Ореолла (СИ)

После изнурительной жары, напряжения и прилипшей к телу мокрой одежды, прохладная трава казалась бесценным даром природы. Я бухнулась на траву, словно на мягкую кровать и закрыла от наслаждения глаза. Так я лежала, пока не пришла в чувства.
Села. Элиазар тоже присел.
— Скоро стемнеет. Ночь здесь надо переждать. С рассветом выдвинемся в путь, — сказал он.
— Здесь много дичи.
— Нельзя проливать кровь на землю.
— От стрелы кровь не прольется. Не помирать же с голоду. Люди устали целый день идти по пескам и горам. Надо их накормить.
— В этих землях я тебе не советчик. Твой путь и ты принимаешь решения.
Я посмотрела на задумчивого Элиазара, пробежалась взглядом по команде и остановилась на песчаной границе поляны.
— Нельзя проливать кровь на землю, но не на огонь.
Я тут же встала и пошла к водоему. Там много было живности. Заприметив большую птицу, отпустила тетиву.
Пока я занималась охотой, Белка и Горальд принесли по большой охапке валежника. Элиазар и Ривар занялись костром. Тушку разделывали над огнем, чтобы кровь не попала на землю.
Вначале я не могла понять, почему и решила проверить. Поднесла под капающую кровь широкий лист от растения. Как капелька коснулась листа, вышла на тропу и выбросила. Тут же появился огромный монстр. Я даже замерла от ужаса. Но монстр не мог меня достать.
— С огнем я угадала, — облегченно вздохнула я, закусив нижнюю губу.
Ночь была тихой и теплой.
На рассвете мы снова выдвинулись в путь по узкой извилистой тропе. Шли без отдыха, пока не уперлись в широкий песчаный берег огненной реки. По берегу росли необычные деревья. Ствол толщиной с человеческую руку, но длинный. Сверху пышная, цветом солнца шевелюра.
— Я так понимаю, дальше путь зависит от меня? — растерянно взглянул на меня парнишка и почесал за ухом.
Я его понимала. Дело отнюдь не простое. Река не сильно широкая, но она полыхала настоящим пламенем. На другом берегу виднелась лодка и в ней спал мужик.
Я так поняла, в задачу Белки входило переправится на другой берег и разбудить того, кто дрых без задних ног.
Белка долго ходил по берегу, раздумывая над тем, как же справиться с задачей. Видимо, над этим думали все, потому что выражения лиц было у всех одинаковое.
— Ты на длинных шестах ходить можешь? — спросила я.
— На ходулях могу. Только сгорят они, пока я перейду реку.
— Лодка же не горит. Может эти необычные деревья не горят в огне.
— Дайка топор, — попросил он. Я протянула зачарованное оружие. Другого нет.
Хватило одного удара и дерево повалилось. Обрубив лишнее, он взял жердину и окунул ее в реку. Дерево не загорелось. Все вздохнули. Оставалось дело за самым сложным — Белке справится с ходулями и не свалится в реку…
Спустя пару часов, он справился, чему мы сильно обрадовались.
Вскоре приплыл странный тип в черном балахоне. Он не был человеком. Больше походил на Смерть, только вместо косы весло.
— Нам бы на ту сторону, — справившись с голосом, пролепетала я.
— Заплати, — грубо ответил перевозчик.
— Чем? — непонимающе смотрела я на него. Вдруг он тоже хочет помолодеть.
— Монетой.
Ну вот, монетой. Где ее взять? Я посмотрела на команду и поняла, что у них тоже нет монет. Мы все золото оставили на судне.
И тут я вспомнила. У меня есть монета. Та, которую дала мне ведьма. Правда, одна, а нас пять. Как делить?
Я вздохнула, вынула монету и отдала перевозчику.
— Одного, — вновь прозвучал грубый голос.
— Ривар, давай, — сказала я.
Рыбак ошарашенный таким исходом, поковылял к лодке. Сел. Лодка медленно поплыла на тот берег. Все провожали его взглядами, словно прощались с ним навсегда.
Я разжала кулак и увидела монету.
— Чудеса, да и только, — удивилась я.
— У тебя неразменная монета? — спросил Элиазар, поняв над чем я удивляюсь.
— Не знаю. Мне ее ведьма дала. Сказала, пригодится.
— Дай монету Горальду.
Я отдала. Через какое-то время у меня опять появилась в руке монета…
Ривар благополучно добрался до берега и теперь перевозчик возвращался.
Не сказать, что вскоре, но все-таки мы переправились на другой берег.
 
