Связь без брака (СИ)

— Александр Григорьевич Рудских, — протянул он мне руку, вставая с кресла.
— Иван Добряшов, — ответил я взаимностью.
— Кто тебя научил так бегать Иван? И главное зачем? Ты ведь спринтер, а не бегун на дальние дистанции.
— Это готовит тело к разным нагрузкам, да и позволяет мышцам получать больше кислорода.
Он задумчиво на меня посмотрел.
— Это тебе Артём Викторович рассказал?
— Нет, прочитал в библиотеке. Я сам составил себе программу тренировок.
— Сам? А как же твой тренер?
— Артём Викторович был так добр, что записал меня в свою команду, поскольку я из школы-интерната, сирота. По-другому я бы никак не попал на эти соревнования.
Эта информация, его удивила очень сильно.
— Ты всё больше меня удивляешь, тогда позволь ещё один вопрос, почему ты бегаешь босиком? Это что, то же какая-то техника? Я слышал кенийские бегуны так же бегают.
Я рассмеялся, а он недоумённо на меня посмотрел.
— Мне просто не в чем тренироваться, — признался я, — я ведь не идиот, просто так бить ноги.
Он мой смех не разделил, а лишь покачал головой и попросил завтра утром не убегать без них. Я конечно же согласился.
Артём Викторович уже не переживал на мой счёт, спокойно сказав, что они будут ждать меня внизу, когда я ополоснусь. Сам завтрак прошёл в весьма грустной обстановке, парни ковырялись в тарелках, а Ира наклонившись ко мне, прошептала на ухо, что им Артём Викторович сегодня сказал, что тот из них кто подойдёт к ней вне стадиона, дома будет бегать утром каждый день по десять километров. Судя по тому, как подростки старательно отводили взгляды от девушки, угроза была реальной.
***
Второй день соревнований закончился моей победой на 200 метров, а Николай в своей возрастной категории занял третье место, так что он был горд как никогда, установив к тому же личный рекорд. Это здорово подняло всем настроение, так что даже Артём Викторович смиловался и сводил нас покушать мороженого, чему все были чрезвычайно рады, особенно Ира. В окружении людей, которые точно не причинят ей вреда, она словно расцвела и стала ещё красивее. Поэтому парни, несмотря на установленный запрет, нет-нет, да на неё засматривались.
***
Утром, спустившись вниз, я стал обладателем неновых, но весьма хорошего качества кроссовок, которые мне подарил тренер, сказавший о необходимости беречь ноги. Окрылённый тем, что мне есть в чём тренироваться, я так рванул вперёд, что меня никто из их группы так и не догнал.
Сегодня был заключительный день соревнований, потом у нас было два выходных дня погулять по городу и в понедельник мы должны были выехать обратно. Эстафету 4 по 100 мы кстати выиграли, Артём Викторович в этот раз поставил меня замыкающим, и получив палочку эстафеты последним, я неимоверным рывком вперёд, принёс нам всем победу. Получив медали за первые места, ребята и вовсе обрадовались. Напряжение, царившее в соревновательный период, их отпустило, и угрозы тренера больше не казались чем-то страшным. Снова начались поползновения к Ире, которая всё сводила в шутку.
В субботу, все отправились на экскурсии, я же остался в гостинице. Я сначала думал прошвырнуться по магазинам, чтобы купить себе новую форму, но передумал. Пример с шортами был показателен, так что не факт, что я всё смогу оставить себе и так со мной приедут неплохие кроссовки, являясь поводом для того, чтобы их у меня отняли. Так что к сожалению, деньги, полученные обманом у Пня, нужно было оставить до лучших времён у тренера.
Внезапно в дверь постучали, удивлённо поднявшись с кровати, я пошёл открывать, и какого же было моё удивление, когда за порогом стояла запыхавшаяся Ира.
— Быстро! Пошли! — она схватила меня за руку, таща за собой.
Думая, что произошло что-то с ребятами, я тут же надел башмаки и закрыв комнату, быстро пошёл за ней, но мы прошли всего с десяток метров, поскольку она остановилась возле своей двери, открыла её и посмотрев по сторонам, что рядом никого нет, втолкнула меня туда, закрывая её.
— Ложись на кровать! Быстро!
— Ира ты сдурела? — я понял к чему пошло дело, и член у меня стал подниматься, а дыхание стало тяжёлым, — у меня даже презервативов нет.
