Это (не) Игра! х1 (СИ)
Жрать захочешь — и не так раскорячишься…
───── ✧⋅✧⋅✧⋅✧⋅✧⋅✧⋅✧ ─────
Старушка-земля.
Временная линия:???
Коэффициент течения времени: 1 к???.
Лера откинулась на спинку компьютерного кресла, прислонив ладони обеих рук к глазам. Спать не хотелось, но усталость за прошедшую неделю накопилась нешуточная. Её вступление в сообщество пропадающих в никуда безо всяких зацепок людей принесло определённые дивиденды: она теперь, по крайней мере, знала, что без мистики тут не обошлось. Потому что не могли люди в мегаполисе пропадать сотнями, да так, что камеры или ничего не показывают, или вообще отключаются! Пока ещё власти пытались замалчивать все эти случаи, но получалось у них из рук вон плохо. Даже внутренний раскол наметился, так как исчез сынок мэра столицы, а уж тот своих отпрысков любил всем сердцем, судя по масштабу развёрнутой силовиками деятельности. Уже и в метро без досмотра попасть было невозможно, и опрашивали всех потенциально причастных. Но официально — тишина.
Неофициально же…
Лера точно как и намеревалась пробилась-таки в квартирку младшего брата, а после и «вскрыла» некоторые его аккаунты. Но и там, на первый взгляд, не было ничего подозрительного. Ни в первый день, ни во второй, ни даже в третий девушка не обращала внимания на последнее письмо, поздравляющее с регистрацией в популярной ныне мобильной игре. В её видении это просто не могло быть взаимосвязано. Но когда та добродушная женщина-толстушка, активистка и просто пробивная леди, озвучила в том несчастном чате свои соображения о причастности к исчезновениям мобильной игры, а после просто исчезла из запертой квартиры, находясь в соседней комнате с мужем, со всё теми же симптомами, — вещи, телефон-кирпич и никаких следов, — Леру пронзила необычная догадка.
Она в считанные часы опросила кого можно и кого нельзя, получив пугающую, невозможную картину. Все пропавшие зарегистрировались в этой игре. И все оставили после себя вещи, за исключением частных случаев, где эти самые вещи растащили недобросовестные люди. У всех телефоны вышли из строя, что пусть косвенно, но говорило в пользу её теории.
Теории о том, что мобильная игра выдёргивала людей в свой мир.
Игра, суть которой, возможно, крылась в названии.
«Это (НЕ) Игра».
Лера читала о попаданках и попаданцах. Много читала, да и аниме про этот феномен смотрела. Были там и сюжеты о попаданцах в игру, причём первые такие появились чёрт пойми когда, задолго до многих ныне известных шедевров, ценителями отнесённых к категории незабвенной классики. Вот только переложить всё это на реальность и не посчитать себя сумасшедшей до этого дня не могла. Попасть в игру? Бред же! Даже виртуальную реальность ещё не воплотили в металле, а просочиться через монитор или экран телефона — это что-то за гранью фантастики.
Но иных догадок не было, и Лера целенаправленно, используя все свои знания и жизненный опыт, готовилась. Готовилась к попаданию. Изучала гайды, смотрела записи геймплея, знакомилась с самой игрой и много-много думала. Больше всего её пугало то, что лишь один игрок из пяти с первого раза и без подсказок проходил первый этап игры, своеобразный пролог. Остальные теряли своих персонажей и были вынуждены начинать заново. И со второй попытки за бортом оставался каждый третий.
Игра была сложной. Игра создавалась для ценителей и знатоков РПГ-жанра.
И если братишка попал в эту игру…
Он определённо любил такие игрушки, и мог в них играть, забывая об экзаменах и зачётах в вузе, опаздывая на поезда или питаясь водой и божьим духом целую неделю, покуда родители не возвращались из отпуска. До поры он был страшным игроманом, и потому шансов у него там было всяко больше, чем у рядового обывателя, завлечённого красивой рекламкой.
Отчаявшаяся девушка могла надеяться только на это и ни на что больше. И готовиться, твёрдо намереваясь разобраться… или шагнуть следом за братом в попытке тому помочь.
