Эргоном: Зодчий смерти (СИ)

Хомутов издал приглушённый стон, прижал свободную ладонь к груди, взглянул на кровь и, скрипнув зубами, ринулся вперёд, но в этот момент завуч громко крикнул:
— Поединок окончен! Разойтись!
Мой противник вздрогнул, нерешительно замер, покачиваясь взад-вперёд, словно не зная, слушаться ли распорядителя, но затем голос рассудка взял верх, и он распрямился, опустив оружие. 
— Ещё встретимся! — процедил он сдавленно. — Без чёртовых масок!
Я шутливо поклонился, не спуская с него глаз: мало ли что парню взбредёт в голову.
— Всегда к вашим услугам, господин Хомутов!
— Господа, сдайте оружие! — потребовал подошедший тем временем завуч, видимо, почувствовав настроение моего соперника. — Сатисфакция получена. Вам понадобится врач, — добавил он, обращаясь к Хомутову. — Пройдите с секундантом вон туда. 
Ростислав неохотно вложил ему в протянутую руку кинжал. Бросив на меня мрачный взгляд, стянул харю, опёрся на секунданта и побрёл через поле к скамейке, где находился школьный врач. 
Я тоже снял маску. Как же хорошо! Прохладный воздух обдал свежестью моё лицо. Я вытер проступившие бисеринки пота. 
— Кинжал, господин барон, — напомнил завуч.
— Прошу, — я отдал оружие, предварительно взяв его за клинок. — Благодарю за ваше участие.
— Не за что, господин барон. Это моя обязанность, — затем, обращаясь к трибунам, громко объявил: — Победу одержал барон Скуратов! Нарушений правил не зафиксировано. Протокол поединка будет составлен сегодня и выслан господам секундантам на подпись. Они должны подписать его в течение суток и вернуть мне.
Раздались довольно частые аплодисменты, но часть зрителей была разочарована. Похоже, Хомутов был со многими знаком и пользовался популярностью. Кроме того, на трибунах присутствовало немало представителей Жёлтого клана. Понятное дело, моя победа не привела их в восторг. Порадовались, наверное, только Женя с Мариной. 
Я отдал подошедшему Кириллу маску.
— Мне показалось, Хомутов хотел продолжить поединок после сигнала распорядителя, — негромко сказал он.
— Мне тоже. К счастью, хватило ума сдержаться.
— Он откровенно пытался тебя убить. 
— Я заметил. Это из-за Марины Фустовой. Хомутов надеялся избавиться от конкурента. Он думает, я ему мешаю.
— А на самом деле?
— На самом деле, сердцу не прикажешь, Кирилл. Это я не про себя, а про неё. Ладно, пошли на трибуны. Хочу посмотреть поединок Мартынова и того парня, который выступает за Ильину. Прихвати харю, а я возьму кинжалы. 
Наша дуэль длилась около пятнадцати минут. Может, чуть дольше. Так что мы успели занять места на нижней скамейке стадиона почти одновременно с выходом участников следующего поединка. Там уже сидели Артём, Павел, Аня, Лена, мои одноклассники и несколько приятелей Шуваловых, включая красноволосого парня, за которого я однажды заступился. Все поздравляли меня, хлопая по плечам, спине и пожимая руки. Из-за этого образовалась шумная возня, которую я прекратил, заметив, что мы мешаем организаторам следующей дуэли, хотя завуч ещё не подавал знак, призывая зрителей к тишине.
Марины и Жени с нами не было, что понятно. Они занимали места в другом секторе, занятом учениками из Жёлтого клана. Хотя дрались конкретные люди, всё равно и они, и представители Зелёных восприняли мою победу как превосходство клана. Так что меня ещё ждали и поздравления соратников, и ненависть Жёлтых — даже тех, кто со мной не был знаком. 
— Всё, тихо! — цыкнул Павел. — Сигнал!
И действительно, на поле распорядитель уже подал знак, а затем обратился к соперникам. Слов слышно не было, но все знали, о чём идёт речь, так что этого и не требовалось.
Жених Бестужевой был немного выше противника, его белые волосы походили на снег. Оделся он в серый спортивный костюм, довольно свободный, и кроссовки. Его соперник выглядел поменьше, и был в школьной форме. Синие волосы он собрал на затылке в хвост, чтобы не мешали. 
Вот секундант представил клинки — мечи, внешне схожие с агриками, только из обычной стали. Завуч протёр их антидотом, и соперники выбрали по очереди себе оружие. Разошлись на позиции. Секунданты подошли надеть на них маски. Как только они вернулись к столу, распорядитель объявил начало поединка, и противники двинулись навстречу друг другу.
   
