Система Альфонса в Мире Боевых Искусств 3 (СИ)

Сима Фэй молча слушал его тираду.
— Тебе действительно благословит удача, — продолжал старик, — если повезло найти столь одарённую девушку. Впрочем, я подозреваю, что ты сделал это с помощью загадочного артефакты — верно, того самого, который позволил тебе обнаружить все прочие сокровища, которые я спрятал в пределах горы. И тем не менее всё остальное было твоей собственной заслугой. Все хитрые планы с целью привязать её к себе и превратить в билет, который позволит тебе отправиться в Небесные заводи… Всё это ты сделал своими собственными силами.
Некоторые рождаются одарёнными.
Другие — нет.
Вопросом в том, как именно мы разыграем свои карты.
С моей точки зрения, именно ты, который завладел её сердцем и вместе с тем её талантом, достоин зваться величайшим дарованием Жемчужной провинции, — заключил Лян Чжу.
— Хе… А он проницательный, — заметила Гинь.
Сима Фэй невозмутимо ответил:
— У вас богатая фантазия, достопочтенный Патриарх.
— Может быть. А теперь ответь мне на один вопрос: ты действительно её любишь? Или же для тебя она всего лишь инструмент? В зависимости от твоего ответа, я могу поведать юной Инь о своей дедукции…
  
Глава 3
 
Деловое предложение
 
С виду Сима Фэй оставался спокойным, и в то же время внутри него гремела буря. Никогда прежде не стоял он на пороге настолько серьёзного кризиса, когда единственное неверное движение с его стороны может привести к падению в тёмную бездну.
Чего именно хотел от него Лян Чжу? На первый взгляд Патриарх мог показаться доброжелательным старцем, который всего лишь пытался убедиться, что Сима действительно любит Лу Инь, после чего вручить ему своё благословение, однако на самом деле его мотивы оставались непонятны.
Что если он не поверит Сима Фэю? Если это была проверка на честность, и прямо сейчас за ним наблюдала… например, сама Лу Инь? Вариантов было великое множество. Сима находился в потёмках. Наконец он помялся и заговорил:
— Я не знаю.
— Правда? — улыбнулся старик.
— Я не буду комментировать прочие ваши предположения, Патриарх, но если вам интересны мои чувства к Инь… Я не знаю.
Когда не уверен в правильности ответа, проще всего не отвечать совсем.
Именно это тактику в итоге выбрал Сима.
Между делом у него перед глазами промелькнула девушка с голубыми волосами, которая, опустив голову, сидела на каменной арене посреди кровавой лужи; его сердце как будто схватил невидимый жгут.
Не знаю…
Возможно, этот ответ был даже более правдивым, нежели он предполагал.
До сих пор Сима почти не задумывался о том, что именно чувствует в отношении Лу Инь. Он её использовал, но именно поэтому ему так сложно было провести границу между беспокойством за девушку как за ценную «вещь» и настоящего человека; наверное, нехотя признался Сима, вспоминая её светлое лицо, постоянное смущение, безмерное уважение и иное, более глубокое чувство, с которым она разглядывала его своими большими и светлыми голубыми глазами и которое, иной раз, вызывало странные отклики в его собственном сердце, они действительно были как бы друзьями…
Ну или она была его питомцем.
В принципе, все эти чувства можно было испытывать в отношении своей собачки.
Данные эти размышления, должно быть, отразились у него на лице, ибо долгое время Лян Чжу просто разглядывал последнее и ничего не говорил. Наконец старик медленно кивнул:
— Хороший ответ.
Сима промолчал.
— Как ты смотришь на то, чтобы стать моим учеником? — вдруг предложил старец.
…А?
Это был… неожиданный поворот беседы.
— Мне нужно подумать, — машинально ответил Сима.
— Пускай, — усмехнулся старик. — Тогда у меня к тебе есть другое, деловое предложение… Скажи, насколько хорошо ты понимаешь экономические отношения между Небесными берегами и Небесными заводями?
— Экономические отношения?..
Сима немного растерялся, а затем припомнил прочитанные книжки и ответил:
— Небесные берега представляют собой аграрный придаток.
— Верно. Отчасти. Небесные берега велики, даже безмерны; многие провинции находятся за пределами влияния центральных регионов; многие его попросту недостойны. Жители некоторых и вовсе не знают про существование Небесных заводей и считают себя королями своего маленького мира…
 
