Король механизмов (СИ)

Белая посветлела и куда-то исчезла. Видимо, раздавать приказы.
Летуны… как-то я про них совсем забыл. А ведь это по сути та же биологическая цепь. Они полностью поддаются всем видам его ассимиляции, да и моей тоже — дендроморфов я мог из них создавать уже сейчас. Сложность была только в том, чтобы сохранить свойства и сущность летуна — там уже была нужна прокачка соответствующей ветви терминала. Но просто захватить тело и сделать растительного зомби — легко.
— Арк, так чего звал-то? — вернул меня в реальность Риллдоу.
— Есть вопрос. Как раз по части защитных ритуалов. Есть ли способ закрыть город от пустоты и псионики?
— Весь город? — Удивился он. — Теоретически — да. Практически — сомневаюсь. А что?
— Нужно заблокировать возможность этой нечисти нас шантажировать ассимиляцией города. У нас связаны руки, а сидеть и просто ждать новый удар — путь к поражению.
— Тут я соглашусь, — кивнул он. — Но такому ритуалу потребуется много силы на поддержание. Это как завести второй генератор, только на мане. Но это ещё пол беды. Не существует волшебных средств блокировки. Нужен принцип работы, сердцевина ритуала.
— Сердцевина? В смысле, особый материал или…
— Нет-нет, я о том, что я не специалист по псионике. Я могу создать ритуал, но какой? Мне понадобится кто-то, кто может заблокировать или подавить воздействие. Сильный псионик защитного типа с уклоном в окклюменцию и защиту сознания. Это редкое направление — слишком узкий и не самостоятельный класс.
— Белая поищет, — кивнул я.
— Ещё подойдёт кто-то из духовников-освятителей. Инквизиторы, экзорцисты, жрецы с противодействием контролю или с воодушевлением. Это уже жреческая ритуалистика, но тут я разберусь, не впервой. Как вариант — массовое поднятие воли, как в легенде о подземном короле. Это уже подход с другой стороны. Не блокировка воздействия, а повышение сопротивления. На высоком уровне воли он просто не пробьёт базовое сопротивление организма.
— Примерно понял. А с пустотой что?
— Здесь сложнее… — признал ритуалист. — Пустоту не блокирует практически ничто. Она берёт силу в негативных эмоциях и распаде души, то есть изнутри жертвы. Здесь не обязательно прямое воздействие как с псионикой. Достаточно косвенного.
— Например, химические вещества, повышающие выработку кортизола? — спросила Сайна.
— Да. Или блокировка на выработку дофамина. Сойдёт любой способ заставить жертву испытывать отчаянье и душевную боль. Болезненные воспоминания, гибель товарищей, просто какие-нибудь мерзкие иллюзии, от которых становится тошно. Способов масса, а защититься от этого можно только если быть просветлённым или быть нежитью без эмоций.
— А магией никак? Поднять ту же волю?
— Воля да, универсальная вещь от любого контроля, извне, изнутри, от разных стихий… Я уже говорил, в чём загвоздка. Нужен образец магии, которая защищает от пустоты, и я попробую разработать на этой основе защитный ритуал. Но мёртвая магия — редкая дрянь. От неё избавиться реально только через перерождение. Лечение одержимостью этой заразой — давняя проблема. Лучше повышения воли пока ничего не придумали. Ну, ты знаешь историю о Макароне.
— Ха, у него угрозы не больше пары сотен, а разум бы сопротивлялся лучше, чем у некоторых архитопов!
Защита от пустоты, говорите…
Я припомнил все случаи своей встречи с мёртвой магией. Впервые мы столкнулись с этим явлением, когда копьё, тогда ещё эпик, прикончило пересмешника. Эта стихия всегда вызывала беды с башкой и с завидной регулярностью жрала своих адептов. Эдакая радиация от мира магии, и примерно с теми же разрушительными последствиями. Хотя по принципу работы она больше похожа на болезнь.
Вспомнил Алкоста. Кажется, вампирский сигил ауспекс немного помогал сопротивляться. У Серой в книгах должны быть и другие подобные.
