Неправильный лекарь. Том 4 (СИ)

Молчание — знак согласия. Вопросов больше ни у кого не было, скорее всего теперь будут только вопросы по сегодняшней теме в конце семинара.
Какой вывод я сделал для себя? Имя чокнутого профессора известна в среде знахарей, по крайней мере старшее большинство его знает и уважает несмотря на все гонения. Значит им можно смело говорить, что новый препарат, который я им пытаюсь навязать, сделан Курляндским. Это вместо знака качества.
После окончания семинара я встретился в холле с Юдиным и Проскуриным. Они только вышли после тренировки практических навыков знахарей. А я думал, что они уже ушли.
— О, наш светила идёт! — ткнул в меня пальцем Виктор Сергеевич. — Прикрой глаза, Илья, а то ослепнешь!
Дружбан заливисто заржал, держась за живот.
— А чего это вы такие жизнерадостные? — поинтересовался я.
— Почему бы и нет, — пробормотал, пытаясь успокоиться, Юдин.
— Я проголодался, как волк в зимнюю стужу в замёрзшем лесу, — сказал я. — Не желаете ли отведать замечательного жаркого в небольшом грузинском ресторанчике неподалёку?
— В этом-то? — хмыкнул дядя Витя. — С удовольствием.
— Вы что-то знаете, о чём не знаю я? — недовольно спросил Юдин, переводя взгляд с меня на Виктора Сергеевича.
— Да, — с невероятно важным видом театральным шёпотом сказал я. — И тебе расскажем, только ты никому не говори.
— Опять твои шуточки? — вздохнул Илья и махнул на меня рукой. — Ведите в свой ресторан, я тоже уже есть хочу.
Мы душевно посидели, перепробовали половину мясного меню, все сорта пхали и хачапури, поделились своими успехами, обсудили насущные вопросы и уже к семи разъехались по домам. Не надо удивляться, никакого алкоголя на столе не было, у всех свои проблемы и дела, да ещё и понедельник. Если бы это был конец недели, можно было бы под мясо бокальчик красного сухого, а сегодня хватило айрана и томатного сока. Жаль, что в этом мире не варят безалкогольного пива, я бы не отказался.
— Ты опять где-то поужинал? — всплеснула руками Катя, когда я сказал, что не хочу есть. — А мне так надо было с тобой поговорить, собиралась за ужином или во время чаепития. Теперь закроешься в своей комнате и до утра.
— Не преувеличивай, Кать, — улыбнулся я. — Ото всех закрываюсь только в ванной и туалете, всё остальное время я для тебя доступен. Может ты просто не очень сильно хотела привлечь моё внимание?
— Тогда я зайду к тебе через полчасика? — спросила она, состроив глазки как у того рыжего кота.
— Конечно, солнце, — ответил я и ласково потрепал её пышную шевелюру. Ну вы знаете, как обычно это делает старший брат младшей сестре, после чего она ищет расчёску. Она недовольно фыркнула, тряхнула головой и пошла искать.
Я подхватил трущегося об ноги Котангенса, довёл его до громкого мурчания и отправился в его компании к себе в комнату.
  
Глава 15
 
Учить других — это очень важное и благородное дело. Но нельзя забывать и о себе. Постоянное самосовершенствование и стремление к скорее всего недостижимому идеалу — смысл жизни образованного человека, истинно болеющего своей профессией. Вот и у меня появилось время наконец-то заняться собой.
Самое главное для лекаря мага это что? Правильно, сильное вместительное ядро, способное накапливать достаточно большое количество магической энергии, которой хватит для заживления переломов костей, больших ран, обширных ожогов. А чтобы это всё делать быстро и эффективно, нужны развитые и натренированные проводники этой энергии — специальная сеть магических сосудов, идущих параллельно лимфатической системе по всему телу.
Пора бы эту систему как следует «продуть». Медитацией, развивающей ядро и сосуды я занимаюсь каждый день, но теперь у меня есть могущественный артефакт, который может этот процесс в какой-то степени ускорить. Раз уж у меня такой высокий ритм жизни, что нет возможности заниматься медитацией по несколько часов каждый день, буду ускоряться с амулетом.
  