 
— У меня есть! Раздевайся, — она стала быстро скидывать с себя одежду, так что мне только и оставалось, как раздеться самому.
— Справишься? Или мне надеть? — она вытащила из вещмешка яркую, явно не нашу упаковку, рванув её зубами.
Подойдя к кровати, она нагнувшись, быстро раскатала презерватив на член, затем взгромоздилась на меня, оседлав пах. Возбуждённый член, даже через резинку чувствовал жар её пещерки. Девушка наклонилась ко мне, чтобы поцеловать, и я почувствовал, как и у неё дыхание дрожит и срывается.
Целуясь, я внезапно почувствовал, как грудь становится мокрой, а на губах тоже ощутил соль.
— Ир? Что случилось?
Она не отвечала, лишь прижалась лицом к плечу, и я понял, что с большой долей вероятности секса не будет.
— Ир? — я погладил её по спине, ощущая там одни рубцы.
— Я такая грязная, что самой противно. Ты меня сейчас ненавидишь? — со всхлипами произнесла она.
— Конечно, ты обломала мне первый секс, — честно ответил я, — как ещё к тебе относиться.
Она замерев, попыталась с меня слезть, но я удерживал её очень крепко.
— Козёл, — сообщила мне она, немного спустя, поднимаясь и упираясь в грудь, но в красных и полных слёз глазах, уже было видно смешинку.
— К тому же презерватив зря потратили, импортный между прочим! — продолжил я, обвинять её суровым тоном.
Тут она не выдержала и фыркнула, а на губах появилась слабая улыбка.
— А ты что, в них так хорошо разбираешься?
— Ну, не хуже некоторых. Слезай с меня, у меня член разламывается от стояка.
Она извиняющее на меня посмотрела, и спустившись, легла рядом, повернувшись спиной.
— Обними меня?
Я тут же это сделал, положив руку на упругую грудь, кольнувшую меня острым соском.
— Ваня!
Руку пришлось убрать, но я крепко прижал её к себе, стараясь не смотреть при этом на исполосованную спину в старых и новых шрамах. Так мы пролежали около часа, пока она не успокоилась, и не повернулась ко мне лицом.
— Давай в другой раз?
Я промолчал, встал и стал собираться.
— Ты не сердишься?
— Конечно сержусь, но у меня есть выбор?
— Спасибо, — она улыбнулась и послала мне воздушный поцелуй. Я лишь покачал головой и отправился прямо с надетым презервативом на члене к себе, хоть для чего-то его использовав потом в ванне. Низ живота и яйца ломило так, что хотелось лезть на стену, так что пришлось самому себя удовлетворять, хоть в этом резинка мне пригодилась.
В воскресенье Ира не стала сбегать от группы и отправилась на экскурсии, весело проведя время, я же все эти два дня ходил на стадион и тренировался, чтобы чем-то себя занять. Нужно было отметить, что не я один это делал, ещё десять ребят там занимались, поприветствовав меня.
А в понедельник мы рано утром отправились в обратный путь. Парни были счастливы, полны эмоций, обсуждали медали, а также свои полученные по итогам забегов разряды, ну и немного мою квалификационную книжечку со значком — мастер спорта.
Когда автобус привёз меня к воротам интерната, мы с Ирой переглянулись, обоим идти туда категорически не хотелось, но другого выбора не было. При выходе, я отдал Артёму Викторовичу зачётную книжечку и удостоверение, в которые положил деньги, сам значок, а также остальные медали и кубки, оставив себе только по одному экземпляру за 100 метров. Пень и правда организовал у себя в кабинете некую доску почёта и вешал туда мои награды. Тренер понимающе на меня посмотрел, но сказал, что всё сохранит. Я лишь его поблагодарил, как и всех остальных, попрощавшись с ними.
Идя словно на эшафот, мы с Ирой добрались до дверей и сразу же попали словно под рентгеновские лучи вахтёров, которые быстрыми взглядами стали нас обшаривать, смотря что можно забрать. Кроссовки я предусмотрительно замотал в спортивную форму, а ничего более у меня и не было с собой, поэтому они разочарованно нас пропустили. Соседи по комнате также видя, что у меня ничего с собой нет, вяло поинтересовались, какое место я занял. Ещё более вяло поздравив, узнав, что первое. Им было всё равно.