Ответный удар. Дилогия (СИ)

— Для ловчилы этого немного — заметил заместитель директора
— Да сэр… — сказал Подольски — багдадская станция считает, что этот, и еще некоторые другие русские — большую часть капитала предпочитают укрывать не на счетах, а в физическом золоте. Возможно, что и в бриллиантах или необработанных ювелирных алмазах. Рядом Дубаи, самый большой в мире ювелирный рынок, он давно опередил и Тель-Авив и Амстердам и Лондон. Русские — покупают там ценности, переправляют в Россию или куда-то еще по им известным каналам и прячут. Сами понимаете, что к такой сети не подступиться, это что-то вроде русской хавалы. Мы даже не исключаем того, что они пользуются настоящей хавалой для переводов, в Москве есть пункты хавалы. [66]
— Вопрос заключается в том, сказал Демпси — кто этот русский? Обычный коррупционер и ловчила — или человек умеющий хорошо устроиться, но для которого все таки дело на первом месте, и он даже готов пожертвовать чем-то личным ради дела. Согласитесь — это разные люди.
— Да. Сэр.
— У вас есть ответ на этот вопрос?
— Полагаю, что нет, сэр.
— Может, у багдадской станции есть ответ на этот вопрос — сказал заместитель директора — у нас есть канал?
— Да, сэр…
На огромном экране появилось изображение стандартного кабинета — правда, находящегося за многие тысячи миль отсюда.
— Алекс? — сказал Демпси. Как оперативный офицер, непосредственно отвечающий за работу внешних станций, разговор должен бы вести он.
Начальник станции в Багдаде по имени Алекс Рафф выглядел усталым и раздраженным. Впрочем, они выглядели не лучше
— Да, Мартин.
— У на возник ряд вопросов относительно одного из русских оперативников в Багдаде, мы решили привлечь тебя.
— И я даже знаю, про кого именно.
— Окей. Что ты можешь нам сказать про этого… Серова?
Рафф никого не стесняясь почесал в затылке… а может просто волосы пригладил.
— То, что он был у нас двадцать третьего. Я выставил его за дверь. Постойте, так это что нахрен — правда?
— Что именно, Алекс?
— Да то, что он обвинил одного из моих парней в незаконных махинациях с оружием. Сокс просто вышиб за дверь и все…
Сотрудники ЦРУ в Лэнгли мрачно переглянулись.
— Давай по порядку, Алекс — сказал Демпси — значит, он у тебя был двадцать третьего, по-вашему? Зачем, что он говорил?
— Он потребовал пятьдесят тысяч долларов. Внаглую, угрожая обнародовать информацию, что мы тут торгуем высокотехнологичным оружием, с кем попало. Ничего в подтверждение его слов у него не было, он попал на рядового сотрудника, надавил на него. Тот вызвал меня. По нашим данным этот Серов — ловчила, занимается здесь незаконными махинациями. Я подумал что это либо его инициатива, либо попытка русских очернить нашего парня. И выгнал его.
— Очернить нашего парня? Он назвал кого-то конкретного?
— Да, сэр. Сказал, что дал ему пятьдесят штук задатка — и хочет их вернуть.
— А вашего парня вы спросили насчет этого — правда это или нет?
— Нет, сэр.
— И почему же?
— Он погиб, сэр.
ЦРУшники снова нехорошо переглянулись
— Погиб?
— Да, сэр. Возвращался в пятницу с озер, перевернулся на большой скорости. Машина загорелась. Мы уже отправили его на родину. Джейк Барски, сэр.
— Что-то я не припомню отчета о гибели сотрудника, Алекс
— Это не наш, сэр. Джейк Барски — помощник военного атташе, офицер ВВС. Он работал по линии DIA.
И в третий раз — кто-то с кем-то переглянулся
— Расследование по факту гибели проводили?
— Да сэр. Из Пентагона прислали человека на замену. Он и должен был понять, что к чему. Но основное дело ведут местные, смерть зарегистрирована как ненасильственная. Просто не повезло, может быть, солнечный удар или чего там…
Да уж… Какой-то… очень своевременный… удар.
— Вернемся к русскому, Алекс. У нас тут возник вопрос, как к нему подступиться. Ты считаешь он кто — ловчила, или все таки работает?
