Код красный (СИ)

Идеальный затылок. Идеальная шея. Идеальные плечи, обтянутые тонким джемпером. Уши тоже идеальные…
— Эй, Джеки! — голос подруги разрезал воздух. — Ты куда пропала?
Сердце забилось быстрее, Джеки отпрянула и снова скрылась за углом. Ч-ч-чёрт.
— Да иду я, подожди! — Она поджала губы и посмотрела в потолок.
Пора вернуть на лицо безмятежность и выйти к людям. Но как себя вести с Артуром? Как вообще ведут себя с парнями, которые нравятся? Боже… А ведь, если он останется, придётся сталкиваться с ним по утрам, он увидит её помятой, растрёпанной — еще более растрёпанной, чем сейчас, — и злой. Будет видеть, как она неэлегантно сидит на стуле, забравшись на него с ногами, и слизывает кетчуп с пальцев, когда тот стекает с куска пиццы.
Джеки зажмурилась. В груди завязался узел нервов.
Нет, Артуру нельзя здесь оставаться. Он такой идеальный, а она по сравнению с ним смешное, зажатое несовершенство. Еще и эти сраные веснушки, устилающие тело сплошным ковром. Неудивительно, что Арт её не запомнил: таких не запоминают, а если и запоминают, то только с пометкой «ну та, вся оранжевая».
Она расправила плечи, глубоко вдохнула, заполнив лёгкие под завязку, и шумно, резко выдохнула.
Выгнать. Только выгнать. И плевать, что впереди ночь, а им негде ночевать. А ещё хорошо бы вообще не смотреть на смоляной затылок. Джеки вышла из-за угла и опустила взгляд на коробки. Влетела в кухню и почти бросила их на стол. Тесса и Люк сидели рядом на тесном угловом диванчике, и подруга заканчивала какой-то рассказ, начало которого Джеки не слышала. Но как только коробки упали на стол, Люк встрепенулся и уставился на них.
Тесса схватила верхнюю и раскрыла. Над столом повалил ароматный пар.
— Почему так долго? — Подруга склонилась над пиццей и громко втянула носом воздух.
«Потому что у меня была паническая атака», — мелькнуло в голове.
— Потому что курьер перепутал коробки, — выронила Джеки и притянула к себе последний свободный стул.
— Надо было брать, что дают: вдруг там оказалось бы что-то дороже пеперони?
— А вдруг нет? И тогда нам досталась бы дешманская «Маргарита».
Тесса согласно хмыкнула и потянулась за первым куском. Парни странно притихли. Джеки тихо вдохнула и только сейчас покосилась на Артура. Он, так же, как и Люк, пристально смотрел на колбаски, но лицо осталось бесстрастным. Что, похмелье не дало нормально позавтракать?
— Вы вообще ели сегодня? — Джеки перевела взгляд на Люка и тоже протянула руку за треугольником пиццы.
Тот заметно передёрнуло.
— Мы с рассвета собирали вещи, носили в машину, я заделывал дырку в потолке…
Тесса, уже успевшая откусить кусочек, закатила глаза.
— О боже, на. — Она развернулась к брату и воткнула ему в руку свою часть. Посмотрев на Артура, хмуро указала на коробку. — Ты тоже можешь взять.
Милашка. Парни, не пытаясь казаться вежливыми, набросились на коробку. Джеки успела затолкать в рот кусок, и сыр длинной нитью оторвался, повиснув на губе. Сама элегантность, чёрт! Но Артур, кажется, не заметил. Если нет, ей повезло. Она быстро встала со стула, отвернулась к раковине и схватила с плиты чайник. Незаметно отёрла губу ладонью и принялась набирать воду. 
— Что за дырку в потолке ты заделывал? — Она на секунду обернулась через плечо и глянула на Люка.
Но тот оказался слишком занят жеванием.
— Эд выстрелил пробкой в потолок, — заговорил Артур. — Ты же знаешь нашего ударника Эда?
Прозвучало ужасно снисходительно. Ну класс.
— Я знакома со всеми музыкантами группы. — Джеки снова отвернулась. — И все они знакомы со мной.
Воды набралось достаточно для четырёх кружек. Нужно же куда-то деть руки…
— Похоже, осталось познакомиться только со мной, да? — в голосе Артура послышалась улыбка.
Господи…
— Это тебе осталось протрезветь и вспомнить, что нас уже знакомили.
— Ладно, поймала. — Он хохотнул. — Смотри, мы уже почти поладили. Нам будет легко сосуществовать рядом.
Как мастерски он всё вывернул в нужную ему сторону! Джеки поставила чайник на конфорку, прикусила губу, но так и осталась стоять спиной к столу. Чай. Сделать чай. Или кофе. Да плевать.
 
