Ядовитые узы, или Два зельевара — гремучая смесь (СИ)

Первый раз меня так назвал Джерсемей Лакс. Но только я ступила на порог, Джерс и его скачки были забыты – с потолка на железных цепях разной длины свисали разноцветные мозаичные фонарики и отбрасывали на стены причудливые блики. Мягкий ковер под ногами приятно пружинил, а общий полумрак, стеллажи со всякой всячиной и большой северный камин заставили влюбиться в жилище карлика. Сейчас угли едва тлели и служили для уюта, но я слышала, что такие печи способны спасти в самый суровый мороз. Согреть душу, обезопасить от любой напасти – уверена, у мастера-артефактора дом полон защитных механизмов. У окна, забранного ромбовидной решеткой, примостились столик и кресла с вязаными чехлами. Наверное, здесь клиенты ожидают заказа или своей очереди.
– Подожди здесь, – снарр кивнул на кресло, будто был хозяином, и отвел артефактора в сторону. Они заговорили на незнакомом грубом языке – по всей видимости, языке карликов.
Я заглянула в сумку – детеныш все еще спал, и была надежда, что в мастерской даже не узнают, кому предназначается иллюзия. Наверное, это будет ошейник.
Артефакт с полной магической иллюзией – визуальной и тактильной – удовольствие очень недешевое, но снарру по карману. Я слышала, что некоторые знатные леди носят серьги или кулоны «с секретом» – заклинанием, прячущим или маскирующим внешние недостатки. А один военачальник, потерявший руку, заказал себе особый браслет – и иллюзорная кисть действовала как настоящая. Наибольших успехов в артефакторике достигли снарры и карлики.
– Хорошая работа.
Я подскочила со стула и опустила глаза на парнишку-карлика, невесть откуда взявшегося из полумрака. Они не только быстрые, но и бесшумные, что при их комплекции удивительно.
– Простите?
– Хорошая работа, похоже на моих сородичей из Арингарда.
И я наконец поняла, куда он смотрит – на маленькое колечко в моем левом ухе, от сглаза. Сколько себя помню, всегда оно было со мной и скрывалось за волосами. Но я, видимо, заправила их за ухо, и карлик увидел амулет. Но о чем он толкует?
– Вы, должно быть, что-то путаете… – язык не повернулся «тыкать» парню в три раза меня шире, – эта сережка у меня с младенчества, от дурного глаза. Так дед говорит.
– Мы видим нити иллюзии, здесь невозможно ошибиться, – он развел руками с ладонями-лопатами и робко улыбнулся, – Вы носите иллюзию-артефакт.
Я потянулась к колечку, чтобы снять и развеять нелепое предположение, но, как и когда-то раньше, потерпела неудачу.
– Возможно, на нем дополнительное запирающее заклинание. Отец Вам точно скажет. Я у него пока в подмастерьях…
Кресло приняло меня в теплые объятия. Я обхватила голову руками – неужели деда не знал? Или лгал мне всю жизнь? Но если это правда артефакт, то откуда он взял столько денег? Ограбил банк на Золотых островах?
А следом постучалась еще более пугающая мысль – что скрывается за этой иллюзией? А что, если я какой-нибудь орк или вообще парень? Солнце, помоги!
В ответ на мой вопрос паренек беззлобно рассмеялся.
– Силовое поле этого артефакта охватывает голову и шею. До плеч.
Я автоматически тронула кромку волос, ровно до плеч – вот почему они никогда не росли ниже?! Не то чтобы я не задавалась этим вопросом, но деда вел себя так, будто все в порядке вещей. Будь я помешанной на внешности, вроде Лайзы или хотя бы Лили, то он огреб бы куда больше головной боли.
Но я хотя бы не орк. И, слава Солнцу, не парень.
Тут вернулся снарр с золотой побрякушкой и кивнул на выход.
– Мне нужно поговорить с мастером, – более не глядя на эльфа, я двинулась к приземистому карлику.
– Чего желаете, миледи? – судя по тому, как лучилось его лицо, чей-то кошелек заметно потяжелел. И тут я вспомнила про подкинутые монеты. Цинично использовать их же против снарра, но я не простила шантаж и угрозы в адрес птенца.
– Артефакт от чтения мыслей и эмоций, – я не была уверена, что таковой вообще существует, но попытка не пытка.
– Идемте, миледи.
Он выдвинул какую-то книгу со стеллажа, и полки подались вперед, открывая потайной проход. Я крепче прижала к себе сумку и шагнула в темноту.
 
