Обручённые Хаосом (СИ)

       — Грубить не обязательно, — повторил Оливер. — Драться я не умею, но кто сказал, что до драки вообще дойдёт? Неприятно было познакомиться. 
  
12
 
  Только когда его шаги почти стихли, меня попустило. Будто со всего тела подняли тяжеленный камень. Тут же захотелось это самое знакомство продолжить и скоротечно завершить… но я скорее сожру свой диплом юриста, чем побегу за никчёмным человечком, посмевшим бросить мне вызов.
       — Дар, ты серьёзно? — поинтересовался я холодно. — Когда ты усыновил этого ёбаного Олли и почему меня не пригласили на свадебку моей любимой кузины?
       Дар выразительно вздохнул и, мимоходом покосившись в окно, хмуро уставился на меня.
       — Сынок, давай без этого твоего дерьма, а? Олли — однокурсник Джинни, давний друг и славный парень. И похититель жизни, а это самый паршивый подвид некромантов. Не цепляйся к нему.
       О, я бы обсказал в красках, под каким соусом собираюсь сожрать этого славного парня с его дружбой. Да так и замер, вдруг осознав, что жаждущий кровавой расправы зверь во мне уступает следаку и окружному прокурору. С дипломом, да.
       — Что ты сказал? — переспросил осторожно. — Вот это — похититель жизни?
       — Уже жалеешь, что нахамил Олли? — Дар усмехнулся, глянул эдак укоризненно, уселся на стул напротив. — У меня дома, попрошу заметить.
       Он издевается? Или моего старика начинает одолевать маразм из-за чрезмерной любви к дочурке?
       — Потом территорию пометишь, — припечатал я. Достал комм из кармана, выложил его на стол и открыл папку с фотографиями инквизиторских писулек. — Там Лэнса сожрали.
       — Что?.. Я его не ел, только собирался! Честное слово, сынок, не моя работа!
       Я подозрительно прищурился. В каком смысле «собирался»? Собирался влезть в разборки с оборотнем из другого клана? Или что?.. Впрочем, наплевать. Что бы там ни воображал о себе мой дядюшка, а сделать с Лэнсом то, что сделал убийца, никак не сумел бы.
       — Да это и так всем понятно, — ворчливо заметил я, кивнув на комм. — Ты точно всё ещё лучший ищейка в Грейморе или нам с Арти стоит подыскивать новую кандидатуру? Хотя и искать не надо — у Эммы ушло пять минут, чтобы достать это.
       — Мне кажется или я мало порол тебя в детстве?
       — Вообще не порол.
       Да и руку-то поднял один-единственный раз в жизни… Но об этом точно лучше не вспоминать; настроение и так уже на уровне «нажраться и забыть».
       Не забудешь, Хота. Никогда не забудешь. Нет в мире столько гномьей сивухи, чтоб выполоскать из памяти всю ту херню, которую ты творил.
       — Какая прелесть, — пробормотал Дар, брезгливо изучая фото. Трудновато, конечно, опознать в ссохшейся мумии самого противного из моих кузенов — разве только по длинным рыжим патлам, каким и иная девчонка позавидует. — Ну да, такое мало кто способен сотворить. Поганая смерть, даже для такого обмудка… Мой драгоценный кузен Боргур будет в восторге и непременно придумает, как обвинить нас в кончине своего любимого племянничка. И знаешь, что самое паршивое? Похоже, Реджина и Оливер были последними, с кем он говорил.
       — Реджина? — переспросил я недоверчиво. — Он виделся с ней?
       — Он не виделся, а пытался завалить её прямо посреди кабака; и я бы даже не узнал об этом, если бы не Олли, — Дар яростно сверкнул глазами, явно жалея, что первым не добрался до полудурка. — Имеем охерительную историю: Лэнс при свидетелях домогается девушки, ссорится с ней и её дружком; поутру они шустренько укатили прочь, а от Лэнса осталась одна кожура. Вопрос: на кого подумают первым делом?
       — На меня, — едко сообщил я. — Потому как в данный момент мне очень, очень жаль, что Лэнс уже мертв. И нет, не читай мне нотаций про «оставь мою дорогую доченьку нецелованной», мы это уже проходили! К счастью, я не стрёмный мажонок с даром, идеально подходящим под преступление. А вот твой новый сынок — да. Уверен, что хочешь пускать его в кроватку Джинни?
 
