Проделки дядюшки Дэнба<br />(Тибетское народное творчество)

Долго ходили озадаченные послы вокруг бревна. Измеряли, щупали, пытались поднять, перевернуть… Как разгадать такое, если никто из послов и леса-то настоящего не видал!
Настала очередь Ладун Цэрэна. Житель дремучих лесов, он отлично знал все тайны дерева, мог безошибочно, по пню, определить его возраст; знал, что комель всегда тяжелее вершины. Попросил тибетский посол откатить бревно к реке и сбросить его в воду. Когда все было исполнено, тяжелый комель погрузился в воду, бревно развернулось легким концом вперед и медленно поплыло вниз по течению.
«Полный чайник не гремит, а пустой за версту звенит», — подумал про себя император и загнул второй палец на правой руке.
На третий день император Тай-цзун вновь созвал на совет умных министров.
— Пусть наш владыка, — сказал старший министр, — пригласит во дворец двести девяносто девять девушек, а трехсотая будет Вэнь Чэн. Оденем всех девушек и принцессу в одинаковые наряды и пригласим послов. Посмотрим, отгадают они или нет, которая среди девушек ваша дочь!
Понравилось это предложение императору. «Два человека всегда умнее одного», — подумал он и приказал разослать гонцов во все концы страны собирать девушек. Портным было приказано сшить триста одинаковых платьев, сапожникам — триста одинаковых золотых туфелек, ювелирам — подобрать триста ниток жемчуга одинаковой длины. И не успел еще императорский соловей спеть до конца любимую песню своего хозяина, как все приказания Тай-цзуна были исполнены.
Разряженных девушек вывели на площадь, в окружении свиты вынесли императора на носилках. Пришли и послы. Один Ладун Цэрэн не явился в назначенное время. Разгневался император, подумал: «Можно быть скромным, не будучи мудрым, но нельзя быть мудрым, не будучи скромным. Как посмел тибетский посол ослушаться моего указа!» И тотчас послал он своих верных слуг разыскивать Ладун Цэрэна.
А тибетский посол, узнав от гонцов, какую задачу придумал императорский совет, пробрался в покои владыки и стал выведывать у придворной челяди приметы принцессы Вэнь Чэн. Ему никогда не приходилось бывать в гостях у китайского императора, поэтому он не видел принцессу.
Много ли, мало ли прошло времени, только встретил он наконец императорского дворника. Поведал ему о своем горе и сказал:
— Ни денег, ни наград тебе не обещаю. Но коль поможешь мне в беде — лучшего друга не найдешь.
Признал дворник в Ладун Цэрэне порядочного человека и так ответил:
— Я бы рассказал тебе приметы принцессы Вэнь Чэн, да боюсь, император узнает. Тогда не сносить мне головы!
— Не беспокойся, добрый человек, — отвечал ему Ладун Цэрэн, — видишь тот чугунный котел для варки риса? Полезай в него, садись верхом на метлу, бери в рот этот бычий рог с серебряной отделкой и рассказывай через него приметы Вэнь Чэн. Если потом император велит своему мудрецу разведать, откуда тибетский посол узнал приметы принцессы, тот никогда не укажет на тебя! Всякий уважающий себя мудрец ответит: «Приметы Вэнь Чэн знает святой, который живет на дереве, а дерево растет в железной горе, а гора стоит на огне; рот у святого серебряный, голос — нечеловеческий».
Послушался дворник, выполнил все, как велел его новый друг. Залез в котел, потом от жары обливается.
— Не выбирай самую красивую девушку, не ищи самую высокую. Глаза у принцессы карие, брови черные, нос прямой, губы пухлые. — Выпалил дворник одним духом. — А теперь слушай главное. Вэнь Чэн каждое утро смазывает волосы настойкой из меда. Когда увидишь над головой у девушки пчелок — подходи и смело указывай на нее. Никогда не ошибешься, это и будет принцесса.
Поблагодарил Ладун Цэрэн дворника и пошел на площадь.
Любил китайский император выражать свои мысли народными изречениями. Завидел он подходящего Ладун Цэрэна и говорит:
— Высочайшая башня и та начинается у земли! Не думал ли господин посол, что сам император пойдет приглашать его на смотрины?
Сложил Ладун Цэрэн молитвенно руки, — отдал поклон и говорит:
— О всемогущий император! Я все время провел возле вашего дворца! Можно ли доверять болтливой прислуге в такой ответственный час? Недогляди я — и наверняка кто-нибудь из послов разнюхал бы приметы вашей дочери!
 
