Дворянин. книга первая. часть первая (СИ)

Я же, сославшись на усталость, пошёл спать. Как же уснёшь тут? Пришлось делать революцию в отдельно взятой кровати. Убрал громаднейшую перину и кучу подушек на пол. Чай не зима не замёрзну, и только потом завалился спать.
Вставать пришлось ни свет ни заря. Чёртовы петухи, раскукарекались, как ненормальные. Вернее — это они нормальные, а вот я в такую рань вставать не привык. Умывание, опять проблема, чёрт их всех возьми. Пришлось из ведра у колодца…и без мыла. Так точно какую-нибудь гадость подцепишь. И, главное, не заметишь как.
После скромного завтрака пошли на завод. Сначала посмотрел, что тут и как. Действительность оказалась чуть лучше, чем думал. Тут уже даже рельсы делали для Николаевской дороги Санкт-Петербург — Москва. Не так, как я привык, но тем не менее. Слишком много ручного труда на каждой фазе. Если бы крепостные были бы наёмными рабочими, рельсы вышли бы точно золотыми. А так, все мастера и рабочие были крепостными и приписаны к заводу. Даже сам управляющий Борисов. Сами рельсы предварительно уже катали. Но у меня больше сложилось впечатление, что их больше отковали из чугуна. Но не совсем из чистого чугуна, а с железом. В общем, какой-то сплав. Поэтому и в народе потом дорога получила название — чугунка. А вот форма уже "современная" или почти такая. Не помню я это точно. Но, по-моему, должна быть другая? Или нет? Вообще запутался с этим окончательно. Махнул на это дело рукой и пошёл заниматься своими делами.
Собрание с мастерами началось с казуса. Я, оказывается, не знаю русских мер длины и веса, которые сейчас используются.
— Значит так. Будем делать, как во Франции. Переходим сейчас на их меры. Тем более вес не сильно критичен, в отличие от размеров — хлопнул я ладонью по столу и прекратил дискуссию. — Даёте мне хорошего плотника, а я пока сделаю разметку. А вы потом сделаете из твёрдого металла несколько штук. Потом я сделаю чертёж. Плотник по нему из дерева заготовки. Вы потом всё воплотите из рельсового чугуна.
Дальше я очень долго чертил гусиным пером, матюгаясь, что нет никаких карандашей. Начертил примерно двадцать сантиметров, отдал плотнику и объяснил что делать. Не знаю, правильно или неправильно, но будет так. Тут главное сам принцип. Дай бог, хоть за пару дней и сделают. Всё тут делается…не быстро. Никто, никуда особо не торопиться и не спешит. 
Затем начертил чертёж валиков, станины, в которые их устанавливают, и остального, и пошёл в кузню. В ней нашёл кузнеца по тонким работам. Возникла и проблема с металлом и отковкой тонких кусочков. Но справились, и с ним же изготовил четыре современных рыболовных крючка. Пришлось и напильником самому поработать, грузики сделал из свинца. Всё получились не такое изящные, как должно было быть, но ничего — сойдёт. Тут рыбы много и не такая избалованная, как дома.
— Барин, а это зачем? — видя, что я спокойно с ними обращаюсь, да и напильником сам работаю, задали вопрос кузнецы. Пришлось объяснять. Они не очень и поверили.*
— Вот завтра и увидите — забрав свои поделки, пошёл на местный рынок. Понятно, что леску я тут не нашёл. Зато купил у местного мастера по кожаным изделиям два куска прочной тонкой нити метров по шесть, за шесть копеек. Заодно присмотрелся к неплохим местным тканям изо льна. Слуг нет. Всё надо делать самому. Теперь надо найти, кто мне из этого сошьёт одежду. Тут в Людиново, похоже, я застрял надолго. Хорошо, что за "казённый кошт". Так что можно и свои кровные потратить.
— Пётр пойдёшь, завтра по утрени со мной на рыбалку? — спрашиваю сына Борисова, парня лет девяти, за ужином. За столом установилась немая сцена.
— А что вы придумали? — опомнился Новак.
— А пойдёмте со мной. Я думаю и вам, тоже будет очень интересно — интригую собеседников. 
Чуть рассвело. К водохранилищу от дома управляющего двинулась целая делегация. Я с червями в колотой глиняной миске. Пётр возбужденный и прыгающий вокруг нас. Новак с Борисовым и Фёдор с удилищами. На подходящем месте вырезал две рогатки, поплавки из камыша, всё подготовил и закинул удочки. 