Впрочем, это Стена. Здесь возможно то, что было бы нереализуемо в нормальном мире. Тёмный Мики управлял мёртвой магией без особых последствий и всё ещё мыслил здраво. То же самое можно сказать и про Альму, у которой один из навыков сделан из фрагмента пустотника, но полностью изолирован от влияния на её душу.
 
Значит, способы изоляции этой дряни есть. Правила физики и магии на Стене те же, что и везде, как я понял. С рядом отличий в разных мирах, но основа устройства стихий одна и та же. Разница в том, что здесь куда не плюнь — попадёшь в исключение из какого-нибудь правила.
А затем я вспомнил то, что стоило бы вспомнить в первую очередь.
Битва с проклятыми перед терминалом парадоксов!
Тот момент, когда наше копьё взорвалось от контакта с неизвестной стихией, являющейся естественным антагонистом для мёртвой магии. Позже из остатков этой энергии Нэсса создала источник. Правда, без возможности пополнения маны в пассивном режиме — для этого девушке необходимо было часами сидеть в медитациях.
— Сайна. Зови Нэссу! Будем думать. И Белой тоже передай.
* * *
Первые новости появились спустя три часа.
За это время ассимиляция спустилась до семидесяти шести процентов.
Уже зная, что враг непредсказуем, я всё равно пытался предусмотреть все возможные ходы. Усилиями топов-добровольцев и большинства архов, город был зачищен от нечисти. Но она продолжала упорно лезть. Понемногу, постоянно меняя тактику и погибая, но продолжала.
Главной целью, как мы уже знали, были попытки задеть нас эмоционально. Потому в город лезли всё более извращённые кадавры, которых могло породить только очень больное сознание. Но теперь на передовой были отряды опытных проходчиков, которые уже успели повидать нижние этажи, и не страдали впечатлительностью.
Сила тварей оставалась плюс-минус на прежнем уровне, но вот мерзотность увеличивалась регулярно. Новые версии чудовищ или устраивали представления с попыткой вызвать болезненные воспоминания, или пытались впечатлить жестокостью и отвратностью внешнего вида, или лезли в мозги.
Шум больше не появлялся, что говорит о том, что кадавры были расходным материалом, а эти монстры занимали некую более высокую ступень иерархии.
Результат попыток поиска Хостера был удручающим.
Он перестал атаковать, но в то же время и не спешил уходить, продолжая нагнетать обстановку. Терминал молчал, однако проходчики заметили, что признаки влияния псионики и мёртвой магии увеличивались. Как и вирус с токсином никуда из города не девались.
— Топы обследовали город, — сообщила Белая. — Они прошлись до самых границ. Твари действуют на психику, но как воины они так себе.
Я перевёл взгляд на Тию.
— Что с летунами?
— Зона влияния очерчена полусферой, — сказала Дина. — Но её очертания не точные, так что центр определить невозможно.
— Летуны настолько высоко мне не подчиняются. Чем выше — тем сильнее птицы, а моя сила с расстоянием падает, — тихо добавила Тия. — Мне жаль, они могут иногда подвергаться воздействию и нападать с неба. Но это будет случаться не часто.
— Спасибо. Получается, он где-то в городе или на первом этаже, — сказал я, устало потирая виски.
Над Стеной уже давно был рассвет. Возможно, Хостер как-то связан с ритмами дня и ночи и нападает только в тёмное время? Ладно, это было просто пальцем в небо. Слепая надежда, что у нас будет время на передышку.
Впрочем, даже так, нельзя было ею пользоваться. Если он по каким-то причинам не спешит атаковать, значит что-то задумал и копит силы. Возможно, как я и думал, решил запустить конвейер, ассимилировать монстров с ближайших локаций и отправить на штурм.
— Жаль нет времени заниматься поисками ниже, — проворчала Белая.
— В этом нет необходимости, — сказал я, глядя на карту города.
В геометрическом центре был Генератор. От него к краю шла самая большая дорога — к Обсерватории. Если судить по словам Тии и топов, то предположив сферическую форму зоны влияния Хостера, получится, что он находится на Генераторе.
Я представил некросуггестора медитирующим на месте Кирвана и мрачно ухмыльнулся. Выглядело так же нелепо, как было в реальности — у Генератора сейчас находилось полно охраны, включая архитопов…