Тень королевы (СИ)

– Моя королева! – поклонился он.
– А, Финн, – вспомнила Вероника, – хорошо, что ты здесь. Тебя кормили?
– Да, ваше величество! Накормили, дали одежду. К шкатулке никто не прикасался!
– Ты молодец! – королева пристально взглянула на парня и увидела то, на что не обратила внимание сразу – он был старше, чем показался поначалу.
Была у двуликих такая особенность – мельчать в пору невзгод. Их тела были во многом порождением магии, поэтому при упадке сил зверь получался мелким и слабым. Но если человек питался хорошо и получал должную магическую подпитку, он менялся даже внешне. И вот теперь перед ней стоял не ребенок, а неловкий подросток с длинными руками и ногами.
– Поужинаешь со мной?
– С радостью, ваше величество! Только шкатулка…
– Давай ее сюда! – Вероника забрала увесистый реликварий и кивнула на дверь: – Прикажи подать ужин на двоих к огню. Пока я приму ванну.
Для быстрого омовения хватило двадцати минут. Больше всего времени ушло на волосы. После мытья Вероника не стала их сушить и укладывать – просто завернула в отрез серебристого шелка, оттеняющего ее глаза, накинула на плечи шаль поверх простого белого платья без корсета, похожего на ночную сорочку, и вышла в опочивальню.
Стол был накрыт по всем правилам. Лисенок стоял у камина и смотрел в огонь. Когда услышал приближение королевы, с трудом оторвался от пляшущих языков пламени и неожиданно ловко поклонился:
– Ваше величество!
Вероника махнула рукой, отменяя церемонии, села за стол и скомандовала:
– Сначала едим, потом ты мне рассказываешь, откуда такой взялся.
Серебряный лис засмущался и уткнулся в тарелку. Вдовствующая королева ела, то и дело поглядывая на мальчишку. Серебряные лисы – редкость.
Рыжих и черно-бурых хватает. Их мелкие кланы занимаются торговлей, нередко живут общинами, зацепившись за какое-нибудь ремесло вроде плетения корзин или раскрашивания деревянной посуды. Шумные, непоседливые рыжики нередко кочуют целыми караванами, порой воруют или мелко пакостят. Чернобурки более выдержанны, живут севернее, промышляют рыболовством и выделкой рыбьей кожи. А вот серебряные – это порождение магии двуликих. Обычно они умны, одарены магически и обладают силой приказывать даже львам и тиграм. Таким был ее супруг, король Каверий Шестой.
По указу одного из предков Каверия всех лисят с таким же цветом шерсти привозили в столицу и отдавали в обучение королевскому магу. Правда, за всю историю королевства серебряных лис и дюжины не набралось. Сейчас их и вовсе в столице не было. Так откуда?
Отложив приборы, Вероника уставилась на подростка. Тот сглотнул, положил нож и вилку точно так же, как она. Похоже, манерам его обучали. Да и причесан он аккуратно. Серебристые волосы стянуты в низкий хвост. Рубаха ему широка – кастелянша явно выбирала такую одежду, чтобы подошла по длине, но складки уложены ровно и стянуты ремнем как надо. Штаны тоже широки, но тут даже иголкой поработать пришлось. В целом парень выглядел на удивление опрятно.
– Рассказывай, – королева не стала утруждать себя улыбкой. Устала. А с утра ее ждет совет кланов и старые волки из дворцовой прислуги. Пока молодой король отрастит клыки, его бабке придется держать власть когтями и зубами.
– Меня зовут Реджи… Реджинальд Брейден. Мой клан очень маленький. Черно-бурые лисы. Мы живем в Мшистой долине, собираем ягоды, редкие травы, птичьи яйца и грибы. Мой отец – брат главы клана. Мать – рыжая лиса из кочевых. Дядя позволил отцу жениться по любви, когда у него родились дети.
Вероника одобрительно кивала. Мшистая долина – пятачок земли, зажатый между холмами. Болотистая низменность, непригодная для пахоты или развода крупного скота. Разве что птичники можно устроить с неприхотливыми перепелками или фазанами. Вот лисы и выживают как могут.
– Как ты оказался на дороге? – задала она самый интересующий ее вопрос.
– Когда я родился… Мама повидала мир и очень обрадовалась, сказала дяде, что меня нужно отправить в столицу учиться. Но дядя запретил. Сказал, что это позор – седой лисеныш в их клане. Порывался меня даже убить, считал, что я подкидыш или плод измены, но отец не позволил. Я у него единственный… был.
 
