Король механизмов (СИ)

Шум… что ещё туда входит? Мематика и пустота? Да, это я ещё не умею подчинять.
Но сущность нежити в этом всём играла очень важную роль, и её выход из строя сбил монстру прицел во всём.
Ещё один такой же находился перед Тией. Девушка выглядела серьёзно раненой, но уходить не спешила, а на её лице мелькнуло отчаяние. Она безнадёжно проигрывала и боялась погибать.
Взгляд уцепился за пару тел бесформенных монстров — видимо, это была её способность каард. А значит — это последняя жизнь.
Майр выстрелил вторым семенем монстру в спину, и процесс частичной ассимиляции пошёл. Монстр упал на землю и, в отличии от предыдущего собрата, не сопротивлялся, а начал распадаться на части.
— Спа… сибо… — послышался хриплый голос покойника, прежде чем тот исчез, оставив после себя сферу, в которой происходили метания чёрных линий. Делали они это совершенно хаотично, и голова начинала болеть от одного их вида.
Собственно, это был последний. Ещё одного прыгающего прикончил наш проводник. Он появился в самый последний момент из-за спины монстра, который сам проявился в ауре астрального зверя.
Затем тварь сковали рунические светящиеся цепи, и она повалилась на землю.
— Спа… сибо…
Финальная фраза была… точной копией такой же у первого монстра. С той же интонацией, будто на повторе.
— Они погибают, когда остаются на одном месте дольше секунды, — поняла Белая. — А простое замедление делает их уязвимыми. Только мой перед смертью не благодарил, а проклинал.
Её жуть всего происходящего не сильно трогала. Но полагаю, ей многое уже пришлось повидать.
Или дело немного в другом:
— Сколько воли? — спросила она.
— Не понял?
— Характеристика Воля.
— Понятия не имею. Система даёт нам проценты или цифры, но они очень абстрактны.
— Поинтересуйся у главного терминала, — сказала девушка. — Она определяет базовую защиту от влияния на разум. Затем ещё множитель сопротивления, если есть.
— Брось, Арк, об этом же Конрад рассказывал… или ты тогда спал, а это я слушала?
— Сайна! — обрадовался я.
— В астрале исцелять значительно легче, — послышался голос Безымянного.
Кот с гетерохромией выглядел недовольным.
— Никогда не встречал подобного. Кого ты привела с собой, белый котёнок?
— Подношение.
— Это были слуги твоего подношения. Полагаю, планы меняются.
— Меняются? — вмешался я.
— Не обращай внимания. За сотни лет сама собой вырабатывается привычка говорить себе под нос всякое. Идём.
— Тия, ты как? — спросил я у шаманки. Та всё ещё сидела на черной земле и приходила в себя.
— Нормально. Но у меня не осталось жизней. И ещё. Я не могу отсюда уйти в свой мир.
— То есть ты не сможешь возродиться? — спросила Белая. — Это плохо. Арктур, ты как? Сколько есть способностей возрождения?
— Ты так говоришь, будто они есть у каждого. Хотя покров каят работает и здесь, так что абсолютная защита тоже сработает. Там три заряда, но я могу перелить в них ману и будет около шести-семи.
— Сколько тратит маны трюк с деревом? — спросила она.
— Как один покров.
— Тогда пока не нужно. У нас нет урона. Сейчас попробую свет.
Белая закинула за спину автомат, и место в руках заняла рельсовая винтовка тамарцев.
— А сколько у тебя жизней?
— Было одиннадцать. Девять жизней астрала, три стихийные жизни и одна от Долины. Четыре унесли монстры.
— Много…
— Этого больше не повторится. Я кажется поняла их принцип работы.
— Рад это слышать, потому что я пока понимаю слабо, несмотря на совиную мудрость.
— Пока что могу только сказать, что их нужно замедлять, и что они неуязвимы и неуловимы в обычном режиме. Как влияет антимагия, я не поняла.
— Ладно, поговорите в пути. Не стоит чужакам задерживаться здесь дольше положенного.
— Кстати, а что только что вообще было? — спросила Сайна.
— Низкая воля, — кивнула Белая.
— Ой всё! — всплеснула Сайна. — Мне опять на разум навели что-то да?
— А ты не помнишь?
