Калгари 88. Том 7 (СИ)

Арина прыгнула в воздухе, опустилась на левое колено, правую ногу при этом положила на свою кровать, так как совершенно не было места, левой рукой упёрлась о пол, а правую ладошку раскрытой приложила ко лбу, словно высматривая что-то.
— Сейчас будет мой выход? — с интересом спросила Таня. Она всё более увлекалась номером. Да и Соколовская тоже. Дело в том, что Хмельницкая сейчас значительно усложнила показательный даже по сравнению с тем, что они показывали в Свердловске. Эта, последняя версия, в плане сложности почти не походила на ту, что они разучивали в Екатинске с Левковцевым. Элементов стало больше. Зрелищности больше. И включение третьей участницы должно пойти на пользу, потому что основной номер будет исполняться в середине арены.
  
— Да! — согласилась Арина. — Мы словно застыли в удивлении, и сейчас твой выход. Сначала ты едешь влево, потом вправо, по широкой ёлочке, приближаясь к нам. На тебе будет длинный плащ и шляпа, поэтому особо не погарцуешь. Едешь медленно. Останавливаешься, не доехав до середины арены метра два. Мы должны все трое занимать на катке положение, соответствующее равнобедренному треугольнику. Смотреться с трибун будет здорово.
— А что потом? — спросила Таня.
— А потом… — усмехнулась Арина. — Ты можешь придумать танец сама. Вариаций много. Например, вот так. На счёт раз — руки на пояс. При этом поза должна быть вызывающая. На счёт «два» вытягиваешь правую руку с указательным пальцем вперёд, словно обвиняя нас в чём-то. Потом, на счёт «три», то же самое делаешь с левой рукой. На счёт «четыре» опять кладёшь руки на пояс. Тебе нужно несколько секунд изобразить старика, а потом супербыстро снять накладные усы, шляпу и плащ. За пару секунд ты должна превратиться из сурового старичка в симпатичную девчулю.
— Но я буду в собственном платье? — улыбнулась Таня. — У меня на показательный голубое. Номер на сонату «Лунный свет».
— А это, кстати, прекрасно! — заявила Арина. — Слушай, это можно делать философией твоего выхода. Дух океана превращается в лунный свет, который танцует вместе с нами, а потом уносит спать. Спасает от разврата, так сказать.
— Ха-ха-ха! — рассмеялись девчонки. Постановка показательного номера им определённо нравилась!
— Слушайте… — задумалась Арина. — Но нам в таком случае хорошо было бы сделать две части программы. Из двойной склейки. Первую часть номера мы сделаем под «Позитив» Боба Марли, а вторую часть — под «Лунный свет» Дебюсси. Ну это же круто будет. В месте, где ты переодеваешься, музыка меняется, и мы втроём начинаем танцевать «Лунный свет». Как только мелодия поменяется, мы можем сделать что-нибудь. Например, встанем на колени и будем молить Лунного духа о пощаде. Потом встаём в линию, едем к правому бортику и прыгаем параллельный двойной или одинарный дупель. Потом…
А потом Арина с девчонками поймали настоящий кураж, порыв вдохновения и за несколько минут на коленке набросали вторую часть показательного номера. И он им показался идеальным. Даже философия показалась очень хорошей и жизнеутверждающей. В конечной редакции она выглядела так: две девушки на ночной дискотеке на берегу океана танцуют регги. Ведут себя очень развязно. Потом прилетает дух Лунного света, который начинает укорять девушек за их непотребное поведение: на самом-то деле они очень хорошие, только связались с дурной компанией. Потом дух океана превращается в лунный свет, и девушки бросают свой нехороший образ жизни, начинают танцевать некий трогательный классический танец и удаляются из дискотеки в мир грёз и высокого искусства. А потом просыпаются у себя в кроватях с мишкой в руках. Ха-ха-ха!
— Эх… Всё хорошо, но предстоит еще много дел… — вздохнула Арина. — В первую очередь подготовить реквизит. Я бы хотела к шляпе пришить сзади какую-нибудь пряжу, похожую на длинные волосы. Что бы раньше времени не засвечивать твою прическу. Что-нибудь наподобие ямайских дредов. Сошли были узкие черные полоски ткани. Пусть даже не оверложенные.
— Это трудно найти… — заметила Соколовская. — Что ж ты сразу не сказала, когда мы в город сегодня выходили? Можно было поискать где-нибудь, в магазине «Ткани».
— Придётся придумывать, — сказала Малинина. — Можно ножницами отрезать полоски снизу плаща и пришить к шляпе. Ножницы и нитки с иголкой у меня есть. Дядя Саша нам этот плащ подарил, вроде бы. Давайте, я сразу займусь этим. А на вас будет поиск места, где можно сделать запись. Кассету я сейчас дам. Но это разве что завтра… Сегодня уже навряд ли получится…
— Так у нас есть наш герой, Серёжа Николаев, — коварно сказал Соколовская, с усмешкой посмотрев на Арину. — Неужели своей принцессе он не найдёт аппаратуры, чтобы записать какую-то несчастную кассету?
— Да ну тебя на фиг! — смущённо рассмеялась Арина.
Но сама, естественно, подумала, что, скорее всего, так тому и быть. В принципе, можно было пойти завтра к звукорежиссёру на арене. Наверное, там была двухкассетная дека, но то ли она будет, то ли нет. А номер ставится уже сейчас, и музыкальное сопровождение к нему должно быть готово тоже именно сейчас. Придётся идти в общагу… Искать Серёгу Николаева. Может, поможет… Нужна всего лишь двухкассетная дека либо импортный двухкассетный магнитофон — запись должна быть высочайшего класса.
Когда с Соколовской вышли в общагу, то сразу же онемели — из многих комнат доносились звуки работающих телевизоров, а у дверей стояли девушки и молодые люди. Они… смотрели сегодняшнее фигурное катание! Смотрели триумф Хмельницкой… Или Соколовской?
  
