Укус (ЛП)

— Мы что, просто оставим их?
— Почему бы и нет?
— Они убийцы.
— Мы тоже. И им это известно.
— Конечно, известно, — вставила Пегги.
Я стукнул ее фонариком.
— Да хватит уже, — заныла она.
— А ты рот не разевай, — наказал я.
— Мне самой не сильно по душе это идея — отпустить их на все четыре стороны, — сказала Кэт. — Но есть ли у нас выбор? Мы не можем сдать их в полицию. Они сдадут нас, и мы сядем за убийство Эллиота.
— Хочешь сказать, он не воскреснет этой ночью? — спросил я.
— Может, воскреснет, но я не стану биться об заклад. Если мы попытаемся засадить этих двоих за решетку — сами там в итоге окажемся. Так что тащить их за собой — не вариант.
— Да, ты права.
— Конечно, мы можем убить их, — заметила Кэт как бы между прочим. — Как тебе такой вариант?
— Ну, как тебе сказать…
— Плохой вариант! — заверещал Донни. — Эй, послушайте. Вы не можете нас просто убить. Не стоит!
— Вы пытались нас убить, — напомнила Кэт.
— Нет, вовсе нет!
— Вы тайком, в темноте, прокрались к нам. После того, как попытались закидать нас камнями. У Пегги был нож, у тебя — штопор. Вы собирались нас убить, ребятки, — подвел черту я.
— Не собирались! — закричал Донни. — Фигню несёшь!
— Да заткнись ты уже, — процедила Пегги.
В этот раз я не стал ее бить.
— Мы собирались убить их, — продолжила она, — и ты это знаешь, так что хватит заливать. Ушей у тебя нет, что ли? Они отпустят нас, если мы не будем выводить их из себя. Так что заткни свой фонтан хоть сейчас.
Донни умолк.
— Так вы нас отпускаете? — уточнила Пегги.
— Что думаешь? — обратилась Кэт ко мне.
— Не знаю. Если они возьмутся за старое…
— Не возьмемся, — сказала Кэт. — Никогда. С меня хватит.
— Я усвоил урок, — добавил Донни. — Обещаю никогда больше ничего плохого не делать.
— Надеюсь, это не пустые слова, — сказала Кэт.
— Честно-честно, обещаю вернуться к маме, в школу…
— А я поеду в Лос-Анджелес и найду работу, — сказала Пегги.
— Не в Лос-Анджелес, — сказала Кэт. — Мы там живем. Выбери другой город.
— Сан-Франциско?
— Пойдет.
— Значит, отпускаем их? — спросил я у Кэт.
— Если у тебя нет идеи получше — да.
— Думаю, мы не можем просто взять и… убить их.
— Мне тоже не хочется мараться. А тебе?
Я покачал головой.
— Может быть, в этом нет чего-то плохого. Убить Эллиота мне не казалось неправильным решением.
— Он был вампиром, — сказала Кэт. — Как и эти двое.
— Да, но Эллиот напал на тебя. То была защита. А тут — другое дело. Тут…
— Но мы не вампиры! — встрял Донни.
— Заткнись, — сказала Пегги. — Но, постойте, вообще-то да, мы никакие не вампиры, так о чем это вы?..
— Вы — вампиры иного рода, — сказала Кэт. — Вас просто солнечный свет не жжет, вот и вся разница.
  
56
 
— Снимай мои ботинки, Донни.
Пока он возился с ними, Кэт надела рубашку. Я встал и отошел от Пегги. Подобрал две банки «Пепси», пока Кэт обувалась, и запихнул по одной в карманы джинсов.
— Вы всё забираете! — простонал Донни.
— Можешь оставить себе фонарик, — сказала Кэт.
— Вот уж спасибо…
— Не хочешь, значит, фонарик?
— Не хочу! Зачем он нам, когда вы и так все забрали!
— Только то, что было у нас украдено, — поправила его Кэт.
— А нам что делать?
— Заткнись, — сказала Пегги, поднимаясь с колен.
— Делайте, что хотите, — сказала Кэт Донни. — Но мы вам ничего не оставим, и с нами вы не поедете.
— Но мы умрем, если останемся здесь. Вы сами сказали!..
— Ну так не оставайтесь здесь, — пожала плечами Кэт.
— Дождитесь ночи, — предложил я, — и уходите. Тем же путем, каким сюда пришли. Спуститесь в пустыню и шагайте прямо. Рано или поздно наткнетесь на дорогу.
— А как наткнетесь, — добавила Кэт, — поголосуйте. И кто-нибудь добрый и отзывчивый подбросит вас, куда пожелаете.
— Для его же блага ему лучше послать вас куда подальше, — не удержался я.
— Мы не будем его грабить, — сказала Пегги. — Я обещаю. Урок усвоен.
 