Я положил на стол чёрный футляр и открыл его. В свете настольной лампы бриллианты благородно засверкали. Всё никак не могу отделаться от ощущения смертельной угрозы, исходящей от этого завораживающего сияния. Я бы так и не решился к нему прикоснуться, если бы не увещевания Поджарского о его безопасности при условии правильного использования.
Ну что, золотой ты мой, давай знакомиться поближе? Прежде, чем прикоснуться к амулету, я открыл написанную Поджарским брошюру. Как говорится, внимательно прочтите инструкцию перед сборкой шкафа. Кто бы так делал. Но я просто вынужден, чтобы не загнуться по дурости.
Что самое главное? Перво-наперво нашёл, как быстро выключить амулет. Если вдруг что-то пойдёт не так, то этот навык может спасти жизнь. Нашёл в тексте этот пункт и выучил его наизусть. Потом ещё раз двадцать повторил. Тот самый случай, когда повтор не помешает.
Следующий шаг — нашёл главу про развитие ядра, главное не спутать с временным усилением, это мне сейчас не надо. У процедуры оказалось целых двенадцать уровней интенсивности, впечатляет. Альберт Венедиктович говорил, что включил мне тогда серединку, то есть это примерно уровень шестой или седьмой. Решил было начать со второго, но передумал, я пока никуда не опаздываю. Активировал амулет на первый уровень прокачки ядра и надел на шею.
Знакомые ощущения, похожие на те, что я испытал тогда дома у Поджарского, только с гораздо меньшей интенсивностью. Слабость незначительная, лёгкое онемение рук и ног быстро прошло, а я почувствовал, как потоки энергии собираются от периферии в сторону ядра, заставляя его светиться ярче и пульсировать. Так продолжалось минут десять, затем поток стал успокаиваться, а ядро вернулось в обычное состояние. Понятно, сеанс окончен. Я снял с шеи амулет, не задумываясь отключил его и убрал в футляр.
Одно правило я точно запомнил, процедура должна производиться не более одного раза в день. В следующий раз попробую вторую ступень в действии. Ну если мне с шестой было хреново, но я выжил, значит вторая точно теперь нормально зайдёт. Если легко зайдёт, то послезавтра третью включу. Да, я жадный, хочу всего и побольше, если это не опасно для жизни и здоровья.
А теперь, когда сеанс окончен, можно продолжить медитацию, чтобы закрепить эффект и понять, что сейчас изменилось. Созерцание самого себя изнутри показало, что небольшие сдвиги уже есть, улучшилась проводимость мелких сосудов и протоков, немного увеличилась ёмкость ядра. Правильным путём идёте, товарищи, продолжаем дальше в том же духе. Несмотря на видимое благополучие, провёл сканирование всей системы сверху донизу, чтобы не пропустить ни одной огрехи. Всё замечательно, система работает в штатном режиме.
Выходя из медитации, вспомнил про Катю. Грозилась прийти ко мне и о чём-то поговорить. Время девять, а её всё нет. Сходить самому? Жалко будить рыжего, который заснул, растянувшись у меня на коленях. Сама придёт, если надумает, ей же сейчас надо.
Остаток вечера решил посвятить изучению работ Курляндского, чтобы определиться со следующими заказами и испытаниями. Тетрадь щедро пополнилась новыми записями, с такой не стыдно уже идти к Курляндскому. Недолго думая, я пометил те препараты, которые надо продвигать в первую очередь. С них и начну заход в следующий раз.
Ближе к десяти дверь в комнату открыли с пинка и на пороге появилась сестрёнка с большими бумажными пакетами в руках. Судя по всему, достаточно увесистыми. Я подорвался с места, чтобы ей помочь.
— Это что? — спросил я, подхватывая пакеты под дно.
— Сейчас узнаешь, — загадочно ответила она. — На стол на свой поставь.
— Ладно, — ответил я и водрузил пакеты прямо поверх разложенных по столу книг и записей.
Заглянув сверху, я уже догадался, о чём пойдёт речь. В пакетах были рулоны декоративной цветной бумаги, пачки картона, мишура и прочая новогодняя тема.
— Игрушки на ёлку что ли задали сделать? — хихикнул я. — А чего раньше не пришла? Уже давно бы закончили.