Ответный удар. Дилогия (СИ)

— Я понял, сэр. — сказал Алекс, ничем не выдавая сути своего задания. Не исключено, что речь идет о том же русском, за которым прилетел он.
— Твое прикрытие, насколько я в курсе — должность Джейка. Тот парень, Дейв — поможет тебе войти в курс дела. Снабдит информацией, документами, если нужно — то и оружием. Со мной больше не связывайся, это опасно. Только в самом экстренном случае.
— Да, сэр.
Полковник тоже взглянул вверх, прикрыв глаза ладонью, сложенной козырьком
— Пошли обратно. Скоро мозги сварятся…
— В бардачке…
Подольски сунулся в бардачок Тойоты, маневрирующей между бетонными блоками, прикрывающими базу Рашид. В бардачке — лежал пакет из плотной бумаги, такой, в какие кладут сэндвичи из Макдональдьса — только никаких рекламных надписей на нем не было. Открыв его — он достал пистолет HK USP Compact, глушитель к нему, два запасных магазина и две коробки патронов. Одна — швейцарские, с уменьшенной скоростью, для использования с глушителем. Глушитель был нештатный — AAC Pilot, самый компактный из всей линейки. Другие — обычный стандарт НАТО, без обозначения производителя. Ничего не говоря, подполковник начал снаряжать магазины.
— Кобура?
Местный ЦРУшник отрицательно покачал головой
— Нету. Можешь купить через Интернет, если нужно. Здесь с этим никаких проблем, если конечно, есть, куда заказывать. Закажи на посольство, с этим проблем нет. Пистолет чистый. Можешь сбросить, если надо.
— Я понял. Что еще?
Местный ЦРУшник — достал из тайника, который он остроумно спрятал в галстуке небольшую карточку памяти.
— Посмотри. Только не копируй.
Подольски достал свой коммуникатор, через переходник подключил карточку. На экране появилось лицо. Обычная фотография, на документы.
— Твой контактер. Русский, в районе сорока лет. Документы на имя Серова Александра Николаевича, но явная липа.
— СВР? — Подольски назвал новое название русской разведки вместо КГБ.
— Нет, частник. Здесь легализовался как советник Роснефти, одновременно с этим подписал контракт с министерством нефти Ирака, получает жалование и там. Судя по характеру его действий — оперативник высокого класса. Поддерживает плотный контакт с Мухабарратом, занимается отслеживанием и ликвидацией структур исламского террористического подполья в Багдаде. Судя по тому, что мы о нем знаем — дает результат. Здесь уже три года, иракцы предложили ему продлить контракт.
— ГРУ?
— Не думаю, хотя может быть. Он торчит на базе в Эль-Азизии, русские подготовили там антитеррористический полк. Назвали его Альфа. Вместе с ними участвует в налетах. Если не в Эль-Азизии — то либо в министерстве нефти, либо в здании Мухабаррата. Большей частью он контактирует с иракцами. Хотя у него есть русский в силовое прикрытие.
Подольски пролистывал досье. Оно зияло опасными брешами — нельзя работать с человеком, если не знаешь, кто он
— Как с ним работали?
— Рискованно. Джейк подставился в качестве инициативника. Стал давать информацию. Русский платил за нее.
— Много?
Местный ЦРУшник улыбнулся, выруливая на трассу, ведущую в Багдад.
— Достаточно. По-иному — он заподозрил бы неладное и скорее всего — прервал бы контакт. Тут — все понятно, дорогостоящий развод и катастрофа в личных финансах. Как-то раз Джейк попросил исполнить небольшую просьбу. Русский ее исполнил. Но доверять ему не стоит.
— Почему?
— По нашим данным, он ловчила. Торгует здесь спиртным, черным хлебом, консервированной рыбой. Вместе с иракцами — прикарманивает ценности, изъятые у моджахедов.
Машина рванула на Багдад, набирая скорость.
— По крайней мере, мы знаем, для чего он работает — продолжил местный ЦРУшник — русские стали совсем не такими, как раньше. Если раньще они были как девственница на веселой вечеринке, то теперь — как б… на той же самой вечеринке. И думаешь- то ли ты ее поимел, то ли она тебя…
Местный ЦРУшник хохотнул, но было не до смеха.