— Что ж, хорошо, — сказала Кэт. — Пошли, Сэмми.
Я последовал за ней. Вход в шахту располагался в тени, но после мрака, царившего внутри, мир снаружи воспринимался болезненно ярким. Снова поднялся ветер, но и он не мог развеять жаркое марево.
Когда мы вышли, я обернулся и бросил взгляд на проход.
Никто не вышел за нами следом.
Обогнув пласт обнажившейся горной породы, мы потеряли проход из виду. Пока мы шли через заброшенный рудник, я то и дело поглядывал назад.
Но ни Пегги, ни Донни не появились.
Вечернее солнце окрашивало румяными полосами обветшалые и покинутые останки горнодобывающего лагеря. И в этом теплом свете руины вдруг перестали казаться такими уж безнадежно мертвыми и иссушенными. Свет придал им оттенок некой тайной жизни — столь скрытной и странной, что ни одному смертному не суждено было ее постигнуть. Скрытной, странной… в чем-то — пугающей. Даже пикап начал казаться притаившимся зверем, следившим за нами из-за угла лачуги.
Руины бросали длинные, темные тени на землю.
— Красиво, правда? — сказала Кэт.
— Да. Это всё свет.
— Поселение-призрак.
— Точнее сказать нельзя, — кивнул я. — Не хотел бы я остаться здесь на ночь.
— А мы и не останемся.
— Это обнадеживает.
— Эх, были бы у меня шнурки… — вздохнула она.
Я глянул на ее ноги. Туристские бутсы мотали незакрепленными языками при каждом ее шаге.
Мне понадобилось время, чтобы вспомнить, почему шнурков не было. Она подвязала ими сарафан Пегги, после того, как обе лямки порвались. Потом, после того, как злосчастную простыню залило кровью Снега Снеговича, Кэт переодела ее в рубашку и джинсовую юбку.
— Если мы вернемся тем же путем, что пришли, — сказал я, — то можем найти платье Пегги и вернуть твои завязки.
Кэт нахмурилась.
— Оно же за телом Снега?.. — спросила она, явно не вполне уверенная в истинности своих слов.
— Должно быть там.
— Да, там, где стоял фургон… пока Пегги не попыталась уехать без нас.
— Верно.
— Веревка должна быть там же, — сказала Кэт. — Возьмем ее и шнурки.
Вскоре мы дошли до того места, где фургон, неуправляемый, протаранил скалу и издох. Остановившись у повисшей на одной петле двери, мы некоторое время смотрели на безжизненную развалюху.
— Их не видно? — спросила Кэт.
— Нет. Я не вижу. А ты?..
— Тоже.
— Может, они решили заночевать в шахте.
— Вряд ли. Будешь что-то брать из фургона?
Я подумал о своей походной сумке. О сумке Кэт. Одежда, предметы первой необходимости… все то, что мы спешно паковали с ней на пару в ту роковую ночь.
— Пусть лежит, где лежит, — махнул рукой я. — Не хочу тащить это все на себе.
— Подожди здесь, — сказала она и запрыгнула внутрь.
Она вернулась через пару минут с лопатой и ледорубом.
— Ты шутишь, — выдохнул я.
— Мы очутились здесь в первую очередь из-за того, что захотели предать тело Эллиота земле, не так ли?
— Поначалу было так.
— Так не думаешь ли ты, что сейчас самое время закончить работу? Вернем кол ему в спину и закопаем — прямо там, где он сейчас лежит.
— Но…
— Я помогу тебе нести вещи, — заверила Кэт и снова скрылась в фургоне. В этот раз она вынырнула с сумкой.
— Но зачем… — сник я.
— Не волнуйся, ее буду я нести. Могу и лопату взять.
— Не нужно, — вздохнул я. — Справлюсь уж как-нибудь сам.
Мы снова обратили взгляд к руинам. Ни Пегги, ни Донни не появились.
— Готов идти? — спросила Кэт.
— Готовее некуда.
Она несла сумку. Я — лопату и ледоруб.
 
В сумке что-то позвякивало и перекатывалось.
— Что у тебя там? — спросил я спустя некоторое время.