— Я съел часть её воспоминаний, иначе она сошла бы с ума, — сказал кот. — Было очень невкусно.
— Безымянный, ты можешь ощутить, где их хозяин?
 
— Везде, как и полагается мысли.
— Здесь какая-то аналогия со скоростью звука? — спросила Белая. — Следующий уровень?
— Нет, белый котёнок. Не смогу объяснить.
— Красных цветов становится больше, — заметила Сайна.
— Если они снижают волю и внушают ужас… — начал я. — … то это ведь звучит, как описания магии Хостера.
— Правила этого места не работают так, как на земле, — сказала Белая. — Я ведь правильно говорю, Безымянный?
— Вечные есть суть вечный сон, состоящий из сна и являющийся сном, проявленным через ужас в реальностях, — туманно ответил кот.
— Перевод будет? — я посмотрел на Белую.
— Этот слой реальности состоит из материи сна, — пояснила она. — Поэтому обычные деревья здесь не растут, и часть способностей не работает. Здесь свои законы вместо известной физики.
— Материя сна?
— Ещё одна цепь. К счастью, не активная у нас. Змей предполагал существование цепи сновидений, ассимилирующих реальность. Здесь работают только астрал, призрачная магия изнанки и навыки сновидцев.
— Короче, ассимилировать долину этот тип не сможет, — подвёл я итог.
— Возможно…
— Вот и толку с вашей болтовни, — махнул хвостом Безымянный.
— Кто-нибудь может его отследить? — спросил я, и обвёл взглядом всю компанию.
Девушки по очереди покачали головой.
— Муа-ха-ха-ха-ха-ха! — прозвучал леденящий душу механический двоящийся смех.
Взявшись за оружие, мы снова встали спина к спине.
— Могу призвать Мерлина, — сказала Тия. — Он должен ответить на прямой приказ Далахан.
— Делай, — кивнул я. — И Мыша. Это же тоже возможно?
— Да, у них не будет ограничений по времени, как и у меня.
Я посмотрел на Белую. Услышав имя бывшего товарища она чуть дёрнулась.
— Ты против? — спросил я напрямик.
— Нет. Просто… мысли, — она не стала вдаваться в подробности.
Вскоре они собрались из светлячков Тии прямо перед ней.
— Мерлин? — обратился я к всаднику.
— В норме, — отрапортовал он. — Где мы?
— Астральный осколок. Один из кошачьих миров, — ответила за всех Белая. — Ты маг света?
— А кто у нас сейчас главный? Ну, это я так, просто чтоб знать, если вы решите приказывать одновременно, а бедный я не справлюсь.
— Всадник всегда подчиняется Далахан, а наш Далахан — корректору. Так что ответ очевиден, — улыбнулась Белая.
— Ага, хорошо. Люблю стабильность. Кого выжечь светом дотла?
— Скоро увидишь.
— Ничего не понятно, но очень интересно. Я же говорю — стабильность!
— Белка… — с трудом проговорил мужчина в седом парике и зелёном сюртуке нараспашку. — Прелестно. Ты жива — и я уже счастлив.
— Мы вытащим тебя. Вернём! — неожиданно прорезались эмоции девушки.
— Не вернёшь, — продолжал улыбаться всадник. — Эта личность очень сильно разрушена. Боюсь, я сейчас просто боевая машина на службе Далахан.
— Зачем Стена вообще делает это с проходчиками? — спросил я.
— Не знаю, — не улыбаться Мышь, судя по всему, не мог. Значит, я был прав, и это последствия кривого мода.
— Арктур может. Мы вернём тебя. Проходчики семнадцатого передали нам знания.
Я бросил взгляд на кота, но тому на наши внутренние разборки было плевать. Он только недовольно махал хвостом и демонстративно посматривал в сторону цветов. Алых среди белого поля становилось всё больше.
— Ты ведь можешь? — девушка обратилась ко мне.
— Возможно, — уклончиво сказал я. — Мы этого ещё не пробовали.
— Двуногие, понимаю ваши чувства, но стоять на месте не вариант, — подал голос Безымянный.
— Давайте двигать, пока нас не догнал один ренегат.
Но он больше не проявлялся.
Только зловещий смех — и ничего больше. Что бы это не значило.
— Ты же можешь его съесть? — осторожно спросила Белая.