— Как погиб Барски?
— Перевернулся на дороге. Он должен был передать русскому кое-какие данные.
— Он передал их?
 
— Мы не знаем. Он погиб, возвращаясь с озер — но был контакт или нет, мы этого не знаем. Следует предполагать, что был.
— Далеко не факт. Какого рода информация?
— Копия там, на карточке. Не забудь только уничтожить. Если коротко — мы получили информацию о готовящейся серьезной провокации против русских. На эти цели выделены огромные средства. Джейк должен был передать информацию и поддерживать контакт… что за черт?
Автомобильный поток густел на глазах — и то на скоростной трассе.
— Что там?
— Видимо, проверка документов. Или что-то впереди произошло. Может, просто кто-то собирает деньги на новую машину
— Черт…
Подольски начал прятать пистолет, и только в последний момент услышал треск мотоциклетного мотора слева. Как холодной водой окатило — в Афганистане этот треск означал большие неприятности. Подольски обернулся — и увидел катящийся между рядами машин мотоцикл, водителя в черном, глухом шлеме с опущенным забралом.
— Контакт на шесть!
— Что?! — не понял местный ЦРУшник
Подольски открыл дверь и выбросился на мостовую как раз в тот момент, когда мотоциклист поравнялся с Тойотой и загремела автоматная очередь. Его осыпало битой стеклянной крошкой, он увидел колеса надвигающейся на него по соседнему ряду здоровенной фуры и понял, что всё… кажется. Но фура — остановилась меньше чем в метре от него, автомат быстро заглох и взревел двигатель мотоцикла. Машины сигналили, моментально образовалась пробка.
Хорошо, что не пристегнулся — мелькнула дурацкая мысль.
Подольски начал подниматься. Мотоцикл — уже проскочил куда-то вперед, и можно было ставить сто долларов против дохлой собаки, что его не перехватили. Или… впереди простучала автоматная очередь, потом — еще одна, и тут же — еще, длинная. Из турецкого Форда с бронированной кабиной — выскочил усатый здоровяк и явно с недобрыми намерениями. Все, что успел подполковник — толкнуть свой коммуникатор, вместе с подключенной к нему картой памяти куда-то дальше по дороге… прямо под колеса. Это все, что он успел сделать — здоровяк иракец из трака поднял его, и звезданул так, что искры из глаз посыпались. Подольски забормотал «тисмах-ли», что означало извинения в этой части света — но здоровяк врезал ему коленом в пах, причем от души врезал, так что подполковник — обратно упал на асфальт. Стараясь подняться, он увидел сапоги полицейских, бегущих к ним и понял, что лучше вообще не дергаться.
— Вакиф! Вакиф!
— Амрикай! Амрикай! — закричал, как смог Подольски, надеясь, что его не пристрелят. Хотя могло быть всякое — даже в те времена, когда они были тут хозяевами среди иракских полицейских, по меньшей мере каждый четвертый был тайным сторонником экстремистов, и при случае был не против выстрелить американцу в спину.
Надо сказать — иракские полицейские действовали профессионально, хотя и жестоко. Первый же подбежавший, наступил на правую руку, едва не раздавив ее, и наскоро ощупал область пояса — нет ли оружия или пояса шахида. Затем — забросив автомат за спину, рывком поднял американца, развернул и прижал к машине. Завернул назад руки, с хрустом застегнул одноразовую полоску наручников…
— Чисто!
Водителя уже держали, он что-то объясняли полицейским. Подольски толкнули, и он оказался лицом к лицу с офицером иракской полиции, одетым в черную, боевую униформу европейского вида и со стрелковыми очками на глазах.
— Кто вы такой? — спросил он по-английски
— Я гражданин США. На нас напали террористы, убийца на мотоцикле. Их нельзя упустить!
— Мы этим занимаемся. Что вы делаете на дороге?
— Еду в Багдад…
— Эфенди капитан…
Солдат, обыскивавший Тойоту — показал пистолет с навинченным на него глушителем и снаряженным магазином, который был в бардачке. Твою же мать…
— Этому есть объяснение, я…
Полицейский капитан ударил американца кулаком в лицо, того отбросило на державшего его сзади иракца. Иракец отпустил его — и Подольски упал на асфальт. После чего — его начали топтать ногами…