Код красный (СИ)

— Смогу, — Люк взял следующую грязную чашку. — Ещё хочу предложить Айде что-нибудь из классики. Баха, например, до-минорную прелюдию или что-нибудь похожее…
— Ты ещё помнишь классику? — в голосе сестры прорезалось сомнение.
Господи. Ну она-то могла бы и не спрашивать.
— Конечно, нет, — Люк дёрнул плечами. — Я же это всё просто от нехрен делать говорю.
— Ну я серьезно!
Многие люди считают музыку несерьезным делом. Но от Тессы странно это слышать.
— Не задавай тупых вопросов, не получишь тупых ответов, — он коротко хмыкнул.
— Не все помнят то, что приходилось учить в школе, — сестра обиженно надула губы.
— Потому что не все делают это своей работой. Но для меня это работа, Тесса. Бах, Бетховен и прочие мёртвые чуваки — такая же моя работа, как сочинение своей собственной музыки или каверы на «Май кемикл ромэнс».
И замолчал. В кухне стало тихо. Но Тесса не ушла. Осталась стоять рядом, а ее пристальный взгляд ощутимо впился в скулу. Чего-то она хочет. Она явно пришла сюда не просто так. Люк закончил с чашкой, выудил гору вилок и ложек, сунул под воду… Молчание сдавило виски, как невидимый обруч. Сейчас что-то будет…
— Как твои дела, Люк? — вдруг мягко выронила Тесса.
Вот оно.
— Лучше всех, — он ополоснул приборы и отбросил на сушилку. — Не заметно?
— Нет, не заметно. Ты похудел, — его локтя невесомо коснулась маленькая ладошка. Почти незаметно, однако Люк подавил волну дрожи. Дерьмо.
— У меня сушка. Я оттачиваю скулы, — он повернулся к Тессе и криво усмехнулся. — Девочкам такие нравятся.
— Глазницы тоже оттачиваешь?
А не так-то просто съехать с темы.
— Да-да, именно так, — он прикусил губу и снова сунул руку под кран.
Выловил последнюю чашку и принялся тщательно ее оттирать. Может быть, даже слишком тщательно. Какого черта Тесса пришла сюда? Лезть в душу? Самое время. Вообще, в последние дни все будто сговорились.
— С Глостенбери снова облом, да? — сестра крепче взяла его под локоть.
Ч-ч-черт…
— Ты же и так знаешь, что облом, — Люк отставил чашку и хлопнул по смесителю. — Зачем спрашивать?
— Но у вас всё равно сейчас начнётся сезон фестивалей и разъездов, даже без Глостенбери. В следующем году будете пытаться снова? — во взгляде сестры появилось что-то странное.
Что-то… вроде жалости, да. Люк закатил глаза и отвернулся.
— Наверное, — подобрал полотенце со столешницы и резкими движениями вытер руки.
— Но на отбор нужна новая песня.
— Ага.
— Ты что-нибудь пишешь?
Мать её! Люк сильно сжал челюсти и отшвырнул полотенце. Нервы натянулись стальными прутьями. Мать её, мать её! Пухле он ещё мог втащить. Эду тоже. Но Тесса… Люк молча принялся расставлять посуду в шкаф над раковиной. Одна тарелка, вторая, третья… Горечь застряла в горле, движения вышли резче, чем хотелось бы. Пусть бы сестра свалила. Для неё же лучше. Зачем ещё и ей лезть в это дерьмо?
— Люк, — раздался ее тихий, мягкий голос. — Поговори со мной, — она несильно, но настойчиво потянула его за локоть.Порыв выдернуть руку на мгновение чуть не снёс крышу. Люк скрипнул зубами, но сдержался.
Это ведь Тесса. И в отличие от остальных, она хотя бы спрашивает не из корыстных целей. Он глубоко втянул носом воздух, задержал в лёгких и прикрыл веки. Три, два, один. Лучше ответить. Сорвать пластырь, и пусть идёт по своим делам.
— Почти не пишу, — Люк открыл глаза и звякнул очередной тарелкой. — Редко. Раз в несколько недель начинаю, выдаю пару строчек и бросаю.
Ну вот. Не так уж страшно это звучит вслух. Сестра будто не отреагировала. Но вот мягкие руки без разрешения оплели его талию и крепко сжали. Сквозь тонкую кофту проникло тепло. Люк на мгновение затих.
— Я могу помочь? — Тесса ткнулась лбом ему между лопаток.
Милая, заботливая Тесса.
— Стать соавтором? — он обернулся через плечо.
— Если захочешь.
Было бы очень круто сбросить свою ответственность на кого-то. С музыкой Тесса не помогла бы, но она тоже пишет тексты. В основном прозу, но и стихи у неё получаются неплохие. Однако…
 