— Второе, сэр — сразу ответил Рафф
— Ты уверен?
— Да, сэр. Это едва ли не лучший оперативный агент русских в Багдаде, мы постоянно натыкаемся на него. За ним, по крайней мере, три серьезные подтвержденные ликвидации лидеров бандподполья, он работает только по суннитам, по шиитам — у них с русскими дружба, русские их не трогают. Исламской Шурой моджахеддинов он давно приговорен к смерти, как и половина русских здесь — но достать его не так то просто. Он постоянно вооружен, перемещается по стране, часто меняет машины, кажется, у него здесь нет даже постоянного места жительства. Русские — сформировали и вооружили здесь отборное подразделение по борьбе с терроризмом, так называемый «отряд Альфа». У них база в Эль-Азизии, он часто бывает там, едва ли не чаще, чем в Багдаде. Каждый раз, когда он выходит на что-то крупное — он сообщает парням из Альфы, а они делают работу. По всем трем ликвидациям — работали они. Нет, сэр, он никак не пустышка.
 
— Э… мы слышали, он и водкой торгует.
— Торгует то торгует, сэр. Вопрос в том, с кем торгует. Русские занимают здание бывшей штаб-квартиры партии БААС, как мы знаем, там в одной из комнат расположен целый склад водки. Иракское командование заглядывает туда, а русские предлагают им качественную водку. Так там решаются вопросы…
Да… Русские в своем репертуаре. Кстати, когда в Багдаде были они — иракцы почему то не пили с ними спиртное, и стоило предложить — шарахались как черт от ладана, да еще и обвиняли в оскорблении их национального достоинства. А с русскими они — только так хлещут. Почему так, а?
— Понятно. Как к нему подступиться? У него есть семья?
— Нет, сэр. Но мы выяснили, у него есть здесь женщина.
— Русская?
— Нет, арабка. Точнее палестинка. Я перешлю все ее данные вам для работы.
— Можешь кратко?
— Если кратко. То она разыскиваемая террористка, из Хезбаллы. На ней — обстрел израильского посольства в Судане, нападение на автобус с израильскими туристами в Алжире плюс Сирия — это только то, что мы знаем. МОССАД разыскивает ее, но сюда ход ему закрыт. Сейчас она сидит в Саддам-Сити, там у них целое осиное гнездо. Специальная разведслужба, они создали ее после Сирии для ликвидации суннитского террористического движения и Аль-Каиды, а так же работы в странах Залива. Она тоже приговорена к смерти нусристами, сэр.
Жизнь чем дальше тем интереснее и интереснее. Террористы борются с террористами. Лет десть назад — про такое и подумать не могли.
— Кто передает информацию? Она русскому или русский — ей?
— Мы не знаем, сэр. Возможно и то и другое. Возможно, это даже санкционированный канал — русские не могут напрямую иметь дело с Хезбаллой а Хезбалла — с русскими, но если кто-то просто трахается и в постели не следит за языком…
Жестко…
— И все таки — как к нему подобраться? Ты можешь нам сказать?
— Думаю, заплатить… — с сомнением сказал начальник станции в Багдаде — но готовьте крупную сумму, эти русские совсем обнаглели, гребут и гребут. Либо передать ему какую-то полезную информацию и попросить что-то взамен. Я могу попробовать наладить контакт.
— Нет! Пока ничего не надо. Просто — будь на связи.
— Я понял, сэр.
— Все, отбой…
Экран погас, на нем — на синем фоне засветилась эмблема ЦРУ. Все молчали
— Мы не контролируем ситуацию — заметил заместитель директора, и это было худшим оскорблением для всех присутствующих.
— Рэй?
— Вариантов по сути два, сэр. Либо попытаться договориться, либо вытащить его силой и Иорданию или в Кувейт и там… тоже поговорить по душам.
— Кувейт отпадает — сразу сказал Демпси и был прав. Сейчас Кувейт смертельно боялся Ирака — и смертельно боялся русских. Еще десять лет назад — в Кувейте обсуждался вопрос о разрешении мужчинам иметь русских секс-рабынь из числа похищенных. Кому надо — эти слова напомнили, и при случае — непринужденно о них напоминали. Все было правильно: не фильтруешь базар — будь Гортов ответить. Нет, Кувейт пролетает.
— Чарльз?