Артур, конечно, не знает, что она время от времени просачивалась на их выступления. Не то чтобы ей нравился «Код красный». Она с детства видела, как Люк кривляется с караоке-микрофоном, так что здесь для неё нет вообще ничего нового. Но на Люка Джеки и не смотрела. И даже не слушала. Потому что как примагниченная залипала на нового гитариста Артура... И да, мечтала познакомиться. А потом познакомилась, но он забыл её имя спустя секунды две.
Сейчас состоялось повторное знакомство, и забыть имя уже не удастся так легко. Так что… Может, это шанс? Подарок вселенной? На, Джекс, пользуйся, не профукай…
За спиной кто-то тихо откашлялся.
— Пожалуйста, Печенька, — негромко выронил Люк. Ну, конечно. — Ты не можешь нас выставить, это негуманно. У нас чрезвычайная ситуация.
Джеки наконец развернулась. Тесса вдруг громко прыснула.
— Иу-иу-иу-иу! — Она приложила ладони рупором к губам. — Красный код! Повторяю: красный код!
— Оборжаться как смешно. — Её брат закатил глаза, сдувая с лица чёлку.
Но смешно же. Джеки вяло улыбнулась и скрестила руки на груди. Итак, похоже, дело только за ней? Может, это единственный шанс быть наконец замеченной Артуром Грантом.
— Ладно. — Она коротко дёрнула плечом. — Если Тесса уже согласилась, я не буду мешать.
Кажется, он не поверил. Острое лицо вытянулось, голубые глаза округлились. Шах и мат.
— Что, и никаких условий? — Люк обалдело откинулся на спинку диванчика.
Идея, конечно, хорошая.
— Будешь вести себя, как мудак, придушу подушкой. С пяти лет мечтаю.
Артур заулыбался, а его друг победно вскинул руки вверх.
— Какая прелесть. Возвращаются наши ночёвки? — Его губы изломились в хищной ухмылке. — Как в старые добрые времена?
Когда он мазал их с Тессой зубной пастой? Подслушивал трёп про мальчиков? Подливал холодную воду в кровать? И правда, старые добрые времена.
— Аг-х-х… — Джеки поморщилась и зажала пальцами переносицу. — Просто заткнись, Люси.
На какое же, всё-таки, дерьмо она только что подписалась…
  
Глава 3
 
На краю сознания громко и резко заиграла монотонная мелодия. Люк дёрнулся и распахнул глаза. Перед ними пронёсся белый шум, до боли в глазных яблоках запрыгали желтые пятна, и он снова зажмурился, вслушиваясь в мелодию. Из груди вырвался сдавленный стон. Телефон Артура, мать его. Звонит где-то совсем близко… И вот звонок оборвался, а следом за ним послышалась приглушенная, невнятная речь. Люк тяжело перевернулся на спину. Каждая мышца и кость в теле отозвались тупой болью. Он снова открыл глаза, несколько раз моргнул и уставился в белый потолок с квадратной замысловатой люстрой в центре.
Сознание наконец просветлело. Вчерашний день пулей пронёсся в голове и растаял. И Люк снова выдавил стон. Это не знакомая и уже ставшая родной квартира миссис Норидж. Это комната Джекс Айеро, а спину ломит, потому что пришлось спать на полу. Люк поерзал по простыне и болезненно поморщился: позвоночник заныл от затылка до самой задницы. 
Значит, не приснилось. Всё было на самом деле. Злая бабка, переезд, перенос вещей без лифта, а потом перенос вещей уже с лифтом. И еще борьба с Печенькой за комнату… Надо было проситься в комнату к Тессе, там хотя бы раскладывается диван. У Печеньки же оказалась односпальная кровать, которую занял Артур. Как настоящая тёлочка. А Люк, как и обещал, обосновался на полу. На ковре.
Класс.
Он сунул руку под подушку, вытянул мобильник и, прищурившись, посмотрел на экран. Присвистнул бы, но губы пересохли. Три пятнадцать… боже. Он уронил руку с мобильником на грудь и снова зажмурился. Во рту пустыня, в глазах резь, тело будто сломано, и это он даже не пил вчера. Всего лишь выгнал одного имбирного пряничного человечка из своего домика.