря… Я увидел… Тонкий, едва заметный в духовном зрении, канал… Тот канал, который отвечает за Эпицентр… Я много в жизни видел каналов, но этот… Он, как произведение искусства… Я понимал, почему Эпицентры не могли победить. Они были на совсем другом уровне с людьми. Тот, кто их создал, был гением.
Эх… Волевое решение, а затем силовой рывок и… Не знаю, чего это мне стоило, но я прикоснулся к этому каналу, чтобы понять, откуда он ведет и что оно такое.
Все это действие я провел своим астральным духом, и это был просто невероятный риск. Но моя душа — камень! А вера в себя непоколебима!
Я схватил его так сильно, как только мог, и это привело к неожиданным последствиям. Сработал механизм защиты и канал начал умирать и распадаться. Вся сила, которая была сейчас сконцентрирована здесь, просто ушла в землю. Через лет пять здесь червей лучше не копать…
Я стоял и не мог поверить в то, что сейчас сделал. Я просто к нему прикоснулся… и канал умер. А это означает, что… Я, сука, первый в этом мире, кто уничтожил Эпицентр!
Вот только меня слегка смущает тот факт, что Эпицентр точно живой… Тогда вопрос… Что я, мать его, уничтожил⁈
  
Глава 8
 
Странно. Всё не так должно было происходить. Я чётко почувствовал возмущение пространства. Я нашёл сущность Эпицентра. Я почувствовал Путевую Нить, которой это неестественное для этого мира образование соединяется со осколками других миров, уже хрен знает сколько времени. Я вытащил лишнюю энергию и порвал нить. Так какого хрена, связь стала ещё сильнее⁈
Я летел в «Буревестнике» и набрал знакомый номер.
— Да, Сандр? — по-деловому ответил Волк.
— Слушай, Волчара… — я немного замялся, не зная, с чего начать. — У меня есть две новости — плохая и хорошая. Начну с того, что Иркутский Эпицентр скоро начнёт расширение.
— О, клёво, — ответил мне Волк. — А какая плохая?
— Блин, так это и была плохая, — сказал я, удивившись.
— Не, ну а что тут плохого? Ребята с тварями Колыбели разобрались. Блуждающие Разломы позакрывали. А тут всего-навсего Эпицентр дёрнется. Ну, знатно повеселимся. Да и добытчиков понабрал Петрович уже такую кучу, что не распускать же их обратно, когда мы все ништяки соберём. Вот заодно всё один к одному складывается.
  
Я покачал головой, невольно улыбнувшись. Безумие заразительно. И, походу, уже все, кто имеет какое-либо отношение к Роду Галактионовых, этим самым безумием заразились.
— Ну а вторая новость хорошая — что я на некоторое время покину вас.
— Хм… — сказал Волк. — А ты точно не перепутал? Потому что вот это как раз плохая.
— А что не так? Ты боишься быть самостоятельным? — подколол я Волка.
— Да не, я-то тут причём? — рассмеялся Волк. — У меня с этим всё хорошо. Мы найдём, чем себя занять, учитывая первую новость. Но вот твои жёны… скажем так, у них слегка портится характер, когда ты где-то долго пропадаешь.
— Ну, а с чего бы? — удивился я. — Они верят в меня, знают, что я затащу…
— Ну, женская душа — потёмки, — снова рассмеялся Волк. — Головой-то они знают и верят. Но женское сердце, оно такое тревожное.
Тут уж я не выдержал и засмеялся.
— А ты с каких пор стал экспертом по женским сердцам? Ты женат без года неделя.
— Ну, у меня с Настюхой день за год идёт. Ты же знаешь.
— Нифига не знаю. У тебя не жена, а золото, — сказал я. — То ли дело Ингрид…
— А что Ингрид? — возмутился Волк. — Дома не убрано, жрать не готово. Шарится со своим любимым по Разломам. Жрут всякую гадость. А у меня дома и борщичок, и пельмешки. Кстати, Настя говорила, давно вы к нам не заходили.
— Да, точно, — рассмеялся я. — Давно не заходили. Сто метров, блин, до вас дойти никак не можем. Мы ж каждый день видимся?
— Ну, всё равно, зашли бы, посидели, стол приготовить, поговорить.
— Что там Смородины говорят по поводу твоей усадьбы?
— Строится, — коротко бросил Волк.
Я почувствовал, как портится его настроение. Ну да… Волк у нас же не просто так, а целый барон. Я в какой-то момент понял, что если я ничего не предприму, он так и будет ошиваться около меня всю жизнь. А это совсем не на пользу семейной жизни. Поэтому, в качестве свадебного подарка, я за свой счёт попросил Смородиных отстроить усадьбу на его земле. А земля у него — соседняя с моей, ниже по берегу Байкала. И Волк по этому поводу почему-то очень расстроился. На самом-то деле, до него рукой подать — пятьдесят километров, на «Буревестнике» примерно десять минут пути. Но он настолько прикипел к нашему дому, что явно не хотел селиться где-то в другом месте.
Вот сейчас они жили в одном из ВИП-домиков на берегу Байкала, изображая новую ячейку общества. Хотя Настя там долго не засиживалась, она тоже оказалась полезной и быстро влилась в команду моей Анюты, помогая вести дела корпорации Галактионовых.
С Ингрид и Ратником была другая ситуация. Я только заикнулся о том, что могу поспособствовать его титулу и дать ему кусок земли, как тут они оба рассмеялись. Волгомир сказал, что он этот титул не примет. Когда я возразил, что так это не работает, он просто пожал плечами. Я понял, что да, он действительно не примет.
А потом выяснилось ещё внезапно, что на самом-то деле усадьба у них есть. Да еще какая! В Северном Королевстве, замок «Соколиный Утёс» принадлежал Ингрид. А сама она внезапно, также два раза отказывалась от титулов, которые предлагал ей Северный Король. В общем, было два таких сильных, но очень вредных бойца, которые, к сожалению, теперь моя головная боль.
Но тут-то я больше понимания испытывал. В прошлом мире у ратников были семьи. Большую часть времени Легион находился в том мире, где он был сформирован, выходя на задание лишь после Слова Призыва. Так что большую часть времени легионеры вели вполне обычную жизнь. Вот только и среди них были фанатики. А если в прошлом мире Волгомир дослужился до центуриона, то он как раз одним таким и был. Без любви к своей работе в наших легионах никто не продвигался, так что думаю, для него это тоже вновь. Ладно, я с ними не настаивал. Посмотрим, чему это всё приведёт. Договорюсь с Волком.