Карлик что-то шепнул, и под потолком вспыхнул калейдоскоп разноцветных фонариков, как и в предыдущей комнате. Я не сдержала вздох восхищения.
Мастер взял со стола незамысловатое колечко.
– От сильных менталистов не защитит, но от усиляющих артефактов – вполне. По особому заказу я могу создать и абсолютную защиту, но энергии потребуется очень много, и времени, ну Вы понимаете… – а глаза намекали – и денег.
Раньше, чем мастер договорил, я поняла, что это не мой вариант.
– Могу я доверить Вам тайну?
– Конечно, миледи, – по лицу было видно, что мои секреты интересуют его как Лайзу платья с прошлого сезона, но он держался. Надо же, вселенная карликов поистине параллельна с нашей.
– Я пью кровь снарра, чтобы не умереть. Из-за крови между нами образовалась связь – он читает мои мысли, а мне иногда удается услышать его. Во сне я видела картину из его прошлого. Мне нужен артефакт, чтобы закрыться.
По мере того, как я говорила, морщины на широком лбу становились глубже, а в голубых глазах впервые зажигались искры интереса.
– Никогда не слышал о подобном, – наконец, пробасил карлик, – но подозреваю, что обычные средства при такой связи не помогут.
В глубине души я знала ответ, потому разочарования не было. Лишь легкое сожаление.
– У меня к Вам еще одно дело, мастер…
– Бревлин, – охотно подсказал артефактор, и я с опозданием различила гравировку «Мастерской Бревлина» на щитообразном значке.
– Мастер Бревлин. Взгляните на эту сережку, – я откинула волосы с левого уха.
– Работа арингардских мастеров, – карлик подтвердил слова сына, – Вы желаете экспертизы?
– Я хочу его снять, – сказала и немного пожалела о своей поспешности – действительно ли я хочу увидеть свое истинное лицо? А если я уродина? Деда часто говорил, что от большого знания одни печали.
Мастер Бревлин придвинулся вплотную, так что борода защекотала щеку и подбородок.
– Сожалею, этот артефакт под паролем. Пароль получил тот, кто принимал заказ у мастера. Вместе с изделием.
Деда, нас ждет интересный разговор.
– Благодарю, мастер Бревлин.
– Ты расскажешь, о чем секретничают юные человеческие девушки с крадалшин? – снарр перехватил меня у двери, – скоро улицы заполонят работяги, задерживаться было неразумно.
– Крадалшин? – я вскинула глаза на эльфа. За ночь я успела забыть, как он прекрасен в дневном свете.
– Так они себя называют.
Карлики?
– Да ни о чем…
Эльф одними глазами выразил насмешливое недоверие. Не спрашивая дозволения, он забрал сумку из моих рук и защелкнул на шее птенца золотой ободок ошейника. На глазах воздух вокруг него зарябил, а сам грифоныш обернулся худеньким серым щенком гхар знает какой породы. Сердце сжалось от жалости – казалось, малыш держится на последнем издыхании.
– Это южногорный волкодав, самая крупная собака из известных, – ошарашил эльф, – новорожденные волкодавы не впечатляют, признаю, но за месяц он сравняется по размерам с котенком льва того же возраста. Грифон почти идентичен льву по развитию, ты знаешь, а для продолжительной иллюзии необходимо соответствие ее размеров оригиналу. Иначе она порвется, как узкое платье на пышнотелой барышне.
– Занятное сравнение, но вполне прозрачное, – я погладила спящего щенка по макушке и досадливо прикусила губу. Эльф говорил так, будто предпочитал этот тип женщин. Или мне просто показалось. Да какая разница?
– Месяц у вас не возникнет проблем, а там решим, что делать дальше.
 
– Потом ты убьешь его? – я отступила на шаг.
– Нет, я не сторонник бессмысленного насилия.
– Но если сочтешь, что грифон угрожает твоему плану, насилие обретет смысл? Что ты сделаешь, когда мы больше не сможем прятать его под личиной?
– Моему плану уже ничто не помешает, расслабься. Завтра ты поедешь со своим новым другом на практику – боюсь, только тебя он признает за мать, будешь кормить молоком и через декаду, как откроются глаза, начнешь давать мясо.