Сима кивнул. Он читал про такое, про этих «лягушек на дне колодца, которые нацепили корону», как называли их многие авторы. Более того, прежде чем Гинь рассказала ему про катастрофу, которая близилась через десять лет, он сам подумывал стать таким вот «земноводным». Иной раз воины намеренно бежали в дремучие провинции и делались тамошними королями, хотя сами находились всего бишь на стадии псевдо-Ядра.
В библиотеке Сима Фэю однажды попался «компендиум», написанный картографом, который многие годы странствовал среди таких земель и записывал местные легенды и мировосприятие. Книжка была интересная, даже забавная; в одной особенно отдалённой провинции, например, где правила мирская королевская династия, но при этом существовало подпольное сообщество боевых искусств, ходили легенды про сильнейшего мастера, который бросил вызов небесам, хотя на на самом деле находился всего лишь на Третьей страте Истинного Ци.
— Если бы не одно обстоятельство, — продолжал Лян Чжу, — великие фракции совсем не обращали бы на нас внимание… И тем не менее мы им нужны. Почему?
— Потому что Ци в Небесных заводях настолько густое, что не позволяет выращивать злаки, — спокойно ответил Сима.
Это был общеизвестный факт.
Начиная с определённой стадии воины не нуждались в пропитании, но у них были слуги, родственники, дети; слишком сильная стихийная энергия делала почву неподходящей для обыкновенных зерновых культур. Хорошим примером служила Огненная гора. Она представляла собой озеро бурлящей магмы посреди джунглей, которое поднимало температуру в окрестностях на несколько десятков градусов.
В Небесных заводях Ци было в сотни, если не в тысячи раз гуще. Там встречались вулканы, которые обращали десятки тысяч километров в безжизненные пустыни, и ледяные горы, температура в сердце которых была такой низкой, что замерзали сами законы пространства и времени. Даже те земли, на которых элементы пребывали в гармонии, были непригодны для земледелия, ибо выращенные там злаки заключали настолько густую энергию Ци, что единственная крупинка риса могла разорвать простого человека, как бомба.
Собственно, жемчужная картошка тоже содержала Ци (почему и отличалась от картофеля обыкновенного), но в умеренных количествах. Она просто была очень питательной.
— Именно поэтому наша провинция считается столь ценной: здесь соблюдается идеальный баланс. К тому же она располагается достаточно близко к Небесным заводям, чтобы транспортировка не занимала слишком много времени… — поглаживая бороду рассказывал Лян Чжу. — И тем не менее не все понимают её истинную ценность…
Старик достал из рукава своей серой мантии свиток, скреплённый зелёной печатью, после чего рассказал Сима Фэю, что это такое и что именно «они» собираются сделать.
По мере рассказа Сима расслабился, ибо понял, что может ничего не опасаться: ведь даже если старик действительно раскроет правду про него и Лу Инь, достаточно было просто пересказать этот его «план», и любой человек немедленно придёт к выводу, что Лян Чжу, достопочтенный Патриарх Секты Жемчужного Истока, был сумасшедшим.
…
…
— Войди.
Лу Инь сглотнула, открыла дверь и прошла в комнату.
Прямо как во время их первой встречи, Посланница сидела на кресле возле окна, в то время как её служанка стояла рядом, словно чёрная колонна. Между ними витала сизая дымка благовоний.
— Подойди.
Лу Инь приблизилась.
— Ты хочешь меня о чём-то попросить, не так ли? Говори, — сказала Цзинь Суаньмо.
Лу Инь на секунду замешкалась. Затем пришла в себя и низко опустила голову:
— Я прошу, чтобы вторую квоту в храм дали моему… другу.