Теперь я знала, как выглядят Врата Смерти. Два сверху сросшихся огромных дерева, а внизу меж стволов просторный проход. Если бы Элиазар не сказал мне, что это и есть те самые врата, я бы ни за что не догадалась.
Мы прошли и попали на поляну, чем-то схожую с предыдущей. Ясно было, что здесь ночлег…
Следующие Врата Смерти должен был открыть Ривар. Что-то распутать и смотать в клубок. Что? Я не могла понять. Впереди виднелся лес с широкой утоптанной тропой без травинки.
Я не замечала никакой опасности. Монстры у края тропы не разгуливали. В лесу стояла полнейшая тишина, если мы ее не нарушали.
Ривар шел первым, что-то все время выискивал рукой, прощупывая землю.
— Что он ищет? — спросила я у Элиазара.
Нужно было двигаться вперед, а мы стояли на месте.
— Начало нити. Видишь, тропа покрыта тонкой, еле заметной паутиной. Ее надо распутать, иначе нам не пройти.
Я стала вглядываться. На тропе поблескивали переплетающиеся меж собой тонкие нити. И как их можно было распутать, для меня осталось загадкой.
Если я не знала, то рыбак знал свое дело и у него ловко получалось. Мы медленно продвигались. У него в руках стал образовываться крохотный клубочек.
Ближе к вечеру мы добрели до врат. Ко мне подошел взмокший, с красным лицом Ривар и отдал переливающийся разными цветами клубок.
— Я распутал сети. Путь свободен, — сказал он и широко улыбнулся.
Видно было, что он еле держится на ногах…
Утром, как только солнце осветило землю, я поняла, что мы должны пройти по зловещему туману. Доносились будоражащие крики. Дальше вытянутой руки ничего не было видно. Под ногами что-то булькало. Пришло время вызывать ведьму.
Я достала крохотную горстку песка и высыпала наземь. Тут же появилась Габриэла. Она огляделась.
— Дай клубок, — сказала она и резко протянула руку. Почему-то ведьмы все делали резко. Взять то же перемещение — схватила, переместила, отпустила.
Я отдала. Она крутила в руках клубок, что-то начитывая. Видимо, колдовала. Бросила его вперед и появилась светящаяся тропинка.
— С тропы не сходить, — угрожающе предупредила и пошла первой.
Мы шли то медленно, то бежали, то стояли. Четко выполняли команды ведьмы. Она часто выпускала яркие вспышки: то синие, то красные. И зеленые были.
Страх сковывал по рукам и ногам. Ласкан дрожал. Пришлось взять его в руки и прижать к груди.
Над нами кто-то летал. Издавал вопли, крики, звуки, отражающиеся на теле мурашками. Хотелось закрыть глаза. Нельзя. С тропы нельзя сходить. Стоит зажмуриться, как тут же тебя словно кто-то тянет в сторону…
Наконец-то туман рассеялся.
— Верни мою вещь, — протянула руку ведьма. Я вложила на ладонь мешочек. Хотела поблагодарить, но ведьма быстро исчезла.
Мы прошли врата и тут же повалились на траву. Ноги не держали…
До следующих врат путь пролегал через горную долину. Виднелась растительность. Даже фруктовые деревья и кустарники. А также пещеры. Доносился шум водопада. Видимо, поблизости река.
Мы шли, оглядывались. Никто на нас не нападал. Тропы не было, и мы шли там, где удобнее.
Уже виднелись ворота, как вдруг из пещер вышли женщины. Как я поняла из рассказа ведьмы — разъяренные. Разъяренные они или нет, я не знала, но вот то-что они были огромные и толстые, увидела. Сиротка явно был ребенком одной из этих великанш.
— Горальд, посади малыша на землю и уходим подальше. Сейчас здесь будет бойня.
Как женщины увидели ребенка, кинулись к нему все разом. Что здесь началось! Они таскали друг друга за волосы. В ход шли не только кулаки, но и бревна, камни. В общем все, что попадалось под руку.
 
Я смотрела на все это и мне было жалко женщин.
— А ну стойте! — крикнула я. Никто из них не отреагировал. — Стоять! — заорала я так, что птицы взлетели. Женщины уставились на меня.