Ее величество молча налила в кубки подогретый пряный сок, подвинула мальчишке, делая вид, что не замечает, как он глотает слезы.
– Почему же ты сбежал?
– Мама сказала идти в столицу, во дворец. Она верила, что я дойду. Когда отца придавило упавшим деревом, дядя хотел взять маму второй женой, а меня… в общем, она его отвлекла и приказала мне бежать.
– У тебя очень умная и сильная мама, – задумчиво сказала Вероника. – Вырастить сына приличным и воспитанным человеком в той глуши, где до сих пор верят в подменышей… Что ж, Реджинальд Брейден, ты выполнил ее волю, добрался до столицы и очень помог мне. Теперь ты можешь просить меня о милости. Хочешь дом в столице? Или поступить на обучение в магическую школу? А может, ты хочешь мести? Я могу отправить в Мшистую долину стражников, чтобы они вздернули каждого, кто обозвал тебя подменышем и недоноском…
– Откуда вы знаете? – вытаращил глаза мальчишка.
Вероника улыбнулась уголками губ:
– Ты же сам сказал. Раз глава клана считал тебя подменышем, значит, весь клан развлекался за твой счет. Ну так решай, чего ты хочешь?
Лисенок глубоко задумался. Королева его не торопила – отпивала мелкими глотками сок, крошила булочку на тарелку, в общем, не мешала парню принять очередное очень нужное и важное решение.
– Я бы хотел… Если ваше величество позволит, я бы хотел остаться во дворце! – выпалил наконец серебряный лис.
– Вот как, – Вероника и бровью не повела, – а почему?
– Здесь я полезен, – мальчишка замялся, но добавил: – вам!
Королева еще раз смерила его оценивающим взглядом. Да, его историю проверят. Парочка ее подопечных обязательно навестит Мшистую долину, но это завтра. А пока стоит решить, можно ли доверять мальчишке настолько. Впрочем, она уже доверила ему юного короля, коронные драгоценности, да и свою жизнь тоже.
– Хорошо, – приняла она решение, – ложись спать, завтра будет новый день, посмотрим, что он принесет Орхану!
* * *
Утром ее величество продолжила заниматься государственными делами. Реджинальд был отправлен в покои короля с наказом учиться вместе с Керном.
– И присмотри за моим внуком, лисенок, – попросила Вероника. – Я, конечно, приставила к нему охрану и своих сирот, но иногда один верный глаз может оказаться внимательнее тысячи купленных.
Брейден послушно ушел. Его звериные инстинкты вопили, не желая оставлять королеву одну, но и не подчиниться он не мог. Ничего, он сумеет стать нужным и важным! Белая лиса сказала, что ему надо учиться? Значит, он будет учиться! Мать не зря учила его читать и писать не только лисьими рунами, но и на всеобщем языке. Вообще на нем говорили люди, так что изначально двуликие этот язык презирали и считали уделом низших. Потом королевства примирились, началась торговля, и стало понятно, что с людьми нужно разговаривать на их языке, а не только рычать или чирикать. Тогда чужой язык и обозвали «всеобщим», и даже приказали учить его в школах.
Матушка Реджи успела повидать свет до того, как осела в Мшистой долине, поэтому в ее сундуке были не только невиданные яркие ткани и ленты, но и дощечки со смешными рисунками и надписями, тетрадь из настоящей бумаги и целых две книги! Столько не было даже у главы клана. Дети лис учились писать на земле или в ящике с мелким песком, историю клана изучали по росписям в клановом доме и по рассказам стариков.
 
Рыжая лиса считала это недостаточным и сама занималась с единственным сыном. А уж когда у него проснулась магия – совсем не похожая на примитивное шаманство соклановцев, Ларитана Брейден принялась собирать сына в столицу. Тихо и тайно. Жаль, смерть отца помешала этим планам. С другой стороны, – Реджинальд глянул на хмурого мальчишку, сосредоточенно тянущего ногу к слуге, – если бы не все эти трудности, разве он очутился бы в королевской спальне?