       — Джинни двадцать два, она сама разберётся, кого пускать к себе в кроватку.
       Разумеется. Кто угодно достоин твоей дочери, Дар, только не я, не тот, кто был с ней рядом столько лет! Не тот, кому она предназначена. Не тот, кто любил её больше всего на свете. Не тот, кто творил всякую хрень и тащил в свою постель кого попало, лишь бы не позволить себе ничего лишнего… Потому что ты убил бы меня. И был бы прав.
       Она хотела пустить в свою кровать меня. Но ты, дорогой дядюшка, сделал всё возможное, чтобы этого не случилось.
       — Раньше ты так не думал.
       — Я учусь на своих ошибках, но ты, похоже, и не пытаешься! — Дар недовольно помотал головой, с силой растёр переносицу. — Хота, я люблю вас обоих. Плевать, что ты мне не веришь, это правда! Поэтому не вынуждай меня выбирать сторону и оставь уже мою дочь в покое.
       — А я что, по-твоему, сделал?!
       — Боги, Хота, да взгляни ты на себя! Пять лет прошло, а ты приходишь как ни в чём не бывало и ведёшь себя точно ревнивый женишок. Хватит этого дерьма, ладно? Хватит. Нет у тебя на это никаких прав.
       — Что ж, — холодно отчеканил я, хотя внутри всё просто кипит. От злости, от невесть откуда взявшейся обиды, от желания вгрызться в глотку сопернику, осмелившемуся отбирать то, что всегда принадлежало мне. По праву, да. — На что у меня есть право, так это задержать предполагаемого убийцу, подходяшего под описание, вызвать сюда Инквизицию, а потом в суде обвинить всех присутствующих в укрывании преступника. К счастью для тебя, ревнивый женишок помнит, что он ещё и глава клана. И должен заботиться обо всех его членах, начиная с твоей дочери и заканчивая бывшим вожаком, потерявшим нюх.
       Дар, до сих пор пытавшийся сдерживаться, резко поднялся с места, оттолкнул стул. Оскалился, и я почти услышал поднимающийся из его груди рык. Признаюсь, на короткое мгновение стало страшно и даже стыдно. Но чувство это быстро ушло, стоило только коротко глянуть в окно.
       Во дворе Джинни снова весело возится с близнецами, точно позабыв о моём приходе.
       Не имею права. Не должен смотреть на неё, любить её; Хаос побери, даже дышать в её сторону! Какой-то час назад я и вовсе не собирался ехать сюда. И правильно делал: ведь стоило только увидеть Реджину, как во мне тут же проснулось всё то собственническое дерьмо, от которого я так старался избавиться.
       Не избавился.
       Она принадлежит мне. Она моя! А он снова пытается отнять её у меня.
       — Бывший вожак сам отдал тебе клан! — рыкнул Дар. Не как любящий дядюшка, но как другой альфа. — Но может и забрать назад.
       — Он может попробовать, — в тон ему отозвался я.
       Никто не смеет оспаривать мою власть. Даже родной дядя. Тем более родной дядя.
       — Серьёзно, Хота?
       — Я всегда серьёзен, Шандар. В своих намерениях, планах и чувствах. Жаль, что ты этого так и не понял.
       Он открыл было рот, но я схватил комм и направился к двери, показывая, что наш разговор окончен. Пока и впрямь не подрались — Изара не одобрит.
       — Я всё сказал. Присмотри за своей непутёвой дочуркой; клубочек там дай, пусть поиграет. И не приведи Хаос тебе выпустить её из дома, пока я во всём не разберусь! Быть может, мне удастся сделать так, что вы все тут не сядете.
       Молодец, Хота гро Маграт. Показал, кто тут настоящий альфа, а кому пора не пенсию. Разве что взрыва за спиной не хватает, а дверьми я перестал бить ещё пару лет назад.
 
       Осталось только разобраться, откуда взялась эта противная боль в груди.
       «К врачу сходи», — едко посоветовал внутренний голос с интонациями бабушки.
       Впрочем, лекарство у меня уже имеется. Зовётся работой и уже который год начинается со звонка моей секретарше.
       — Эмма, свяжись с Лоренцом. Через два часа он должен быть в моём кабинете.