— Нет, я сам, — Люк поставил последнюю тарелку и оперся ладонями о столешницу. — Спасибо.
Она тяжело вздохнула ему в спину, и поток воздуха пробрался под ткань. На секунду стало ещё теплее. Но вот руки разомкнулись, сестра отодвинулась, и по коже снова прошел холодок.
— Ладно, как скажешь, — послышался негромкий выдох. — Но ты обращайся, если понадобится помощь, ладно.
Что на это ответить? В горле застрял тяжелый шершавый ком.
— Буду иметь в виду, — Люк резко кивнул. Больше себе чем ей.
Это мило. Никогда он не воспринимал её, как взрослую, но, наверное, пора. Только сейчас он развернулся и привалился к столешнице. Скрестил руки на груди и стал наблюдать, как сестра уходит. Сеанс психотерапии окончен, горечь в горле медленно покатилась вниз. А Тесса вдруг остановилась в дверном проёме и обернулась.
Ещё не всё?
— Мне не нравится Артур, — она воровато выглянула в коридор и прикрыла дверь.
Неожиданно. Смена темы как контрастный душ. Люк выгнул брови.
— Обычно он всем нравится.
— Ой ну нет, — Тесса скорчила брезгливую гримасу. — Можешь сказать ему, чтобы перестал ко мне клеиться? Ну так, на правах старшего брата.
Люк улыбнулся одним уголком губ. В груди разлилось странное, приятное ощущение.
— Я почему-то думал, что моя взрослая сестра не захочет вмешательства в свою личную жизнь, — он задумчиво потёр щеку.
— Но до Уинстона ты всё-таки доколебался.
О да. Сдержаться было бы выше его сил.
— Потому что невозможно не доколебаться до чувака по имени Уинстон, — Люк издал хриплый смешок.
Тесса нервно цокнула и закатила глаза.
— Нет, правда, — она снова мельком выглянула за дверь. Голос упал до шепота: — У нас с ним вроде как серьезно, а Артур бесит своими дешевыми подкатами.
Люк всмотрелся в лицо напротив. Между бровей залегла маленькая морщинка, губы сжаты… А ведь Тесса говорит серьезно. Ладно, это даже приятно. Между ним и сестрой никогда не было особого доверия, но сейчас в этой кухне происходит что-то странное… В хорошем смысле. Люк коротко пожал плечами и кивнул.
— Хорошо, я с ним поговорю.
Никогда ещё не приходилось и в самом деле выполнять функцию старшего брата. Мысли были, но на них все и заканчивалось. Тесса достаточно смелая и решительная, чтобы прямо высказывать парням, когда им не в ту кассу. Просто в этот раз ей попался слишком непробиваемый парень.
— Слава богу, он не полез к Джеки, — она снова развернулась чтобы уйти, но остановилась. — У неё хватило бы ума послать его в зад, но лучше пусть держится подальше.
И она, больше не задерживаясь, скрылась в коридоре.
Хорошо, что скрылась. Иначе увидела бы, как Люк подавился воздухом.
  
Глава 11
 
Это случится сегодня.
Он обещал. Он исполнит обещание. Ведь исполнит?
Джеки влетела в дом, захлопнула зонт, и сноп брызг рассыпался по джинсам. Она их даже не почувствовала. Ткань и так насквозь промокла от бёдер до самых голеней. Волосы распушились, как жесткая мочалка, кисти рук покраснели и озябли. Не то чтобы дождь стал такой уж неожиданностью, но Джеки надеялась добежать до дома раньше.
Не успела.
Она бросилась к лифту, вытянула руку и на ходу резко стряхнула зонт подальше от себя. Очередной сноп брызг рассыпался по полу.
— Ч-ч-чёрт, — она вдавила кнопку вызова лифта.
Кабина сразу открылась. Джеки вбежала внутрь, выбрала этаж, и лифт, шурша, поехал вверх.
Она опаздывает всего-то минут на десять. Ерунда. Артур ведь не передумает за это время? Не должен. Он вполне дружелюбный или пытается таковым быть, а значит, не передумает. В конце концов, от этого зависит, станет он бомжом или нет. Он должен это понимать. Да, она его почти заставила. Скромно попросила, но… господи, нужно смотреть правде в глаза. Заставила. И это некрасиво. Наверное, не стоило так напирать.