 
— Раньше мы тут только по осени, когда уже прохладно, сетями ловим — поделился со мной Борисов. 
— Сетями вы ловите много и крупную, а свежей рыбки хочется сейчас. Да и вон плотву, которую я вижу, не сильно и поймаешь — улыбаюсь я в ответ. — А так и отдых и к столу что-то перепадёт. 
Когда поворачивался, увидел недалеко крестьян, наблюдающих за нами. Подходить боятся. Надо признаться — рыбалка удалась! Крупная плотва сантиметров сорок хватала как ненормальная. Попалась даже маленькая щучка. Попробовали все и с немалым азартом.
— Удивили, просто удивили Дмитрий Иванович. Но кто бы мог подумать — восторгались Новак с Борисовым на пару. Пётр же с гордым видом тащил на кукане улов. Фёдор влюблённо удочки. Да уж удочки… трёхметровые дрючки, вырезание мной вчера из дерева и обструганные ножом.
Пользуясь их хорошим расположением, предлагаю сделать душ. А-то в такую баню я больше не ходок. Пусть сами моются по-чёрному, да и то, не каждый день.
— Это чтобы можно нормально и быстро помыться. И баню топить не надо — объясняю им и получаю добро. Хотя особо мог и не спрашивать.
На заводе плотник справился с заданием. Сделал деревянный метр, деления затёр сажей и покрыл лаком. Мастера задумку оценили быстро, а когда я рассказал, как можно сделать раздвижной метр, радость их от хорошей придумки была неподдельна. Как мало людям надо, чтобы выразить свои эмоции. А-то мастера постоянно с веревочкой с узелками бегали туда-сюда.
Пока они делали измерительные метры, я проставил на чертеже размеры. Объяснил, чего нужно и сколько. Тут легче, все мастера грамотные. Сам же занялся деталями для душа. Вот тут пришлось покрутиться и мне, и кузнецам. Хорошего железа было мало, и никто на это дело мне не дал бы. Усовершенствовать же "на халяву" производство уже я сам не желал. Да и не знаю я, как это делать в больших масштабах.
Часть деталей пришлось делать из ковкого чугуна, больше методом отлива. Таскать всё это — ещё то удовольствие. А приходилось много и самому. А за частью отливок нужно было посылать в Сукремль, там было расположено художественное литьё Мальцевых.
Возни у меня вышло "выше крыши". Получился очень маленький домик в конце участка. Зато с отдельной раздевалкой и чугунной раковиной для умывания и душем. Даже канализацию вывели подальше. Хозяин это новшество оценил неоднозначно. Как бы и нужно, но и без него вполне можно обойтись. В общем, господская блажь. Вот только дворовые крестьяне Борисова начали хмурить брови. Им теперь надо заполнять бочки с водой и лазить по лестнице. Пришлось заняться ручным насосом для колодца…и ничего у меня не получилось. Трубы большого диаметра из чугуна делать не умели. Да и надобности на заводе в этом не было. Поршень выточить тоже проблема. Мощности завода все заняты. А где взять резины для клапанов, я даже не представлял. Спрашивать Борисова с Новаком даже не стал, они бы не поняли такую проблему. Поэтому пошёл другим путем, как все "нормальные" герои…то есть в обход. Сделали под моим руководством "журавля" с ведром на 20 литров, и два человека быстро наполняли деревянные бочки. Новак почти постоянно ходил со мной и всё замечал. Явно ещё потом и записывает, "промышленный шпион", мать его так.
Со временем нашёл того, кто мне сшил пару костюмов изо льна, полотенец, да ещё и с вышивкой. Подрядил кожевника, у которого я покупал крепкую нить, сделать туфли с медными пряжками, полусапожки и перчатки. Всё это оставляло желать лучшего…но у меня и этого не было. Ну что есть, то есть. Ничего я с этим поделать сейчас не могу. А-то придётся ещё ходить босиком, или не дай бог в лаптях, и всё…тогда точно на себе можно ставить крест и самому ложиться в гроб. Так же приобрёл литовские деревянные башмаки — клумпес вместо тапок — ходить по двору. Этим поступком вызвал неодобрительную реакцию Новака. На этом вся моя наличность и закончилась, осталось меньше рубля. Надеюсь, что скоро получить первую зарплату. Уже почти месяц тут.