Глава 6
 
Ажиотаж в общаге
 
На самом деле, ничего удивительного не было в том, что вся общага смотрит фигурное катание, — жили в ней одни спортсмены. Многие интересовались параллельными видами спорта. Арина, например, в последнее время перед своим отлётом сюда, очень увлеклась скалолазанием и часто ходила на скалодром, и даже могла получить спортивный разряд, если бы Бронгауз не узнал об этом тайном увлечении. Знала реальные истории, как фигуристы тайно увлекались фрирайдом или пляжным волейболом. Да и в целом, если ты спортсмен, то из множества вариантов, что посмотреть по телевизору, всегда выберешь спорт, пусть это даже снукер или керлинг.
Единственное, что удивило Арину, это то, что трансляция первенства была непрямая — в её времена все спортивные соревнования транслировались в режиме реального времени, даже международные, для того чтобы зрители прониклись духом состязаний, духом борьбы, когда реально не знаешь, кто же победит… Конечно, когда соревнования проводились в Японии, США или Канаде, это было слегка неудобно из-за разницы во времени, зато в том, чтобы сидеть и болеть ночью за любимого спортсмена, крылась даже какая-то тайная романтика…
В СССР первенство по фигурному катанию показывали в записи, с порядочным интервалом в 10 часов. Наверное, технологии были не развиты, чтобы вести прямые трансляции… А может, запись подвергалась режиссуре, что более вероятно, чтобы удалить ненужные или вредные кадры.
Арина подошла к открытой двери соседней комнаты и заглянула внутрь. На тумбочке стоял чёрно-белый телевизор, вокруг которого находилось с десяток человек народу. В основном, конечно, девушки, так как этаж был женский. Но присутствовали и пара парней в спортивных костюмах, наверное, чьи-то одногруппники. Сидели на кроватях, сидели на полу. Трансляция длилась примерно 50 минут. Потому что…
— На лёд приглашается Людмила Хмельницкая, Свердловская область, — сказал информатор в телевизоре.
— А сейчас на лёд выходит главная претендентка на золото в одиночном катании среди девушек, кандидат в мастера спорта Людмила Хмельницкая из Свердловской области, — сказал телекомментатор. — Программа у неё на танго «Кумпарсита», которое мы хорошо знаем по нашим уважаемым Людмиле Пахомовой и Алексею Горшкову, чемпионам Европы, мира и Олимпиады в Инсбруке. Платье на фигуристке чёрное с красными розами. На левой щеке нарисовано красное сердце. Очень оригинально, дорогие друзья… Начнём. Все во внимании.