Потому что игра эта была полна сюрпризов, а её ближайший родственник меньше всего на свете любил гайды…
Глава 07
Стоит признать, что язык мимика на вкус был очень неплох. А уж жевать сидя перед костром, который получилось соорудить из обломков мебели, обнаружившихся в логовище перебитой стаи звиггов… Ляпота! Только гитары не хватает, да уверенности в завтрашнем дне. Но продолжение охоты определённо задалось: паук, парочка скелетов и, как финальный аккорд долгого дня, звигги были навеки мною упокоены в этих холодных подземельях. Как итог, я обзавёлся дровишками и долгожданным третьим уровнем, который сам по себе принёс возможность выбрать ещё одну черту. И вроде бы я с ней определился заранее, но…
Всегда есть «но», и не одно.
Помимо [Внимательности], не-игра предлагала [Интуицию], [Звериное чутьё], [Зоркость], [Вкус маны] и ещё четыре десятка специализированных способов что-то увидеть, почуять или различить. А общее количество доступных черт превысило, навскидку, несколько тысяч вариантов, не чета тому количеству, что предлагалась при создании персонажа. Благо, что система фильтров тут была о-го-го, и откликалась просто на желание. «Хочу что-то для алхимиков» — и вот тебе полторы сотни полезных черт. «Хочу научиться сражаться» — вот и «перки», не просто позволяющие чему-то научиться, а вкорячивающие в мозг соответствующее знание. Ну, примерно как с моим хладнокровием: я просто начал хладнокровно мыслить в любых опасных ситуациях, и точка. Полезно? Очень! Хотелось бы получить? Конечно же!
Вот только никакое мастерство во владении оружием не поможет выжить, наступив на незамеченную ловушку или попавшись в цепкие тентакли виспа-иллюзиониста. В моей ситуации внимательность — это базовая черта, без которой дальше было никуда. А аналоги… спе-ци-фи-чны. Хороши в отдельно взятых направлениях, но не универсальны. А мне сейчас как раз универсальность и требуется, так как я не знаю, чего ожидать дальше, кто будет пытаться меня убить и что я встречу на своём пути.
Вздохнув, я выбрал [Внимательность], и, кажется, на секунду отключился: перед глазами резко потемнело и сразу же посветлело, но как-то… ярче? Я прищурился, но сколь бы ни мотал взглядом из стороны в сторону, однозначных отличий обнаружить не смог. Что, в общем-то, логично: себя убедить можно было во многом, но внимательность — это не зелье кошачьего глаза, а, скорее, психологическая «фишка», без которой мои шансы на выживание падали в разы. Всё-таки я даже в лес на охоту никогда не ходил, а всякие там силки и капканы видел только в своём воображении, читая книги, да на мониторе в разных играх, не блещущих реалистичностью. Ничего приятного в том, чтобы получить в почку арбалетный болт, выпущенный самострелом, который я активирую, наступив на незамеченную нажимную плиту не будет. Да и иллюзии…
Хуже попытки изнасилования в мозг может быть только увенчавшаяся успехом попытка изнасилования этого же мозга. Я как в играх не любил всяких там телепатов, иллюзионистов и прочих любителей при полной физической немощи вызвать горение пониже спины, так и здесь… ненавидел их, пожалуй. Потому что лично испытать на себе такой обман, которому ты даже сопротивляться не в силах — это очень, очень неприятно.
Словно в душу нагадили, а в голове огород разбили и свиней туда пастись запустили…
Так как мысли резко свернули не туда, доедал я без особого удовольствия. А потом, зевнув, лёг у стеночки там, где было почище. Усталость давила так, что даже нервничать не было никаких сил. Да и по поводу местных монстров беспокоиться, похоже, не стоило: они не бродили по округе. Как правило, твари или стояли на месте (скелеты, например), или сидели в засаде (пауки и звигги), дожидаясь появления «игрока» — вашего покорного слуги. Ну а коль нападут посреди моей условной ночи…
Что ж, лучше сейчас, когда здоровье полное, а рядовые противники не так уж и сильны. Едва голова опёрлась за использованную вместо подушки руку, как сознание стремительно меня покинуло.