Глава 43
 
До сих пор я видел только, как бьются во время школьных занятий. И дуэль очень походила на это зрелище, за исключением того, что противники старались всерьёз ранить друг друга. Почти сразу стало ясно, что мастерство беловолосого жениха Бестужевой превосходит навыки противника: он легко отражал все атаки, уверенно нападал в ответ и держался спокойно, без суеты. Должен сказать, поединок проходил в хорошем темпе и выглядел довольно изящно, хотя мне этот вид боя всё равно не близок. Слишком архаичный, что ли. Но, к сожалению, в этом мире совершенно необходимый. И я наблюдал с интересом, подмечая для себя приёмы, которые использовали соперники, и сравнивая с тем, чему учила меня Есения. Однако зрелище оказалось недолгим: минут через пять Мартынов резким ударом отвёл нацеленный в плечо клинок, быстро сделал шаг вперёд и полоснул мечом защитника Ильиной по предплечью. Завуч тут же остановил бой, объявив его победителем. Противники пожали друг другу руки и разошлись. Синий отправился в медпункт, а Мартынов подошёл к нам. На его лице играла довольная, хоть и сдержанная улыбка.
— Быстро отстрелялся, — сказал он, обнимая Лену. — Парень не особо хорош, но потенциал есть. Немного подучится, и будет крошить гулей в капусту.
— А ты уже крошил? — спросил Кирилл.
— Нет, конечно. До нашего сектора этим тварям не добраться.
— Наверное, куча проблем с приёмом в вассалы? — заметил я. — Нужно ведь пережить атаку орды, чтобы получить право стать дворянином.
Мартынов пожал плечами.
— Большая часть наших вассалов уже давно служит клану. А новые участвуют в Дикой охоте. Так что нет, это не проблема.
Я и раньше подозревал, что Белый клан не особо многочисленный, да и новая кровь вливается в него редко. Плюс нет нужды в мощной обороне. Так что понятно, на что рассчитывали Лиловые, когда попёрли на императора. Не учли только, что остальные поддержат существующий порядок и окажутся верны правящему клану. Если я стану здесь главным, то позабочусь о том, чтобы не зависеть от лояльности других. Хотя, наверное, после того случая кое-какие меры белые всё же приняли.
К нам подошли одноклассники — поздравить Лену и её защитника. Зрители начали расходиться, и стадион быстро пустел. Мы тоже отправились восвояси — в ресторан неподалёку, отпраздновать победу. Глаша и Лена сияли. Ещё бы: и желтоволосым наваляли в раздевалке, и тут верх взяли. Есть повод торжествовать. А я вот был недоволен: теперь в школе появилась группа ребят, которые затаили на меня обиду за унижение своего клана. А я мог бы с некоторыми из них завести общие дела. Так что Каминская, как ни крути, мне подгадила. Кажется, она это и сама понимала, потому что, несмотря на победу, держалась тише воды, ниже травы. И это навело меня на мысль, как подправить ситуацию с Жёлтыми: сыграть на чувстве вины Ильиной и Фустовой, заставив их убедить своих собратьев по клану, что я отличный парень, и моя победа в поединке их нисколько не унижает. Да, непросто девчонкам придётся. Но сами виноваты.
Несовершеннолетним в городе не наливали, будь ты хоть трижды барон, княжич или княжна, так что отмечали мы газировкой, соками и прочими безобидными напитками. Зато в плане десертов никто себя не ограничивал. Стол ломился от мороженого и пирожных. Так мы провели часа два, а затем отправились по домам: уроки сами себя не сделают, да и вечно есть сладости невозможно.
Прибыв в замок, я первым делом переоделся и отправился в офис, где дежурила Липская. Макс, шустрый паренёк, которого Антон оставил вместо себя, тоже был там. Сидел, заваленный бумагами по самые плечи, так что сразу меня даже не заметил. Только когда я обратился к секретарше, испуганно вскочил, пролепетав «Добрый день, Ваша Милость!».