Возликовало сердце императора. «Ну и посол, что за умница! Такому, пожалуй, и третья задача по плечу!» — подумал он про себя.
Бегали, суетились послы шести княжеств возле девушек. За руки трогали, заговаривали, в глаза заглядывали. А время шло да шло. Только один Ладун Цэрэн стоял в стороне да изредка на небо поглядывал. И когда солнце стало в зените и пчелы полетели собирать мед, приметил тибетский посол, что над головой одной из девушек кружится маленькая пчелка. Ладун Цэрэн подошел к девушке и с низким поклоном спросил:
— Не ты ли будешь прекрасная принцесса Вэнь Чэн, славная дочь танского императора?
Зарделась принцесса, глаза опустила и тихо ответила:
— Не ошибся посол, я самая.
— Вот уж воистину говорят, что знание — сокровище, которое повсюду следует за тем, кто им обладает! — воскликнул Тай-цзун и позвал мудрецов.
— Скажи, учитель, как узнал уважаемый посол приметы моей дочери?
Задумался мудрый старец, достал из кувшина связку бамбуковых палочек, выдернул из связки одну, потом другую и начал рассказывать про какого-то святого, который живет на дереве, а дерево то растет на железной горе, а гора стоит на огне…
— Рот у святого серебряный, а голос нечеловеческий. Он один и знает все приметы вашей дочери, — закончил мудрец.
Выслушал император мудреца, позеленел от злости да как закричит:
— Вздор ты несешь, глупый старик! «Дерево, гора, огонь!» Нет никакого толку от твоего гаданья. Советую тебе, да и вам, послы, поучиться уму-разуму у Ладун Цэрэна. Я, император Тай-цзун, соглашаюсь на брак моей дочери Вэнь Чэн с тибетским королем Сунцзан Каньбу и перед всеми даю торжественную клятву в том, что не нарушу свое слово. Живите, дети, в мире и счастье! — И загнул третий палец на правой руке.
Тогда тибетский посол, глубоким поклоном поблагодарив императора, сказал:
— Решил я все три задачи, владыка Тай-цзун. Можешь ли ты выполнить теперь одну мою просьбу?
— Не оставайся в долгу перед землей, и тогда земля не останется в долгу перед твоим желудком, — отвечал китайский император, — проси, посол, что хочешь, все выполню!
— Когда станешь снаряжать дочь в далекий путь, не дари ей богатое приданое: в нашем краю много золота и серебра. Дай Вэнь Чэн пять мешков отборных семян, пять добрых плугов и пять лучших ремесленников: плотника, кузнеца, ковровщика, гончара и ювелира, — сказал Ладун Цэрэн и попросил разрешения удалиться.
— Иди в Тибет, лучший из лучших послов, поклонись королю Сунцзан Каньбу. Пусть он ждет принцессу Вэнь Чэн и все, что ты просишь. А за твой ум я дарю тебе вот это. — И Тай-цзун снял с пальца драгоценный перстень.
Поблагодарил посол императора за почетный подарок, вскочил на коня и помчался на запад. А навстречу ему дворник.
— Эй, друг, иди-ка скорее сюда. На, держи, — и Ладун Цэрэн бросил к ногам удивленного работника императорский перстень. — Это за твои заслуги, приятель!
Время шло. Принцесса Вэнь Чэн прибыла в Лхасу и вышла замуж за короля Сунцзан Каньбу. Она твердо помнила наказ отца: «Отныне китайский и тибетский народы будут жить в дружбе и единстве». Принцесса научила тибетцев ткать пряжу, плавить металл, делать бумагу, строить дома, обрабатывать землю и многому другому. Счастливы и довольны были такой дружбой и тибетцы и китайцы.
И если вы сегодня побываете в освобожденном Тибете и встретите рассказчика, первая легенда, которую вы услышите от него, будет называться «О том, как китайская принцесса стала женой тибетского короля».
   
Цюмэй Раму и Джаси Дордэ
 
По склону горы Чжилин сотни лет бежала река. Много легенд о ней ходило среди жителей окрестных кочевий. Но одну из них знали все — от мала до велика. Особенно хорошо умел ее рассказывать старый скотовод Гюцэн. Вечером он приходил к реке, садился, поджав под себя ноги, закуривал трубку и говорил: